Русь многоликая
Как-то они сидели около пустого поля, и вдруг с неба перед ними упали три золотых предмета - плуг с ярмом, обоюдоострая секира и чаша. Видимо, Зевс вспомнил о своих детях в человеческом облике и прислал им подарки. Но ни Липоксай, ни Арпоксай не смогли к ним подойти, золото сразу вспыхивало и начинало источать необыкновенный жар. Только Колаксай сумел подойти и взять вещи.
Видя это, братья уступили власть Колаксаю и стали помогать ему во всех делах. От Липоксая и Арпоксая родились те, кого греки называют скифами-пахарями и скифами-номадами. От Колаксая родились скифы-воины, или царские скифы. Они считаются самыми главными, и все им подчиняются, как подчинились в своё время Липоксай и Арпоксай Колаксаю. Вот от этих скифов и начинается род русов.
- Учитель, а ты говорил, что есть разные легенды. Расскажи ещё.
- Хорошо, слушай. Это была скифская легенда, а теперь я расскажу тебе греческую. Всё случилось во время одного из подвигов Геракла, сына бога Зевса и Алкмены, жены героя Амфитриона. Геракл возвращался после похищения быков Гериона и попал в пустынную землю, которую сейчас называют Скифией. Ночь была холодной, Геракл устал, и натянув на себя львиную шкуру, лёг спать. Когда он проснулся, то обнаружил, что кони из его колесницы пропали.
Геракл отправился их искать и в одной из пещер увидел нимфу, половина тела у неё была женской, а ниже ягодиц - змеиной. Когда герой спросил, не видала ли она его коней, то получил ответ, что они у неё. И коней нимфа не вернёт, пока не родит от него сына. Пришлось Гераклу выполнить её требование и возлечь с ней, и только после этого ему вернули обратно коней.
Прежде чем Геракл ушёл, нимфа спросила: - "Что мне делать, когда родятся три твоих сына?". Он протянул ей свой лук и пояс и ответил так: - "Когда они вырастут, и ты увидишь, что они могут натянуть лук и подпоясаться моим поясом, испытай их. Тот, кто сможет это сделать, тот и должен остаться править страной. Остальных можешь отправить, куда глаза глядят". - И сказав это, Геракл ушёл.
У нимфы родилось три сына - Агафирис, Гелон и Скиф. Когда пришло время испытаний, только младший, Скиф, смог выполнить требование Геракла, и он стал правителем этой страны. Именно от него и пошёл род царских скифов.
- Учитель, а ещё расскажи!
- Хватит на сегодня, отрок. Обдумай всё сказанное, а пока иди, тренируй своё тело, тебя уже ждёт дядька Добрыня. Остальное расскажу потом.
Остаток дня Славен провел со своим наставником, который учил его владению луком, мечом, копьём и прочими видами оружия. А завтра отроку предстояло скакать по самым труднодоступным местам и при этом стрелять, метать копьё и преодолевать препятствия. Потом, через день, бегать, плавать и грести на лодке, опять же с оружием и в доспехе. И всё это только ради того, чтобы через два года отправиться в общий лагерь подготовки молодых воинов.
Царь русов Будимир поудобней устроился в кресле, окинул присутствующих задумчивым взглядом и спросил:
- Ну что, советники, расскажите мне последние новости, что стали вам известны в окрестных землях и внутри нашей страны. Давай начинай, Горан, ты за этими делами следишь.
- Тут дела пресложные затеваются, государь, война кругом, все друг друга режут почём зря. Порой и не знаешь, вернётся ладья из похода или нет.
- Ты, Горан, не набивай себе цену, все и так знают, что сейчас нелегко торговать и вести собирать. Давай про дела рассказывай.
- На западе, за рекой Дунай, вообще неизвестно что происходит. Про это в основном ромейские купцы рассказывают, да некоторые новости привезла ладья из Константинополя. Там то обры режут славян, то славяне ромеев, то ромеи вместе со славянами обров, а то и наоборот. Сегодня сосед тебе друг, а завтра злейший враг и пойдёт на тебя войной. Нет мира в тех краях, как нет его и в ближних землях.
