Униженная жена генерала дракона (СИ)

Но тут же мысли стало уносить куда-то в сторону романтики. Словно сердце, привыкшее вечно скрывать свои чувства, вдруг встрепенулось и решило в кого-то влюбиться!
Словно голодный пес, сорвавшийся с цепи.
«Красивый. Сильный. Спас. И что? Вальсар тоже был красив и силен. И тоже когда-то „спас“ меня… на двадцать лет мучений. Нет уж. Спасибо, генерал. Ты подарил мне жизнь. Но больше — ничего. Я не позволю себе снова поверить дракону».
  
«Он — дракон. Значит, в нем есть лед. Даже если сейчас он прикрыт подвигом и честью. Рано или поздно он покажет свою драконью сущность. И, быть может, на этот раз я стану столом или тумбочкой!».
Я упала на кровать.
Не раздеваясь. Не умываясь. Просто — упала, словно у меня не осталось сил даже стоять.
И… забылась.
Не сном. Тревожным бредом. Снились когти. Огонь. Смех Лилы. Глаза Вальсара. И я чувствовала вкус винограда на губах. Меня затошнило. Прямо во сне.
Я металась. Всхлипывала. Цеплялась за плащ, как за якорь. Словно это единственное, что удерживало меня от ужаса, паники и отчаяния. Словно он отгонял эти кошмары, решившие еще разочек прокрутить события сегодняшнего вечера.
Когда я проснулась, то обнаружила, что сжимаю его в объятиях. Как ребенок — любимую игрушку.
«Ты… ты для меня сейчас больше, чем все сокровища мира», — подумала я, не открывая глаз. — «Ты — единственное, что не предало».
Утро. Серое. Холодное. Свободное.
Я открыла глаза.
Комната выглядела еще беднее и ужасней, чем ночью. Свет из узкого окна падал на плесень на стене. На дыру в матрасе. На пятно на полу, которое лучше не рассматривать людям с фантазией.
Но…
Я села. Потянулась. Вдохнула.
И снова попыталась осознать тот факт, что я свободна!
По-настоящему. Впервые за двадцать лет.
Никто не придет с приказом.
Никто не заставляет кланяться.
Никто не посадит на мою спину свою любовницу.
Я — сама себе хозяйка и могу делать все, что хочу! Весь мир для меня открыт!
Итак. Первое правило новой жизни. Держаться подальше от драконов и поближе к деньгам.
Я встала с кровати, которая оповестила всех в округе своим протяжным скрипом, что я проснулась. Бережно, почти благоговейно взяла плащ. Провела рукой по складкам.
— Доброе утро, — сказала я ему, словно живому. — Сегодня… мы начинаем новую жизнь. Ты со мной?
Я повесила плащ на кривой гвоздь. Чтобы не мялся. Чтобы был готов, когда понадобится.
Потом — села на край кровати. Закрыла глаза, пытаясь понять, с чего начинать!
  
