Колючка для высшего эльфа или сиротка в академии (СИ)

Вот так и прошла моя первая неделя жизни и учебы в Голденхоле. Комната, занятия, библиотека, периодические контакты с другой мультикультурной цивилизацией в гостинной “особенных” и вечерние прогулки по академии, будь они неладны. Ведь именно они привели меня в старую башню, где я и познакомилась с высокородным.  
Покинув кабинет ректора, я как раз направлялась к своему корпусу, как метка на руке полыхнула и меня резко развернуло на месте.  
Вот же… 
Мне дико захотелось что нибудь пнуть в порыве гнева. Почему полыхала метка, не и без магических справочников моментально стало понятно — высокородный призвал своего новоиспеченного раба к себе.  
Где искать Найтвейна стало очевидно тоже благодаря метке.  
Меня потянуло в нужном направлении и…снова к эльфийской башне. Вот же не справедливость! 
Минуя полупустые коридоры, я к сожалению периодически встречала представителей этой «чудесной и наидобрейшей» расы. Косые взгляды и надменные лица, на которых так и читалось: «и что же ты тут в нашей прекрасной обители забыла?». А вот те эльфы, что увидели как я захожу в комнату Найтвейна, ошарашенно округлили глаза. 
— Ты опоздала, — Кириэль даже не обернулся. Расположившись за белоснежным столом, на который высокородный закинул ноги, накоренив стул на две ножки, он листал какие-то бумаги, держа их на весу.  
Один лист скомкал и швырнул в сторону вазы в противоположном углу, видимо служащей ему мусорным ведром. А ведь попал, не глядя.  
— Прошу прощения, ваше высокомерие, — хоть эльф на меня не смотрел, но я все равно отвесила ему реверанс, — я бежала к вам со всех ног, как только получила ваш зов, но по дороге было столько препятствий, видимо вам придется смириться с тем, что ваша метка не обладает функцией телепорта для персонального раба.  
Бумага в его руках хрустнула и стул, на котором раскачивался высокородный, с грохотом опустился на четыре ножки.  
Понятно, разозлился. Так ему и надо. Знал бы как во мне все полыхает от гнева.  
— Человечка пытается шутить, как интересно, — протянул он, наконец повернувшись ко мне. 
Вообще-то это называется сарказм, но видимо в эльфийском словаре таких слов не существует. 
— Что вы, ваше высокомерие, я искренне переживаю за невозможность оказаться у ваших ног по щелчку пальцев. 
Мышца на его идеальном лице дернулась в районе правой скулы. Так отлично. Эмоциональному фону идеальный эльф все таки подвержен. Пока только негативному, но вдруг в нем можно пробудить эмпатию или другие положительные качества. 
Вот только в следующую секунду он меня ошарашил. 
Быстро и едва уловимо пересек комнату, оказался так близко, что я с трудом удержалась на месте, чтобы не попятиться. 
— Ты даже представить себе не можешь, как бы я хотел, чтобы ты по щелчку пальцев оказалась там, где я хочу. 
Да уж, от металла в его голосе меня аж озноб пробил. Это было грубо, если я правильно поняла его намек. 
— Было бы славно, — прикусив губу, я закатила глаза, изображая мечтательность, — вы бы, ваше великолепие, могли бы отправить меня куда подальше от этой замечательной академии. Домой например. 
Мысленно увернувшись от выпущенной в меня молнии из светло-голубых, как льдинки глаз, я продолжила держать оборону, невинно похлопав ресницами. 
— Я бы отправил тебя еще дальше. Тебе не кажется, что ты удивительно раздражающая, даже для представителя своей расы из своего отсталого мира? 
Отсталого мира? Ага, конечно, да в моем мире людям и не нужна вся ваша магия.  
Я очень хотела высказать ему все свои мысли, они буквально рвались наружу и кололи горло. Но нет, я не покажу ему, что он меня задел. Я стойкий солдатик. 
— Это печально, — грустно надув губки, я продолжала язвить, — ну знаете, как-то странно вы рабов выбираете. Я бы не стала в рабы записывать бесящих меня человечков.  
Ледяные глаза напротив опасно для меня сузились. Даже температура в помещении понизилась и повеяло холодком. На всякий случай бросила взгляд в сторону окна. Вдруг стекло с витражным узором инеем покрылось.  
 
