Иллюзорный чемпион. Книга 4 (СИ)

Императрица слегка прищурилась, наконец переведя взгляд на моё лицо, но промолчала.
— Оборудование везде однотипное. — Продолжил я, пытаясь донести важность этой детали. — Все элементы унифицированы, словно все эти лаборатории созданы по одному плану. В Санкт-Петербурге, после взрыва я нашёл одну из таких лабораторий, снова глубоко под землёй в промышленном районе. Там было три саркофага. Все пустые. Но взрыв был только один.
Потянулся рукой к сумке, уловив, что её поза изменилась и она напряглась, будто ожидая от меня нападения. Медленно достал оттуда подготовленные заметки и протянул ей записи с координатами десятков объектов по всей стране, которые запомнил и перенёс на бумагу.
— Пустые саркофаги. — Произнесла она почти шёпотом, словно сама себе. — Интересно.
Женщина углубилась в чтение и с каждой страницей её лицо становилось всё напряженнее, от понимания того, какая змея свила логово в стране.
Я сидел, ожидая реакции императрицы. Взгляд женщины блуждал по бумагам, и она морщилась, будто сопоставляя те сведения, которые уже были ей известны с теми, что принёс я.
— Мы начнём расследование. — Наконец проговорила она. — Но это займёт время. Нам придётся задействовать агентуру в нескольких странах, процесс не быстрый, к тому же необходимо досконально проверить все эти точки. — Кивнула она на бумаги. — Полгода, не меньше.
Шесть месяцев… Как-то многовато времени для поисков, но с другой стороны, что я знаю о работе спецслужб? Возможно, это ещё очень быстрый результат, не все же умеют открывать иллюзорные барьеры, как я, чтобы силой получить нужную информацию, не встревожив при этом цель.
Я кивнул, принимая информацию к сведению. Главное, что миссия выполнена и я получу за неё необходимую мне награду, а полгода передышки — это вообще идеально. Хоть приведу свои дела в порядок и немного разгребу накопившуюся кучу, сосредоточившись на том, что давно требовало повышенного внимания.
Императрица отвернулась, дала понять, что разговор окончен и ко мне подошёл посредник, намекнувший, что пора удаляться.
На выходе он инстинктивно потянулся за повязкой, а затем вспомнив мои слова сразу передумал, открыл передо мной дверь и устроился на против. Дорога назад казалась ещё длиннее, но уже не раздражало. В голове роились планы, идеи и мысли о том, как можно использовать это время.
И оно потекло стремительнее, чем я ожидал. Едва только Императрица дала отмашку своим подчиненным, как стало ясно, что мне нужно срочно начинать действовать.
Разрешение на покупку банка очень быстро. Женщина, судя по всему, посчитала этот вопрос незначительным и почти моментально подписала указ, дающий мне полное право на выкуп обанкротившегося банка семьи Фэн. Как только документ оказался у меня в руках, я сразу решил заняться этим вопросом.
Встреча с представителями дворца оказалась удивительно краткой и лишённой излишних церемоний. Всё прошло строго по протоколу. Меня проводили в небольшую комнату с высокими потолками, где за массивным деревянным столом сидел чиновник среднего звена. Его лицо, не выражающее никаких эмоций, словно этот человек ежедневно проводил десятки подобных встреч, и каждый новый посетитель для него был лишь очередной бумагой, которая требовала подписи, поднялось вверх, он увидел меня и снова опустил его вниз. Просто придаток к системе, без своего мнения и желаний.
— Ваше разрешение. — Сказал он, протягивая бумаги, аккуратно лежащие в сторонке. — Императрица подписала его этим утром.
Я принял свиток с печатью императорской семьи и коротко кивнул в знак благодарности. Внутренне я был готов к долгой процедуре, может быть, даже к неделям ожидания, но всё прошло почти мгновенно. С такой скоростью можно было подумать, что это вообще не имело значения для правящей семьи, и немного подумав, я склонился к мысли, что это правда. Что для них такое мелкое событие? Всего лишь росчерк пера, который тем не менее даст мне шанс на возвышение. У Императрицы сейчас голова забита совершенно другими вопросами, сама их власть под угрозой, что им какой-то обанкротившийся банк.
