Униженная жена генерала дракона (СИ)
Я закрыла глаза. Слезы текли. Не рыдания. Не всхлипы. Просто… текли по моим щекам. Как дождь по стеклу. Бесшумно. Без надежды.
«Моя жизнь ничего не стоит», — подумала я. «Для него — я мебель. Для нее — препятствие. Для двора — позорная история, которую будут пересказывать еще долго, не скупясь в приукрашивании!»
Но самое страшное — я знала, что это не конец.
Это — пролог к моей смерти.
Он не оставит меня в живых. Не после такого. Не после того, как я чуть не убила его драгоценную «надежду королевства». Он подождет. Неделю. Месяц. Пока все не забудут этот скандал. А потом… потом найдет повод. Отравление. Измена. Покушение на наследника. Что угодно.
Или будет ждать, когда я дрожащей рукой опустошу бокал, в котором затаилась разведенная в вине мучительная смерть.
«Меня уберут», — поняла я. «Тихо. Грязно. Без суда. Без слез».
И тут… внутри что-то щелкнуло.
Не отчаяние. Не страх.
Нет.
Ярость.
Холодная. Ледяная. Расчетливая.
Я открыла глаза.
Сначала — пальцы. Шевельнула. Потом — руки. С трудом, с хрустом, с болью — подняла. Уперлась в пол.
«Вставай, Диана. Вставай, Эльдиана. Кто бы ты ни была — вставай!».
Я поднялась на четвереньки. Колени горели. Спина — будто ее проткнули насквозь. Я дышала тяжело, прерывисто. Стража не шевелилась. Смотрели с равнодушием. Может, кто-то мне и сочувствовал, но очень глубоко в душе.
Я встала.
Не красиво. Не гордо. Шатаясь. Как пьяная.
Но — встала, дрожащей рукой пригладив юбку.
И пошла.
В свои покои.
Там — тишина. Пыль. Забвение. Как будто меня здесь уже давно нет.
Я подошла к шкатулке. Открыла. Драгоценности. Те, что он дарил в первые годы. Те, что я носила на балах, заставляя всех зеленеть от зависти. Те, что теперь — просто камни.
— Ничего, мои хорошие! Вы мне немного послужите! — произнесла я, чувствуя, как дрожит мой шепот.
Глава 5
Я сгребла всё. Браслеты. Серьги. Кольца. Броши. Засунула в декольте. Под платье. Плотно. Чтобы не звенело. Чтобы не потерялось.
Надо бы раздобыть плащ с капюшоном. Только вот где? Не звать же служанку! Ладно, пока сойдет и покрывало. Главное, прикрыть наряд.
Я содрала покрывало и накинула на плечи.
На негнущихся ногах я подошла к камину и подняла взгляд, видя портрет принца. Вальсар. В короне. В мантии. Величественный. Красивый. Жестокий. Он смотрел на меня холодным и величественным взглядом, словно заставляя признать его величие.
Я сорвала его с гвоздя. Тяжелая рама. Дорогая, покрытая позолотой.
Я смотрела на его лицо. На эти губы, что когда-то шептали мне про любовь.
Жестокие, подлые твари — это драконы! Что папаша, что сынок! В них нет ничего похожего даже отдаленно на милосердие! Ненавижу! Ненавижу драконов! Всех до единого!
Гори, Вальсар. Гори вместе с тем влюбленным принцем, который когда-то смотрел на меня с надеждой. Ты сгорел в огне отцовских амбиций. И утащил меня с собой.
— Что ж! Не всё коту масленица! — прошептала я. — До масленицы еще далековато, но я же пока еще принцесса? Когда хочу масленицу, тогда и устрою!
Без сожаления и раздумий я бросила портрет в камин.
Огонь вспыхнул. Лизнул холст, словно пробуя его на вкус. И вот, распробовав, стал жадно пожирать его. Краска потрескалась, а лицо Вальсара почернело. Скрутилось. Обуглилось.
Я вытащила обгоревший кусок, на котором плясало пламя, подошла к роскошному ковру. Тому, что привезли из Империи Ярнат.
И медленно, обжигая пальцы, опустила горящий холст на пол.
Огонь перепрыгнул. Заплясал. Побежал по нитям.
Я смотрела, как пламя разрастается, словно ведьма, устроившая шабаш.
— Гори! — прокашлялась я, понимая, что кричать еще рано.
