Русь многоликая
Кроме того, вы должны выяснить, есть ли у тех людей старший, с ним надо условиться о встрече. Я специально приеду для разговора с ним. Лучше сразу определиться, что они будут на нашей стороне, чем потом опасаться удара в спину. Ты, сын, - продолжил я, обращаясь к Воразману, - возьми под своё командование молодых воинов и всех мальчишек. Они должны стать нашими глазами, пусть осматривают степь на несколько дней пути от наших пастбищ и ищут врагов. Заодно пошли гонцов по соседним кочевьям, пусть через три дня ко мне приедут тысячники.
По виду тысячников, прибывших по вызову, сразу становилось понятным их отношение к происходящему. Думаю, если ещё не было столкновений с грабителями, то в этом только их заслуга. Но трудно сказать, как долго удастся им удерживать воинов от преждевременных поступков. В том, что они сами готовы броситься резать грабителей, меня убедило начало совещания.
- Царь, нельзя такое терпеть. Оказывается, пока мы за гуннов воевали, нас тут ограбили и опозорили, - заговорил один из тысячников.
- Сядь, Кавтий, и не торопись. Я для того вас сюда и позвал, чтобы вы удержали людей от преждевременного выступления. Мы не забудем нанесённые нам обиды и отомстим всем, кто это сделал. Что надо делать, сейчас и определим, самое главное - не спешить. Мы думали, что война закончилась, а она пришла в наш дом и только начинается. И пусть никто не надеется, что унижение и обиды, нанесённые нашему племени, останутся безнаказанным.
- Да, царь, мы слушаем и исполним всё, что ты нам скажешь.
- Хорошо! Так вот, Тиберий и Гостей уже отправились на разведку, они ищут новое место, куда уйдёт племя. Но перед своим уходом мы навестим всех обидчиков, и они ответят за причинённое раньше зло, а также вернут наши стада. Чтобы не забыть, готовьте списки тех, кого надо отблагодарить, изучайте, как к ним можно подобраться, и намечайте пути, по которым потом пойдут табуны.
Готовьте новые кибитки и ремонтируйте старые. Нам придётся двигаться быстро, так что примите меры, чтобы в пути не было задержек. Может быть, придётся всем уходить верхом, бросив кибитки. Объясняю почему. Я не боюсь преследования врагов, но хочу избежать лишних смертей, в племени и так осталось слишком мало людей. А преследователи будут, и с ними придётся разбираться вернувшимся воинам. Нам нужно сохранить своё племя, поэтому надо избегать смерти людей.
Думаю, тронемся мы в конце лета, а зимовать придётся уже на новом месте. Готовьте шатры как у римлян, в них на ночлеге смогут укрыться женщины и дети. И самое главное - готовьте оружие и воинов. Пока есть время, надо обучить всех молодых принятым у нас правилам и командам, а также правильному владению оружием. Подберите для них хороших командиров из ветеранов. Из молодых будем готовить лёгковооружённых воинов. Они должны уметь, как и вы, быстро и точно стрелять на скаку. Готовьте копья, нам часто придётся ими встречать врагов, поэтому надо иметь запас.
Вот что я вам хотел сказать. Война, тем более когда речь идёт о выживании племени, дело серьёзное, и к ней надо хорошо подготовиться. И думайте сами, что ещё может нам потребоваться в пути и в сражениях. Но при всех делах не забывайте сами и пусть помнят все люди и воины - мы не бежим от врагов, мы ищем себе место для новой жизни.
Вы прошли долгие дороги войны, видели, во что превращаются земли, и мы не один раз обсуждали, как живут разные люди. Все видели - там, где стоят города, жить безопасней и лучше. Мы с вами привыкли к другому - нам милее простор степи и свобода. Но жизнь меняется. Людей становится всё больше и больше, а найти хорошее место становится всё труднее и труднее. И в скором времени совсем не останется свободных пастбищ, чтобы можно было жить по заветам наших предков.
Так что надо привыкать к новым порядкам, и надеяться можно только на себя, своего коня и оружие. Но мы одно племя, мы русы, и найдём свое место под солнцем, а также сохраним свой род. Но каждый человек должен знать, что перед уходом все долги будут розданы.
