Взгляд из прошлого (СИ)

— Чтобы побыть вместе… Поживи со мной до моего отъезда…
— А твой будущий муж не будет против такого нового соседа и сожителя, для своей будущей жены, - я сказал это в шутку и не хотел напоминать Алисе о Кариме, или обижать ее. Просто сказал не подумавши.
— Ты хочешь попробовать разнообразить нашу сексуальную жизнь и попробовать МЖМ? – захотелось позлить Глеба. А нечего при мне вспоминать про этого угрюмого медведя Карима, он что на вид, что на запах, как старый, ленивый медведь, который лезет в валежник на зимовку.
  
— Ага, сейчас, мечтай, - я не представляю теперь рядом с Алисой вообще никого, кроме себя, - я, если что, ревнивый…
— А чего тогда меня к Кариму клеишь?
— Дурак, ляпнул не подумавши, прости.
— Прощаю, - подхожу к нему, сажусь опять на колени и обнимаю так, что его голова ложится на мою грудь. Обнимаю его как маленького мальчика, запускаю руки в короткие волосы и на душе так тепло, комфортно и по-домашнему, что хочется улыбаться.
— Алиска, - мне так приятно обнимать ее, находиться рядом, и вот я словил себя на мысли, что совсем она и не холодная Леди с колючим взглядом, а напротив, очень теплая и уютная. Я слышу, как гулко стучит ее сердце, и это вовсе не ледышка…, - как бы мне не хотелось, но мне пора на работу.
— Обещай, что вернешься сегодня, - наверное, сейчас я смотрю на него, как кошка в рекламе на Вискас… Мне хочется срастись с ним и душой и телом, привязать к себе и никогда не отпускать.
— Честное, пречестное слово…, - поднимаю руку вверх и произношу, - клянусь, что до твоего отъезда я буду, ну денно, не обещаю, а вот нощно быть рядом с тобой… А через пару дней буду делать и так, - начинаю целовать ее шею, провожу руками по спине, одна рука ложится на грудь и несильно сжимает ее, на что Алиса только всхлипнула… Надо остановить самого себя, потому что Алиса, ясное дело, это делать не будет. А мой мозг скулит и выпрашивает: «Вот еще чуть-чуть, капельку, и все…» С силой втягиваю в себя воздух и прекращаю издеваться над собой и Алиской, у которой глаза уже блестят в предвкушении продолжения, но пока нельзя. – Все, я пошел. Иначе мы с тобой не распрощаемся. Чем собираешься заниматься?
— У нас в холодильнике мышь повесилась, надо что-то купить поесть. Так что сейчас соберусь и поеду в магазин.
— Ага, и будешь тягать тяжелые сумки?
— Я вызову такси, а продукты буду возить в тележке. Так пойдет, босс.
— Я б с большим удовольствием помог тебе, но сегодня партия машин приходит, так что вариант с такси, единственное решение. – Достаю карточку и протягиваю Алисе. – Это на покупки.
— У меня есть деньги и…, - не успеваю возмутиться я.
— Кто в доме мужик?
— Ты, - сразу сдуваюсь, как воздушный шар.
— А кто красивый?
— Я? – вопросительно спрашиваю.
— А чего так неуверенно, ты, конечно. А правила какие? Не отвечай. Правила такие: мужик зарабатывает, красивая тратит. Я бы сказал по-китайски, если ты по-русски не понимаешь, так сказать для закрепления, но, к сожалению, не владею. Поэтому…, - подхожу к Алисе и целую. - Я пошел.
Слышу, как хлопнула входная дверь. Села обратно за кухонный стол. Подперла головоньку руками и на минут пятнадцать выпала из реальности, а на лице цвела блаженная улыбка.
  