Тут тоже возможна резня. Дело в том, что места вдоль Сурожского (Азовского) моря заняли болгары - это остатки различных племён, входивших в армию Атиллы, а вдоль Хвалисского (Каспийского) моря - хазары. Жили они себе поживали, но тут пришли к ним гости с востока - тюрки, и всех побили. Хазары сразу приняли их старшинство и подчинились, болгары немного посопротивлялись, но тоже признали верховенство пришельцев. Так что хазары усилились, захватили новые земли и теперь осматриваются вокруг, где ещё что можно прибрать.
А сами тюрки вынуждены были уйти обратно, у них на своей земле раскол произошёл, власть делят и друг с другом воюют. Так что теперь эти земли остались без присмотра, скорее всего, и болгары и хазары начнут жить сами по себе, никому не подчиняясь.
-Так, хорошо, с этим понятно. Какие вести из городищ и весей приходят, скажи нам ты, Остромысл.
- Здесь всё спокойно. Селищ становится больше и больше, народ осмелел, занимает землю не только по краям леса, но и в степь уже выходят. Там, говорят, землица родит лучше.
- А что соседи?
- Они к нам настроены хорошо, но присоединяться не хотят, как и дань платить. Создали свои, какие-то внутриплеменные союзы, родственные племена объединились между собой, и теперь ничего не боятся, говорят, их много и никому такую силу не одолеть. Кто к нашим словам прислушивается, так это вятичи. Но они в лесах сидят, их там достать никому не удастся, а сами они могут уйти, и никто их в лесных чащобах не найдёт.
- Надо думать, что делать дальше, советники. Можно конечно пойти и силой принудить платить дань, но ты сам слышал, что творится на Дунай-реке. Нам такого не надо. Да и лучше торговать, чем воевать. Если ты придёшь с мечом, добычу возьмёшь один раз, а если с мошной, то каждый раз будешь с прибытком. Что у нас с армией?
- Сейчас держим двадцать тысяч пехоты и двадцать тысяч комонных воев. Да ещё несколько сотен единиц артиллерии. Больше нам не осилить, царь, - ответил Остромысл.
- Горан, какие отряды по численности воюют на Дунае и в Византии?
- Меньше пятидесяти тысяч в набег не ходят, обычно гораздо больше.
- Вот и считай теперь, Остромысл, сколько нам надо воинов.
- Надо думать, что делать дальше. Мы не сможем содержать столько воинов, у нас просто не хватит зерна и мяса, чтобы их прокормить. Да и земля столько не родит, надо новые места искать.
- В твоих словах много правды. Кормить такое количество воинов трудно. Значит, армия должна кормить себя сама. И каждый наш воин должен уметь противостоять не менее чем трем воинам врага.
- Что, в набеги отправимся? - спросил Горан.
- Нельзя нам в набеги ходить. Мы не для того своих воинов растим и учим, чтобы их убивали где-то там, в чужих землях. Но выход есть. Надо выделить для армии землю, и пусть воины сами её обрабатывают. Не думаю, что будет много желающих заниматься чем-то подобным. В первую очередь надо предложить старикам, пусть они становятся старшими в таких поселениях. Армия даст им всё: семена, инструменты, скотину, за это поселение обязано будет отдать ей половину урожая, а вторую ей же продать.
Можно даже принимать наёмников для работы в таких поселениях, опять же под присмотром старых воинов. Так у них будет и работа по силам, а заодно и молодёжь станут учить воевать. Наёмников пора набирать по соседним землям, пусть служат в нашей армии, усваивают наши порядки, а потом несут их в свои края. И ещё вот на что надо обратить внимание.
Раз у нас появились соседи, любящие повоевать, я говорю про болгар и хазар, то надо начинать строить против них остроги. Вон Горан говорит, да и от Румона такой наказ остался, что только когда построишь крепкое городище, а там посадишь воинов с хорошим оружием и запасом еды, то малое их количество способно сдержать большую орду. Вот пусть воины и начинают строить эти городища-крепости.
Только не так, чтобы каждый сам придумывал, а с оружейниками надо поговорить, у них есть мастера, кто строил города со стенами. Вот пусть и занимаются. Кстати, от оружейников нет новостей?