Город упавшей звезды (СИ)

Садао начал стройку с того района, где Чио родилась и выросла. Она рассматривала дома, ровные дороги, магазины, детей, что радостно играли в мяч во дворе, не боясь, что кто-то их застрелит, и не могла поверить своим глазам. Неужели это все не сон?
К ней прикатился красно-зеленый мяч. Чио вопросительно на него посмотрела, затем подняла глаза к детям, что, улыбаясь, отчего-то в ожидании на неё смотрели. Девушка опешила. Садао, пройдя чуть вперед Чио, пнул мяч обратно детям, и они, поблагодарив его, радостно продолжили свою игру.
  
Он продолжил идти.
— Они совсем не боятся… — Чио рассматривала их так, будто она впервые видела детей.
— В отличие от взрослых, дети всегда легко привыкают к переменам, — ответил Садао.
— Неужели они так легко вас приняли? Неужели никто не крадет, никто никого не убивает?
— Редан крадет и убивает. У людей стадное мышление, они решили против нас объединиться, но что они могут против нас предложить? Мы время от времени совершаем рейды, забираем семьи, заселяем их здесь и желаем им счастья, пока все остальные думают, что мы изверги. Но нам это только на руку. А то начнут ещё шуметь и рваться вне очереди.
— Невероятно…
Садао улыбнулся.
— Ничего необычного. Больница твоя, кстати, цела. Мы её не трогали.
Чио взглянула на него с теплом и восхищением.
— Спасибо.
— Я просто не хотел, чтобы меня зарезала та, кого я люблю, — улыбнулся он, вогнав Чио в недоумение. Она хотела было переспросить, что он сказал, но Садао заговорил первым. — Какой бы ты себе хотела дом?
— Дом?
— Я помню, что я должен тебе дом взамен на тот, что я сжег. Где бы ты хотела жить?
Чио задумалась, вернувшись в детство. Вспомнила улицу, двор, свою школу, Даи, что ждал её, пока у неё не закончатся занятия, чтобы вместе отправиться домой. Дом? Это он её дом. Только с ним, она чувствует себя в безопасности. Она бы хотела жить, где угодно, где есть Даики.
— Недалеко от нашего дома, очень давно, когда ещё мой отец был жив, был лес. Мы ходили туда с мамой собирать грибы, ягоды и травы. Она учила меня отличать ядовитые от съедобных. В лесу было озеро, мы сидели на его берегу и чистили все, что успели собрать. Я не знаю, где бы я хотела жить, Садао, мне просто жаль, что из тех счастливых дней моей жизни сейчас в этом городе ничего не осталось. Лес вырубили, а озеро превратилось в болото, мама с папой погибли. Только Даики… — голос дрогнул, когда она назвала его имя. — Только он ещё жив, но почему-то все время пытается меня бросить. Скажи Садао, что со мной не так? Почему я все время теряю тех, кто мне дорог?
Слезы сверкнули в её глазах. Чио яростно вытерла их рукавом новой толстовки. Садао остановился, повернулся к ней, заглянул в покрасневшие глаза. В нем не проснулась ревность, он всегда знал её чувства к Даи. Ему было больно видеть её слезы.
— Даики делает это, чтобы быть с тобой.
— Отдал меня тебе, чтобы быть со мной?! Лучше бы он своими руками замучил меня до смерти! — слезы градом потекли по её щекам. Садао подошел к ней ближе, обнял, поглаживая по волосам.
— Тш-ш…
— Знаешь, как счастлива я была, когда увидела его в тот день в аптеке? Как хорошо мне стало, когда я перевязала ему раненую руку? За что он со мной так? Что я ему сделала?
— Ничего. Ты не виновата. Я не хочу принуждать его оставить команду и быть с тобой. Я хочу, чтобы он сам решил это сделать.
— Он не сможет тебя бросить.
— И он не смог бросить тебя. Я не знаю, во что это выльется, но, Чио, прошу тебя, потерпи, пока мы решим все проблемы с городом. Когда вокруг станет спокойнее, когда он перестанет быть нам нужным, он сам к тебе придет.
— Не придет.
— Тогда я научу тебя его связывать, посадишь его в цепи и будешь счастлива.
— Он сбежит, — сказала она улыбнувшись.
— А я скажу ему: «Сидеть, это приказ». — Чио расхохоталась сквозь плач. — Лучше бы он замучил тебя до смерти? Неужели, я тебе так противен?
