Изгои (СИ)

Пауза, жрец хотел было вновь открыть рот, но я не позволил.
— Я же, как всякий настоящий аристо, не остался в стороне, — а вот толстяк и длинный, знакомые мне, явно где-то пережидали схватку, сейчас при таких словах попрятали глазки, — Сам Нессер дер Вирго вручил для выполнения миссии, возложенной на меня Верховным богом, смертоносный артефакт, и именно он помог мне добить ослабленного ящера! И я без сомнений и сожалений пустил его в ход! — в какой-то мере тоже правда, ведь маг привязывал, как и остальные, «Кровопийцу», да и передавал из рук в руки. Тот же, чувствуя сопричастность к великому делу, несмотря на халат, приосанился, а на лице, осунувшемуся явно не от простой волшбы, появилась некая торжественность. Мне же было ясно, что он недоумевал, но не спешил возражать: «вы все врете!». И версия Турина окончательно должна была закрепиться в мозгах окружающих — для уничтожения дракона использовался одноразовый амулет, который, в свою очередь, величайшая редкость из редкостей, и точка. Я обвел взглядом благородных, затем посмотрел с нескрываемым презрением на жреца.
— Но до завершения битвы после гибели главной твари было еще неблизко, потому что оставались наездники и другие мрази! Предавшие все, всех, вся, даже своих матерей, и от того опасные, как никто другой, ведь это крысы, загнанные в угол! Они не остановились бы ни перед чем! И они понимали — их дело проиграно, отчего готовы были на любое злодеяние, даже не укладывающееся в нормальной голове! Они уничтожали непричастных, мирных граждан, они пытались нанести наибольший ущерб, как Империи, так и Великому герцогству, опорочить доброе имя и доблесть нового наместника, бившегося в первых рядах! И я, желая, чтобы эти лирнийские слизни понесли заслуженное наказание, попав руки имперского правосудия, пытался их обезвредить. И где-то это получилось. Дважды использовал на мага «Объятия Ороса», но безуспешно… тот прикрывался подлым щитом! А затем я сделал все возможное для того, чтобы колдун не смог попасть в наместника и его верных людей страшным заклятьем, от которого звенел и гудел сам воздух! Клянусь кровью! — и опять пламя на кулаке, — И у меня это получилось сделать! Слава наместнику, глэрду Рихану из Дома Клеоста! — тут никто не остался в стороне, дело ли, когда повелитель Демморунга рядом, каждый постарался гаркнуть во всю мощь легких. Кроме прессы.
Я, опять переждав всплеск эмоций, отмечая, что служитель культа совершенно не рад подобным поворотам и затеянной им игре на публику, продолжил скорбным тоном:
— Однако не зря говорят в народе, если кого-то хотят наказать боги, они лишают его разума. И только этим я могу объяснить твою гордыню и спесь, жрец! Когда вдруг оказывается, что ничтожная жалкая жизнь трусов, значит больше жизни самого наместника и его людей, чье мужество и доблесть, вполне возможно, войдет в легенды! Или ты хочешь сказать, что я, предотвратив губительный удар злой волшбы по одним из лучших людей в Империи, совершил преступное деяние⁈ Именно в этом ты меня обвинил!
Вот здесь пара аристо даже выругалась и наградила виновника очень и очень нехорошими взглядами. А девица посмотрела крайне заинтересованно, будто препарируя служителя культа взглядом.
— Но заклинание прилетело в нас, хотя могло бы… — начал оправдываться тот.
— Не могло! — жестко прервал я, — Да, оно ударило в ваши ряды! Но задай себе вопрос: почему? Не знаешь? Зато я знаю и отвечу! Все произошло ровно так, как предначертано, — поднял указательный палец вверх и сделал небольшую многозначительную паузу, никто не спешил в нее вклиниться, даже служитель лишь таращил глаза, скорее всего, сомлев от моей наглости, — Вы переполнили чашу терпения тех, кому служите. Сначала одобрили бесчестный со всех сторон Поединок чести вчера, ведь превосходство Лидии надо мною было неоспоримым, она хотела на ровном месте получить мою силу и кровь. В результате ее вливается сейчас в мои вены. И когда вам те, кого вы недостаточно почитаете, явили свою волю, даровав мне победу, как предельно честному и благородному мужу, вы не сделали правильных выводов! Вы еще дальше погрязли в ереси и собственной гордыне! Потому что сегодня забыли заповедь, что всякая власть от богов! И вместо того, чтобы встать рядом с нею, плечом к плечу, вы выжидали, лавировали, выбирали сторону, и когда стало ясно, что летающая тварь будет повергнута, только тогда «заспешили» на помощь! Но не ранее! Тем временем между царством Мары и простыми гражданами, сойдясь в страшной битве, стояли только дворяне и гвардейцы под руководством нашего наместника, они сберегли сотни, если не тысячи жизней! А по всем уложениям именно вы, жрец, должны были без промедления и сомнений устремиться на помощь пастве! Потому что в ваших интересах радеть о ней, ведь она вас кормит, она делает ваших богов великими, а те одаривают вас толикой своей благодати. Мы же сильны сами по себе, мы делаем и берем все по праву. По праву крови! Именно она нас делает великими — мы аристо! — щедро плеснул елея на самолюбие местной знати, их глаза сверкали, кулаки сжимались.
