Униженная жена генерала дракона (СИ)

А король пусть считает ночами, сколько у него осталось настоящих наследников!
— Пусть говорят, что я изменяла, — сказала я вслух, глядя на дворец вдали. — Но пусть каждый, кто повторит это, знает: за каждым таким словом — ложь. А за ложью — страх. Страх короля перед народом. Страх принца перед собственной совестью.
Я глубоко вдохнула. Выпрямила спину.
Моя месть уже работает. Но теперь она должна стать умнее.
  
— Не блинами едиными, — прошептала я. — Надо дать им не только вкус, но и правду.
Я добралась до Столицы уже на закате.
Вся Столица гудела. Люди толпились на площадях, шептались в переулках, обсуждали одно и то же: смерть беременной принцессы. И слухи о том, что в тот вечер принц повёл себя как последний мерзавец. И к нему еще добавился слух, что принц может быть бесплоден!
— Да! Вот она! — прошептала я, глядя на толпу. — Моя месть. Пусть гудят. Пусть шепчут. Пусть спят и видят, как их принц давил жену сапогом. Пусть каждый кусок хлеба будет горчить ему, как моя слеза на мраморе.
Я смотрела на дворец, который можно было увидеть из любой точки Столицы, понимая, что где-то там, за стенами, творится невообразимое!
Даже представить боюсь, что король сделал со своим сыном, когда узнал, что из-за его поступка лишился законного наследника! И не просто лишился наследника — а потерял легитимность. В глазах народа. В глазах истории.
Дворец уже почти починили. Маги расстарались на славу. Теперь мало что напоминало о страшном пожаре. Королевская семья всеми силами старалась загладить этот инцидент. Замазать. Забыть. Стереть меня из памяти, как пятно на ковре.
Но они не знали одного: пятна, если их не вывести сразу, становятся только ярче.
Я спешила по делам. Две газовые горелки, две сковороды, черная краска (для нового меню!), доска, мел, новый фартук, ещё одно платье (это уже превратилось в арт-объект «Битва с тестом») — всё купила.
А вот со стульями была проблема. Никто не знал, что такое «складной стул». И складной стол — тоже загадка века.
— Так, значит, нужно, чтобы стул… складывался? — переспросил плотник, почесывая бороду. — Чтоб не занимал много места в фургоне? Хм… Интересная задачка. Никогда такого не делал, но… почему бы и нет? За три дня управлюсь. Дорого не возьму.
Он задумчиво чесал голову, рисуя пальцем в воздухе чертежи. Я кивнула, поблагодарила и вышла, чувствуя, как в кошельке осталось совсем чуть-чуть денег из первой выручки.
— Не блинами едиными! — задумалась я, глядя на остаток монет. — А что если помимо блинов я буду продавать что-то нужное? А что нужно солдату? Бритва? Зубной порошок? Носки?.. Хм. Пока не знаю.
И с напитками вопрос не решила! Пока что у нас — общественная кружка и вода. Из колодца. Не очень-то гигиенично. Надо бы что-то придумать! Чай? Кофе? Какао? Но где взять кипяток? И как хранить?
Я шла по улице, чувствуя, как в голове крутится вихрь идей, планов, проблем и надежд.
Впереди — новый день. Новый поток солдат. Новые заказы. И новые… трудности.
Но я была готова.
Я — Дора Шелти.
Торговка блинами.
Женщина с зелёными волосами и железной волей.
И если кто-то думает, что может украсть мою историю — пусть попробует.
Пусть весь мир попробует меня остановить.
  