Кажется, он искренне обиделся.
— Нет, — сказала Чио, чуть отстранившись, и, посмотрев ему в глаза. — Я просто… — она вытерла своё лицо, невольно заметив, как его футболка потемнела от её слез. — Я просто не могу так с ним поступать.
Садао улыбнулся, прижался губами к её лбу.
— Ты действительно милая.
***
С того дня прошла неделя. После разговора с Садао стало легче. Она снова научилась ему доверять, больше не дрожала от его прикосновений, когда позволяла ему себя обнимать. Киро и Рику с играми она беспокоить перестала, узнав, как сильно это их утомляет. Даики заходил к ней пару дней, узнать, как она себя чувствует и пьет ли она свои лекарства, а потом перестал. Чио догадалась, что это тоже был приказ Садао. Чио скучала по нему, но каждый раз, когда она хотела зайти к нему, её что-то останавливало. Словно все должно было быть так, как складывается, и все было правильно.
Вечерами Садао находил время и приходил с ней побеседовать. Его интересовала её работа, её прошлое, каждое её детское воспоминание. Садао хотел знать, в каком направлении развивать Метеорсити, чтобы вернуть ей все, что она потеряла.
— А ты? — спросила Чио, сев рядом с ним на кровати. Садао пришел уставший, бесцеремонно разлегся на её кровати, пока девушка складывала свою одежду в шкафу. — Ты что-нибудь помнишь из своего детства?
Садао смотрел в потолок полузакрытыми от усталости глазами.
— Детский дом, маленькую комнату, которую я ненавидел.
— Почему?
— Чувствовал, будто меня душат.
— Клаустрофобия?
— Нет… Это что-то другое. Если бы я просто боялся тесных помещений, то не прятался бы от воспитателей в шкафах. Это оттого, что, меня насильно держали в той комнате, вместе с остальными отбросами, под постоянным надзором. Я чувствовал себя, будто тону в вязком болоте лишь оттого, что за мои ноги держатся эти идиоты. Будто бы я был виновен в том, что меня бросили и теперь отбываю свой срок.
— А почему тебя бросили?
Садао выдержал тишину. Чио показалось, что она спросила что-то лишнее.
— Прости, если я лезу туда, куда не следует.
— Я просто думал, с чего начать. — Садао слабо улыбнулся. — Способности охотников передаются по женской линии. Моя мама погибла, когда я был ещё младенцем, отец, который не знал, что его покойная жена - охотник, нашел себе другую. Мои способности начали проявляться слишком рано. Они испугались и оставили меня на пороге того концлагеря. Хорошо, хоть не убили… Хотя, если бы попытались, пожалуй, мои родители были первыми, кого я убил… Я бы стал как Даики и ты, возможно, полюбила бы меня, а не его.
— Я его не люблю.
— Правда? Значит, у меня есть шанс…
— Я не верю в любовь.
— Ей не надо, чтобы ты в неё верила.
— А как вы с ним встретились?
— С Даики? Я его спас, когда его везли в обезьянник.
— Зачем?
— Он показался мне… Интересным.
— Почему? — она присела к нему ближе, заинтересовавшись в беседе. Интересно было послушать о Даики от уст его лучшего друга.
— Его извращенные методы убийства, которые показывали по телевизору, дали мне понять, что людей он ненавидит почти так же, как и я. Просто у него это проявляется в виде садизма. А у меня… Я просто все уничтожаю. Скучно. — Чио смотрела, с каким расслабленным лицом он ей это рассказывает, будто сказку на ночь. Он всегда такой был? — Он так забавно мне сопротивлялся. Убить меня хотел, а как увидел, что я тоже умею меняться, так сразу стих. Видела бы ты его лицо… — Садао снова улыбнулся. Чио улыбнулась в ответ.
— В детском доме… Тебя тоже не принимали, как и Даики? Тоже называли монстром?
— Я был достаточно умный и способный, чтобы не превращаться в неудобные моменты. Это я всех не принимал, всех обзывал и терпеть не мог.
  
Чио не сдержала смешок.
— Тогда почему ты их ненавидел?
— Тупые… И пустые. Как пробка. Бесполезный мусор. За что ты их спасаешь, до сих пор не понимаю, но мне почему-то хочется тебе помочь. Как хотелось помочь Даи, Рику и всем остальным.