 
Покидая дворец, я в который раз размышлял о семье Фэн. Их история стала для меня чем-то вроде символа того, как некогда великие семьи падают под ударами прогресса. Они жили по старым традициям, десятилетиями поддерживая ремесло, передаваемое из поколения в поколение. Ручное производство сельскохозяйственных инструментов приносило им хорошие деньги. Каждая лопата, каждые грабли, которые они производили, скупались и не задерживались на складах.
Но время не щадит никого. С развитием индустриализации и механизации, их изделия стали никому не нужны. На рынок пришли машины, которые могли выполнять ту же работу, что и ручные инструменты, но в десятки раз быстрее и дешевле. Семья Фэн, несмотря на все свои усилия, не смогла адаптироваться к новым реалиям. Они попытались уйти в нишу премиального производства, делая акцент на высоком качестве и уникальности своего товара, но спрос оказался слишком мал, а конкуренция, слишком велика.
Я вспомнил, как лет семь назад видел их продукцию на выставке. Изящные, почти ювелирные изделия, каждая деталь которых была выполнена вручную. Однако это уже был не практический инструмент для работы, а больше предмет роскоши. Что-то, чем можно похвастаться, но что редко используется по назначению. В итоге, несмотря на все попытки, они оказались на грани банкротства. Их банк, который должен был стать опорой для развития бизнеса, превратился в обузу, которую они больше не могли нести.
Моё предложение о сделке было для них спасением, банк мне был нужен для реализации собственных задач, а они не могли просто так закрыть его. На это тоже требовалось разрешение императорской семьи. В итоге, вся их невеликая прибыль уходила на поддержание его на плаву.
Однако внутри меня всё же оставалось чувство сожаления. Я понимал, что для них этот банк, был не просто финансовым учреждением, это была часть истории семьи, её наследие. Теперь им предстояло с этим проститься, как и со статусом одной из больших семей, которым позволено было принимать участие в финансовой системе государства. Условия рынка и реальность не оставляли им выбора, а мне не оставляли возможности быть сентиментальным.
На юг Китая, где находилось их имение, я добирался самолётом. Что машина, что поезд — пришлось бы потратить слишком много времени. Маленькие города у моря, где располагались филиалы банка, представляли собой совсем другой мир. Это скорее были большие деревни, пусть и с миллионным населением. Здесь не было сверкающих витрин и бурлящих потоков людей. Всё казалось более размеренным, почти застойным. Городок встретил меня тихими улицами, с редкими прохожими. Не то, что можно назвать процветающим местом, но здесь всё ещё ощущалось какое-то своё, особенное спокойствие. Да и эта атмосфера, к моему удивлению, показалась мне даже чем-то приятной.
Меня встретили в аэропорту — скромный представитель семьи Фэн, мужчина лет пятидесяти, одетый по всем местным традициям, сдержанно поклонился и с мягкой вежливостью пригласил меня следовать за ним. Я знал, что семья находится в трудной ситуации, и потому было важно держаться с ними тактично, без лишнего давления. Всё, что я собирался сделать, это помочь им завершить сделку, от которой они уже не могут отказаться. Но ощущение того, что они видят во мне спасителя, не оставляло меня с тех пор, как я получил разрешение на покупку банка от Императрицы.
— Мы рады, что вы согласились встретиться лично. — Говорил мужчина, ведя меня по улочкам, которые с каждой минутой становились всё более узкими. — Наша семья долгое время боролась за сохранение наследия, но, как вы понимаете, времена меняются, и мы уже не можем справляться с новыми вызовами.
Его голос прям сочился смесью грусти и смирения. Я знал, что Фэн держатся из последних сил, и что им больше не справиться без серьёзных вложений. Сама мысль о том, что они в один момент не смогут платить по счетам и обанкротятся, стала для них настоящей катастрофой. Позор семьи, не сумевшей удержать наследие, тенью отброшенный на их умерших предков. Единственный выход для них состоял в том, что им просто жизненно необходимо было отбросить всё лишнее, оставив только самый минимум для выживания в надеже на то, что следующее поколение сможет вновь вознести славу рода наверх.