- Ну что же, Даромысл, значит, мы договорились, - сказал я, заканчивая разговор. Он проходил на небольшом участке между двумя вооружёнными отрядами. С одной стороны располагалась сотня русов, с другой - сотня славян. Да, именно они оказались теми, кто уже начал заселять свободные земли на границе леса и степи. Откуда они пришли в эти места, я не знал, да и трудно узнать что-то за то короткое время, пока мы разговаривали. Но можно было не сомневаться, прийти сюда им пришлось не по своей воле.
Первая встреча состоялась два месяца назад между нашими разведчиками и славянами. Обошлось без крови и схваток, два отряда встретились, их командиры переговорили между собой и разошлись. Но главное было сделано - достигнуто согласие о встрече старейшин на этом месте. И вожди сумели договориться, причём не обижая друг друга и соблюдая собственные интересы.
Когда наша сотня подошла к месту переговоров, нас уже ожидали. Я в сопровождении брата Гостея и Антония выехал на середину свободного пространства, и одновременно сюда подъехали трое всадников с противоположной стороны.
- Я Румон, царь племени русов, приветствую тебя, старейшина.
- Я Даромысл, старейшина людей, проживающих в этих местах, приветствую тебя, царь. Что привело тебя в наши края, и о чём ты хотел говорить?
- Моё племя ищет новое место для проживания, а мне тут нравится. Вот об этом и будет наш разговор.
- Мне тоже тут нравится, и никому я эти земли уступать не собираюсь. Если тебе больше нечего сказать, то давай закончим разговор, - ответил Даромысл.
- На дорогах войны я встречал много похожих мест, и всегда уходил из них по своей воле с хорошей добычей. Но я пришёл сюда не за этим.
- Я узнал тебя, Румон, - вдруг произнёс один из спутников старейшины. - Много лет назад ты со своим отцом и воинами племени ушёл на запад с гуннами, захватившими наши земли. Я Чархил, и ты должен помнить меня, мы вместе отбивали набеги с востока.
Я присмотрелся к говорившему и вспомнил. Ночь, несколько горящих костров и бешеные крики гуннов, напавших на стоянку соседей. Разобрать что-либо в призрачном свете луны было трудно, но нападавших оказалось больше, и только чудо могло спасти защитников, тем более, что на земле уже лежало несколько их трупов. Отряд русов под предводительством моего отца случайно оказался рядом и не мог отказать в помощи добрым соседям, тем более против общего врага.
А дальше всё смешалось в один клубок, в памяти всплывали отдельные картинки ночного боя. Вот я мчусь на коне среди таких же людей, одетых в чешуйчатых доспех, зажав двумя руками копьё, вот пригнувшись, пропускаю над собой меч врага и сам наношу удар снизу вверх, пробивая незащищённую грудь противника. Вот сильный рубящий удар чуть не выбивает меня из седла, но верный конь, скакнув в сторону, ослабил удар, а доспех выдержал.
И опять сшибка, обезумевший от запахов крови конь грудью бьёт в бок лошадь противника, та пошатнулась, всадник не успел защититься, а мой меч сносит ему голову. И молодой парень, стоявший возле убитой лошади и весь залитый кровью, но сжимающий в руках меч.
- Я узнал тебя, Чархил. Мы тогда помогли отбить нападение на вашу стоянку.
- Я так и не поблагодарил тебя тогда за своё спасение, Румон. Именно твой удар покончил с тем, кто готовился меня добить. Мы после этого ушли из тех мест и теперь живём здесь.
- Не стоит благодарить, Чархил. Может быть, тебе ещё представится такая возможность в бою, если старейшина примет моё предложение.
- Так что ты предлагаешь, Румон, - спросил Даромысл.
- Я ухожу со своих пастбищ и хотел бы остановиться в этих местах. За прошедшие годы мне пришлось видеть много таких поселений, как ваши, и я всегда знал, что они беззащитны и не смогут устоять против нападения, сколько бы у тебя ни было людей. А если отобьются, то потом некому будет работать на полях, а следующее нападение станет для них последним. Поэтому я предлагаю тебе свою защиту.