 
— Так вот, если бы вы сделали все по заветам, то никак не смог бы попасть в вас смертоносный заряд, выпущенный обезумевшим наездником-магом. Почему? Потому что никого на том месте не было бы! Заклинание растворилось бы в Храмовой защите, сделав ее сильнее, но главное, не причинив вреда. Поэтому сделай правильный вывод — вас наказали боги! А теперь иди, подумай о том, что небожители дали тебе шанс осознать ошибки, исправить их! Ты — Верховный жрец, тебе дано многое, но и спрашивать с тебя станут там, — показал вновь пальцем вверх, — Строже! Гораздо строже. Помни об этом. Власть всегда идет рядом с ответственностью, о чем знает каждый уважающий себя аристо. Даже наши дети. Вам же, несмотря на титулы, приходится об этом постоянно напоминать. Власть — это не только блюда из золота, власть — это когда нужно и требуется: кровь, боль, грязь и кишки! И все твое и твоих людей! Это плата! А, если ты продолжишь в том же духе жить и плодить ересь, не удивлюсь, что окажешься в Гратисе!
У жреца в конце моей речи покраснели даже уши. Едва пар не валил. В паузу вклинился Турин, который явно был и сам уже не рад приказу «ответить что-нибудь».
— Жрец, сейчас молча уходи в свою обитель, и сделай это быстро! Осмысли все, что тебе сказал глэрд! Потом мы во всем разберемся, почему, зачем и как, — приказал спокойным, даже чуть усталым тоном, в котором для меня явственно читалось: «пожалуйста, возрази мне». Возмутитель спокойствия встретился взглядом с сотником, затем перевел его на Рихана, на красавицу, а потом поджал тонкие губы, развернулся и направился к подчиненным, высыпавшим из Храма.
Отметил еще одну тройку драконов, которая появилась из-под купола, а один самый черный, направился в нашу сторону. Он пронесся высоко над площадью, и в этот момент из центрального седла выпрыгнула блестящая фигура. Десантировался наездник через секунды три, за которые рядом со мной встал наместник. Рыцарь приземлился мягко, явно используя левитатор, а до этого применил что-то для разгона. Я отметил антрацитовый анатомический доспех, сплошь покрытый серебром, золотом и драгоценными камнями. На нем изображены были сцены сражений крылатых ящеров с различными чудовищами. Шлем прибывший не носил, хотя он мог скрываться и в высоком горжете. Бросались в глаза два массивных наплечника в виде драконьих голов. Полуторный родовой меч на поясе с башкой опять же ящера и отсутствие даже кинжала на нем же. Грива седых волос до плеч, кожа белая, глаза голубые, волевой гладковыбритый подбородок, заостренные скулы и нос. Уши какие-то неправильные, похожие на эльфийские. Однако кольцо говорило, что передо мной чистокровный аристо. Он неспешно подошел к толпе, которая почтительно расступилась, пропуская его в первые ряды. А владетель Речной Крепости, судя по легкой тени недовольства на лице, прибывшему не обрадовался.
— Я, — начал говорить Рихан торжественным голосом, — наместник великого герцога в Демморунге, выражаю свою благодарность глэрду Райсу главе Дома Сумеречных за мужественные действия и, не побоюсь этого слова, наше спасение! Он спас не только меня, но и других славных аристо Великого герцогства Аринор и Империи, как и множество граждан! Аррас! — тут и мне пришлось с вдохновением проорать, — О награде объявлю позже! А пока, говорю, что убитый дракон является только его трофеем, на который никто и никогда не имеет предъявлять никаких прав, как и требовать с добычи налог. С разделкой, заклинанием нетления помогут мои люди, как и доставят все, куда скажет глэрд. Это касается и имущества, и снаряжения запятнавших себя предательством наездников! — в глазах прибывшего именно в этот момент полыхнуло синее пламя ярости, — Сегодня глэрд Райс совершил большое дело, подвиг, который войдет в века! Слава!