Глава 32
 
После покупок я выехала из столицы, которая напоминала растревоженный улей.
Ночь была тихой. Такой тихой, что слышно было, как шуршат листья под копытами «Герцогини», как храпит «Баронесса» во сне, и как плещется вода в ведре, которое я оставила у входа. Нужно было наполнить резервуар. Магия выдвинула лесенку, и я носила ведра, заливая их плоский бак на крыше.
Потом что-то устала. И решила, что хватит.
Я стояла босиком на прохладной траве, держа в руках своё зелёное платье. Оно было в пятнах: мука, яйцо, капля мёда, след от сковородки… и, возможно, соусе из сметаны, перца и трав — не уверена.
Я полоскала его в речке, выжала и встряхнула, обдав брызгами лошадей.
Когда платье стало чистым (ну, почти), я протянула верёвку от фургона к берёзе и повесила его сушиться. Оно болталось на ветру, как знамя победы. Не королевское. Не дворцовое. Моё.
Я завернулась в одеяло — старое, но тёплое, купленное за два лорнора у бабки на рынке — и села у костра. Огонь потрескивал, искры улетали в небо, будто уносили с собой остатки прошлого.
И вдруг… я засмеялась.
Тихо. Почти шёпотом. Но от души.
— Ну и кто бы мог подумать? — сказала я костру. — Принцесса Эльдиана, жена дракона, двадцать лет в браке… сейчас сидит у костра в лохмотьях, стирает платье и считает монеты в фартуке.
Я вспомнила свою выручку.
Семьдесят два лорнора.
Мои первые честно заработанные деньги. Не подарок. Не приданое. Не подачка.
Мои.
— Это лучше, чем корона, — прошептала я. — Потому что корону можно снять. А это… это я сама заработала.
Я смотрела на огонь и понимала: я счастлива.
Не потому что всё идеально. А потому что я свободна.
Свободна ошибаться. Свободна пачкаться. Свободна быть глупой, упрямой, зеленоволосой чокнутой бабой, которая жарит блины посреди леса.
А во дворце я была… красивой мебелью.
Здесь — я человек.
Утром я проснулась с первыми лучами солнца. «Герцогиня» уже жевала моё высохшее платье, видимо решив, что это блин для нее.
— Эй! — вскрикнула я, выскакивая из фургона. — Это не завтрак! Это моя униформа!
Я отбила платье, быстро натянула его (ещё чуть влажное, но чистое!) и собрала всё необходимое: доску, мел, мешок для мусора, ведро с водой и… новую идею.
— Сегодня будет сюрприз, — сказала я лошадям, запрягая их. — Потому что жизнь — не меню. Иногда нужно просто… рискнуть.
Мы приехали на поляну у гарнизона. Ту самую, где вчера солдаты устроили блинный апокалипсис. Я огляделась и достала мешок из-под грибов. Вчерашний.
Я подцепила его на крючок фургона, расправила и крупно написала мелом на дощечке:
МУСОР — СЮДА!
Не сюда = не блин!
Потом — доска меню. Я старалась писать чётко, но мел скрипел, и буквы получались немного кривыми. Зато весело!
МЕНЮ ДНЯ
• С мёдом — 3 лорнора
• С творогом — 3 лорнора
• С грибами — 5 лорноров
• С мясом — 6 лорноров
• С повидлом — 3 лорнора
• С сыром — 4 лорнора
• С яблоками и корицей — 5 лорноров
• БЛИН-СЮРПРИЗ! — 5 лорноров
(Не знаю, что будет. Но будет вкусно!)
Идея с «сюрпризом» пришла ночью. Я подумала: а вдруг у меня закончится мёд? Или мясо? Или вообще всё?
Тогда можно смешать то, что осталось: грибы с сыром, бекон с мёдом, творог с корицей…
Пусть будет хаос. Но вкусный хаос.
Я даже улыбнулась, представляя, как солдаты будут гадать: «А вдруг сегодня — блин с сапогом?»
(Хотя… если очень попросить — может, и сделаю. Для особо настырных.)
Пока я расставляла сковородки, прикидывала, как сделать бумажные стаканчики (может, свернуть пергамент в конус?), — снова послышался топот.
Не один. Не два.
Целый отряд.
— Она здесь! — закричал кто-то. — Ура! Наша блинная королева вернулась!
Солдаты высыпали из ворот, как муравьи из раздавленного муравейника. Только вместо злобы — радость. Голод. И любопытство.
— Что такое «блин-сюрприз»? — спросил первый, тыча пальцем в доску.
— А вдруг там зелье любви? — хихикнул второй.
— А вдруг там золото? — мечтательно вздохнул третий.
— Всё может быть, — усмехнулась я, мотая на ус идеи и наливая тесто. — Но гарантирую: скучно не будет!
  
Глава 33
 
И началось.
Они заказывали только сюрприз. Все. Один за другим.
Я мешала, жарила, экспериментировала:
  
— Вот тебе грибы с мёдом и щепоткой перца!
— А тебе — творог, яблоко и кусочек ветчины!
— А ты… держи. Это блин с сыром и… луком. Потому что лук — это жизнь. Горькая, но нужная.
Они ели. Восхищались. Спорили, чей сюрприз вкуснее.