Жадный огонь пополз по ковру, заставив меня отступить. Он дотянулся до роскошных штор, роскошного одеяла, подушек, простыней, лежащих на кровати. Я видела, как он пожирает бархат и шелк. Как начинает лакомиться мебелью. Как лижет дорогие обои на стенах. И отражается в роскошном зеркале.
«Гори-гори ясно, чтобы не погасло!».
Я упивалась этим. Каждым языком пламени. Каждым треском дерева. Каждым клубом дыма.
Это была не месть. Это была… свобода. Ну и немного месть, ведь покои моего мужа находились совсем недалеко от моих.
Я подперла дверь тяжелым креслом. Плотно. Чтобы никто не ворвался слишком быстро и не потушил пламя.
Потом — к окну. Не для побега. Для шоу. Ну что? Теперь моя очередь начинать представление!
Я открыла его настежь. Вдохнула ночной воздух. Свободный. Холодный. Живой.
И закричала.
— Пожар! Горим! Помогите! Помогите! Прошу вас! — я кричала в ночь, стараясь выглядеть испуганной.
Кричала, пока голос не сел. Пока легкие не захлебнулись дымом.
Потом… замолчала. Пора! Пора уходить!
И, пригнувшись, чтобы не попасть под горящий балдахин роскошной кровати, я выскользнула через ход для слуг и закрыла дверь магией. Хоть что-то пригодилось! Обычно это заклинание использовалось из комнаты, чтобы любопытные слуги не шастали по комнате по ночам.
Но и с другой стороны оно тоже сработало. Дверь была надежно закрыта!
И я побежала по узкому коридору.
Не оглядываясь.
Позади — рев пламени. Крики. Звон колоколов. Беготня. Паника. Кажется, я переполошила криками всех!
А впереди — ночь. Свобода.
«Вы думали, я умру тихо?» — шептала я, шагая в новую жизнь. — «Не дождетесь!».
Глава 6
Я выскочила в коридор, прикрываясь покрывалом как плащом.
В коридоре расползался дым, и царила паника. В такой суматохе всем было плевать, кто ты!
Люди спасали свои жизни.
— Пожар! — кричали голоса. — Срочно! Магов!
И тут же кашляли от дыма.
Я бросилась по коридору, видя, как впереди меня бежит испуганная горничная.
— Пожар! Горит дворец! — кричали где-то вдалеке, а я заметалась глазами, понимая, что этажом ниже началась настоящая давка! Лакеи, которые обычно вели себя так, словно они образцы учтивости, отталкивали служанок и благородных дам, не давая им пройти первыми. Одна дамочка упала, а по ней прошлась толпа. Не знаю, осталась ли она жива или нет, но мне было плевать! В этом дворце не было никого, кого бы я хотела спасти!
С трудом, теряясь в толпе, мы вывалились в зал.
Я чувствовала, как меня ударили несколько раз локтями в спину, но терпела.
До свободы еще немного!
Совсем чуть-чуть!
— Помогите! — кричала служанка, которую затоптали стражники, решившие, что им нужнее.
Я понимала.
Главное — не потерять равновесие!
Главное — не упасть!
Иначе — смерть!
Волна паники накрыла дворец, как цунами. Люди перестали быть людьми. Они превратились в бездумное стадо.
Крики.
Визги.
Пламя, что ползло по шторам, как живое.
Маги кричали заклинания, но огонь нельзя было разжалобить криком: «Помогите!».
И тут я почувствовала резкий толчок в спину.
Потеряла равновесие.
Я упала на колени.
Потом — на руки.
Потом — лицом в пол.
Кто-то наступил мне на спину.
Кто-то — на руку.
Я не вскрикнула.
Не было сил.
В ушах — гул.
В глазах — искры.
Не от огня. От боли.
Оттого, что вот и всё.
Конец. Ты сгорела, не успев даже выйти.
«О, боги! Это — конец!» — пронеслось в голове, когда я почувствовала, как по мне пробегают люди.
«Ну и ладно», — мелькнуло. «Пусть горит. Пусть всё горит вместе со мной».
И тут — руки.
Сильные. Жесткие. Надежные.
Схватили меня, буквально выхватывая из-под ног. Я даже не успела опомниться. Не успела испугаться.
— Держись! — произнес голос. Низкий. Командный. Не терпящий возражений.
Я открыла глаза.
Черный плащ.
Алый мундир.
Шрам над бровью.
Красивое лицо.
Темные волосы.
Глаза — как сталь в огне.
Генерал Моравиа. Аверил Моравиа.