Глава 10
 
Для начала я вытряхнула из корсета все свои богатства и разложила их на столе. Потом разделась до корсета, рубашки и нижней юбки, взяла осколок стекла, который валялся возле рамы. Я-то думала, почему так холодно! А тут окно разбито. Видимо, кто-то камнем решил написать отзыв гостеприимству.
Осколком, замотав его в тряпку, оторванную от нижней юбки, я стала срезать с платья все украшения, складывая их в общую кучу.
«Что я умею?» — вертелось у меня в голове.
В том мире я была никем. Студентка. Будущий офисный планктон. Кофеечек — кулер — совещания — график — пальтишко на руке и туфли в кредит.
— А из реального? — спросила я у своей памяти.
Из реального была подработка в блинной — три месяца, пока не выгнали за «слишком много вопросов». Пока мои красивые сокурсницы записывались в эскорт, я, будучи не самой красивой и популярной девочкой, переворачивала блинчики, пихала в них начинку, поглядывая на часы. «Ваш заказ! Два блина с грибами! Три с беконом! И один с повидлом! Следующий!».
Но… блины.
Здесь их нет. Совсем. Я спрашивала у слуг. У поваров. Ничего похожего. Только лепешки. Сухие. Безвкусные. Для бедняков.
«Блины…» — я представила, как тесто льется на сковородку. Как шипит. Как пахнет маслом и ванилью. — «Это… это может сработать».
Но…
Для блинной нужно помещение! Это раз. Даже если я куплю себе помещение, то нужен будет патент! Королевский патент, который я смогу получить только во дворце.
Я сжала кулаки.
Во дворец — ни ногой. Меня там знают все. От повара до конюха. Один взгляд — и всё. Конец.
«Нет. Рисковать нельзя», — помотала я головой.
Я встала. Подошла к умывальнику. Плеснула на лицо ледяной водой, чтобы лучше думалось.
«Всё! Не парься! Начни с малого. С самого малого», — произнесла я себе, глядя в треснувшее зеркало. — «Да, господин генерал?»
Я улыбнулась и посмотрела на плащ. Пусть его и нет рядом, но мне казалось, что он незримо поддерживает меня. «О! Плащ, пропитанный мужеством! Передай часть мужества мне! Оно мне сейчас ой как нужно!».
— Так, надо что-то решать с внешностью! А то меня разве что на коробках конфет не печатали! — произнесла я, как вдруг увидела в волосах блеск золотых шпилек с бриллиантами.
Я вытащила их и бросила в общую кучу.
Светлые волосы рассыпались по моим плечам.
— Без паники. Достаточно просто просто поменять цвет волос и не краситься, — успокоила себя я.
Никто не видел меня без макияжа. Без прически. Без короны. Без этого проклятого «величественного» взгляда.
Я оделась, спрятала волосы и накинула на плечи плащ. Сейчас, когда он согревал меня, мне казалось все не таким страшным. Словно меня переполняла решимость.
Спустившись вниз, я увидела, как трактирщик натирает кружки со скучающим видом. Посетителей не было. Даже пьянчужки в углу я не заметила.
— Сегодня никого нет? — спросила я, втайне радуясь.
— Так это… траур объявили! — пожал плечами трактирщик. — Никому не наливаем. Принцесса погибла!
— Да вы что⁈ — удивилась я, чувствуя, как внутри все вздрогнуло. — Правда, что ли?
— Да, — вздохнул трактирщик. — Во дворце такой пожар был! И если бы генерал Моравиа не привел войско, то жертв было бы больше! А так много погибших…
— Неужели, — произнесла я, качая головой. — А принц? А король?
— О, слава богам, принц и король живы. Они же драконы! Из королевской семьи никто, кроме принцессы, не погиб! Говорят, принц сам вытащил из огня свою фаворитку! Выломал крышу и взлетел!
«Вот, блин горелый!» — с досадой подумала я, видя, что трактирщику хочется с кем-то пообщаться.
— А где тут магазины? — спросила я. — Мне нужно кое-что купить…
— Да тут, за углом! — махнул он тряпкой в сторону двери. — Вот смотрю я на вас, а вы мне кого-то напоминаете!
Я вздрогнула. Неужели принцессу?
  
Глава 11
 
— И кого же? — спросила я сдавленным голосом.
— Служанку, что тут работала у меня два месяца назад! — заметил он. — Только волосы были темные. Ее звали Дора Шелти. Смазливая такая девчонка! Куда делась — не знаю. Говорят, что ее увез какой-то проходимец. Сманил обещаниями и кокнул по дороге. Но это все слухи! Но вы прямо один в один! Только не обижайтесь, что я вас сравниваю… Вы явно благородная дама.
— Нет, все в порядке, — улыбнулась я, понимая, что теперь меня зовут Дора Шелти. И в моей трудовой книжке, придуманной на ходу, появилось место работы!
Так, если что, я — Дора Шелти. Служанка. Работала в трактире «Старый Медведь». Отлично!
Я вышла и направилась за угол, видя там магазин зелий, а неподалеку магазин хозяйственных принадлежностей. Чуть дальше затесался магазин старой одежды.
— Здравствуйте, — улыбнулась я, видя, как звон колокольчика разбудил аптекаря, уснувшего с утренним выпуском газет. — Мне нужна краска для волос.
— Одну минутку, — заметил аптекарь, пряча газету. — Вот вам каталог!
Мне на стойку положили замусоленную книжку, как в парикмахерской. В ней я видела образцы волос и названия красок. «Поцелуй под луной», «Томный соблазн», «Вечернее обольщение», «Лунный цветок».
  
— Ну вот эту, — ткнула пальцем я в темно-каштановый, почти черный цвет, который назывался «Сладкий каштан».
— Одну минутку. Сейчас сделаю, — произнес аптекарь, доставая тетрадку с рецептами. Он что-то колдовал, пока я смотрела на газету, на главной полосе которой красовалась моя фотография с траурной лентой. Ой, а сколько соболезнований! И такими проникновенными слова мужа о том, что он потерял самое дорогое, что у него есть!