Так и есть.  
Кириэль Найтвейн из клана серебряного ветра и судя по слухам, вполне умел управлять погодой. Тут слухи похоже не обманывали. 
— У человечки есть имя? 
Неожиданный вопрос. Неужели светлоликого мистера великолепие заинтересовало мое имя? С чего бы это? 
— Есть, а зачем вам мое имя, мой господин? — удивленно прижав ладонь к губам, я выдвинула предположение, — устали называть меня человечкой? 
— Хочу знать как называется раздражающая меня колючка. 
— Ну тогда пусть мое имя останется тайной. Вдруг раздражения станет больше. 
А что? Вполне возможно, судя по реакции темного. 
— Тогда будешь просто Колючкой, — изогнув бровь, высокородный отошел от меня и я смогла тихо и расслабленно выдохнуть. 
Чтобы снова поделиться своим мнением: 
— Ваше великолепие выбрало кличку для своего раба? Чудесно. Похоже я делаю карьерные успехи, а ведь даже поручения пока не начала выполнять. 
Широкая спина эльфа резко окаменела.  
Хммм… и все-таки он отличался от своих соплеменников.  
Нет, ни характером, здесь прямо чувствовались эльфийские корни. Внешне. Но не так сильно, как темный от основного костяка эльфов в академии. Обычно они были такими изящными, воздушными, Всегда хорошо сложены и красивы, но имели скорее утонченное телосложение и конечно все были высоки. Кириэль напротив выглядел мощным и крепким. Вроде бы и изящество ему было присуще, но не настолько концентрированно как у других эльфов. Даже черты его лица…в первую очередь красивы по мужски и только потом — в меру утонченны. Волосы ниже плеч, собранные в низкий хвост, имели золотистый отлив, а не серебристый,  как у большинства. А главное — его отношение к одежде. Как выяснилось, Кириэль не являлся адептом, поэтому форму он не носил, что было логично. У эльфов кстати форма отличалась от формы магов, но выполнена была в схожей стилистике. Цветовая палитра корректировалась в зависимости от курса и форма каждого отделения имела эмблему с гербом этого отделения. У эльфов эмблемами были — символы их кланов. У меня как, как у обладателя статуса “особый адепт” — эмблемы пока не появилось.  
Эльфов с первого взгляда легко было распознать в толпе по идеально застегнутым пуговицам, разглаженной ткани и казалось, они только и занимаются тем, что поправляют каждую складочку, но не Кириэль.  
Вот этот высокородный даже тут выделился.  
Небрежно расстегнутые верхние пуговицы, поднятый воротник и какой-то талисман на совершенно не изящной, даже грубой цепочке, дерзко выбивающийся из распахнутой верхней части рубашки. На земле, обычно именно так одетые красавчики актеры и модели, красовались с билбордов или разворотов модных журналов, позируя на фоне пустыни или небоскребов. Обычно они скалили белоснежные зубы, а рядом добавлялась вклейка флакончика духов, часов и рекламный лозунг. Правда в этом мире эльфы ничем таким не занимались и предпочитали избегать «продающей» небрежности в пользу — идеальность во всем.  
Но мое воображение все равно нарисовало забавную картину.  
Озлобленный Кириэль вдруг разворачивается, освещая комнату белозубой улыбкой, в руках его мелькает гламурный товар за сумму среднероссийской зарплаты и он произносит заученную фразу: «с этой вещью ты войдешь в новую жизнь, а с нашим промокодом получишь скидку». А дальше яркая вспышка, хлопок и конфетти.  
Образ сложился таким ярким, что я засмеялась.  
Вот только повеяло сильной прохладой. И от брошенного в мою сторону пронизывающего ледяного взгляда —  я поперхнулась.
  
Четвертая глава
 
Кажется на меня надвигалась буря. Очень опасная и злая. Того гляди меня накроет снежной лавиной.  
— Я вижу, тебе весело?  
Из уст высокородного это прозвучало угрозой. 
— Я бы не сказала…но если честно, не грустно, — призналась и по инерции втянула голову в плечи, ожидая проблемы. Снежная лавина в виде разгневанного эльфа пока держалась, возвышаясь надо мной.