Глава 24
 
И началось наше совместное проживание. Глеб предлагал переехать к нему, но я отказалась, так как через полторы недели надо собирать чемодан в Китай, а если еще собирать вещи и для переезда, то двойного тряпкакопания моя психика не перенесет. Я могу все сгрести и спалить, или выкинуть, но не перебирать по пять раз.  
А еще никто не отменял решения дяди выдать меня замуж, поэтому лишний раз привлекать к своей персоне внимание всего благородного семейства, мне не хотелось. Неизвестно, как отреагирует Камиль. Да и Карим тоже не милый и не пушистый, а злобный старикан.
Да, и как-то надо еще сказать дяде, что я уезжаю, надеюсь не будет ставить палки в колеса и отпустит «любимую» племянницу на стажировку. Хотя пригодится ли она мне в дальнейшем, неизвестно, так как мое будущее очень туманно и есть ли оно вообще – будущее? Как мало у меня времени понежиться в лучах любви Глеба, почему жизнь так несправедлива…
Ладно, надо собраться и перестать быть тряпкой, я должна быть сильные, слабые не выживают. Только люди, которые имеют цель и смысл в жизни, прорвутся и достигнут высот. А цель у меня есть!
Еду в институт, надо отдать документы для оформления. В деканате меня встречает наш куратор, очень милая женщина за пятьдесят. Она с первого курса так с нами носится, как курица за цыплятами.
— Здравствуйте, Маргарита Павловна.  С наступившим вас… Здоровья побольше, чтобы прогульщики вам нервны не трепали, декан премию выписал, а ректор грамоту дал, за высокие достижения в труде. – Наговорила с три короба, аж самой смешно стало.
— Ох, Алиса, твои бы слова, да богу в уши, и можно без грамоты… Ну что, чемоданы пакуешь?
— Ну, как подтвердите точно, что еду, так и упакую, чего раньше времени моль в шкафах пугать.
— Да дело решенное… Точно едете, список видела уже подписанный и утвержденный… Да и ты у нас умница и отличница, чего ж такого ребенка умного миру не показать? Пусть обзавидуются эти китайцы, что у нас есть и умные, и красивые, а не то, что эти…, - Маргарита Павловна махнула рукой, как будто я должна понять, кто эти страшные и тупые.
— А кто еще едет?
— Кто-кто, ну ты, потом тот зубрила Артемов; не знаю за какие заслуги, но едет Белова, конечно, у нее папа депутат, но это вроде…, да ладно, бог с ней; ну и этот твой Дима. Все. А! Еще преподаватель этот новый по международному праву Алексей…, - и щелкает пальцами, чтобы я помогла вспомнить его отчество. А я что, помню?
— Я поняла, - махнула головой. – Вот, - протягиваю ей файл с документами, - здесь все по списку, который вы СМС-кой сбрасывали. А через сколько нам сообщат, когда точная дата вылет, ну и вообще….
— Так вот за пару дней документы соберу, потом отдам в юридический отдел и ждите оповещение.
— А куда хоть летим? Известно?
Маргарита Павловна с видом шпиона заговорщика переваливается ко мне через стойку, которая нас разделяла и, почему-то шепотом сказала:
— Гонконг, прикинь…, - и глаза такие радостные, как будто это не я, а она туда собралась лететь.
— Круто, - я аж присвистнула. Нет, это реально круто. Потому что Гонконг – это один из ведущих финансовых центров Азии, да и вообще – мира.
— И я про то же. Ладно, Адашева, чеши домой есть салаты и не мешай мне работать.
О, вспомнила! Нырнула в свою сумку и достала оттуда выпечку. Угу, я начала печь, а что, мужика прикормить надо, чтобы привык кушать в одном месте, и не гадить в тапки, шутка-шутка. Глеб не слышал? Хи-хи…
— Маргарита Павловна, это вам, сама пекла.
— Ну Алиса, ты что, я же на диете! А с чем булка?
— С персиковым вареньем.
— Ох, Алиса, гореть мне в аду и плавить свой жир на сковороде огненной, я ж который год даю себе установку - с Нового Года не жрать ни мучного, ни сладкого. А тут ты, со своей булкой, да еще и с персиковой начинкой. Ты демон искуситель. Клади сюда свою булку, только быстро, - протягивает мне чистый лист А4, и смотрит воровато по сторонам, как будто в кабинете еще человек десять, а не нас двое, - и брысь отсюда.
— Я могила. Никто не узнает нашу страшную тайну. – Кладу булку и выбегаю из кабинета.
Ох, уж Маргарита Павловна юмористка, подняла настроение…
Ну что, нужен баланс в организме. Теперь поеду к дяде, он мне испортит настроение, как пить дать, и вернусь домой ровно с тем настроением, с которым и вышла. Закон природы - где-то прибывает, где-то убывает.
  
Добралась довольно быстро. Поднялась на этаж руководства, а в приемной пусто, зато дверь в кабинет Камиля приоткрыта и оттуда слышен шепот и хихиканье. Открываю дверь пошире. Камиль за столом, а на столе перед ним его милая секретарша сидит, раздвинув ноги.