Капкан для новенькой 2 (СИ)

— Соревнования… Они сегодня? — спросила я, следуя за ними и стараясь обогнуть по дуге одного ирбиса, который вдруг решил, что сложить крылья, улечься и начать увлеченно мурлыкать и умываться — сейчас самое время и место.
Так я заодно узнала, что и иномирные коты прекрасно мурлычат. И размер им совсем не помеха. Со стороны это звучало так, будто где-то гулко заработал трактор.
А то, что при этом нам надо было мимо пройти ирбиса — это точно были не его проблемы. Стоящий рядом с ним альв-загонщик в коричневой форме, кажется, тоже так считал. И смотрел на своего подопечного, с которым был связан длинным серебристым поводком, скучающим взглядом.
Ну, умывается «котик». Ну, бывает.
— Что? — смеялся моим реакциям Дани. — Нет. Сегодня тренировка. Не совсем обычная, так как первая после долгих выходных из-за праздника. Но до соревнований еще далеко.
— Праздника… Ага… Знаю, — ирбиса мы обошли, но теперь надо было как-то миновать чем-то недовольного крылатого и рогатого рыжего «льва».
Тот хоть и был раза в две меньше ирбиса, и крылья у него были из сизых перьев, но безобидным он не выглядел. Тем более, что рога у него были боевыми, а не декоративными, а хвост напоминал скорпионий, с жалом, как кинжал. Так это жало еще жутко щелкало, когда «лев» направлял его в разные стороны, пытаясь попасть сразу в двух загонщиков. Но тех, в отличие от меня, это не пугало. И пока один резво накидывал на жало петлю из цепи, второй также резво что-то колдовал на «льва», усыпляя зверя.
— А еще сегодня будет объезд виверн, — добавила Отти, игнорируя льва-скорпиона и высматривая что-то впереди.
— Кого? — подавилась я, следуя взглядом за взглядом альвы.
— Их, — кивнула она в сторону стадиона, к которому мы постепенно приближались.
И вот с такого расстояния я наконец-то разобрала, что же за животные сейчас гарцевали по стадиону в количестве пяти штук. Это действительно были виверны! Эдакие мини-драконы, только без передних лап. Каждая размером чуть крупнее лошади, но с таким размахом кожаных крыльев, что само тельце существа на их фоне просто терялось.
Эти виверны, не смотря на нацепленные на них массивные шипастые ошейники и поводки, были готовы немедленно сорваться и улететь. А лучше — прихватив носящихся вокруг них загонщиков в коричневой форме.
— А почему их надо объезжать? — спросила я, сглотнув несуществующую слюну. — Разве вы не выводите специальные породы животных для этих гонок?
— Да, выводим. Но виверны в неволе не размножаются, — пояснил Дани, — их отлавливают и подчиняют каждый год по-новому. После последних соревнований выпустят обратно на волю. Вот эти — свежая партия. И их сейчас будут впервые подчинять! Это будет очень круто! — козырнул он ухваченным у меня словечком.
Одна из таких виверн, словно поняв, что речь идет о ней, как раз встала на дыбы, раскрывая крылья во всю ширину. А потом с шипением набросилась на загонщиков, пытаясь их цапнуть побольнее. Судя по тому, как те уворачивались от ее гибкой фигуры, хоть виверна не плевалась огнем и не замораживала льдом, быть укушенными ее острыми зубками не хотел никто.
— Вау, — не выдержала я, обхватив себя руками.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Вау? — переспросил Дани, заинтересовано. Мой лексикон поражал их ничуть не меньше, чем меня — весь их мир.
— Ага. Означает не просто круто, а супер-круто. Вау.
На что парочка подростков счастливо переглянулась и, продолжая рассказ о вивернах, которые, как оказалось, ужасно ядовиты, довели меня до пустых трибун. Там и усадили на лавочку, любоваться на намечающееся действо чуть ли не с первых рядов.
И хоть расстояние между мной и зверьми было немаленьким, а еще зрителей явно защищало какое-то поле, бликующее радугой, как мыльный пузырь, сидеть тут мне было совсем не уютно. Но признаваться в этом не хотелось. Да и любопытство взяло вверх.
— Сейчас придут настоящие мастера и чемпионы гонок, — предвкушающе обрадовал Дени, прощаясь. — Они сделают настоящее вау!
 
И еще до того, как он с подружкой сбежал вслед за своими друзьями, я увидела этих мастеров. Те как раз выходили на стадион походками опытных укротителей. Всего их было пятеро — по одному на каждую виверну. Костюмы наездников, наподобие тех, что были на подростках, только полностью черного цвета, им всем были очень к лицу.
Всех чемпионов я не знала. Но вот рыжую гриву «Рыжика» и темно-шоколадные локоны Иррит, собранные в высокий хвост, узнала сразу же.
О! Ну надо же!
Конечно, с такого расстояния я могла ошибиться. Особенно с «Рыжиком». Потому что если девушка среди чемпионов была одна, то еще один драконочеловек имелся. И он был еще более массивным и рыжеволосым, чем Фаттарэт. Но все же я не сомневалась, что вижу сейчас своих знакомых.
Тем же до меня не было никакого дела. Виверны, увлеченно пытающиеся вырваться на волю и отчаянно извивающиеся и шипящие, были куда интереснее. И не только для них. В предвкушении зрелища многие из присутствующих поспешили отложить все в сторону и подойти к стадиону поближе. И вскоре я была уже не единственным, кто сидел на лавочке и ждал начала шоу. Но так как для размеров стадиона пятьдесят-сто человек — это капля в море, трибуны все равно выглядели пустыми.
А чемпионы-укротители тем временем разыгрывали какой-то жребий. Они собрались в кучку и, увлеченно споря, стали выкидывать что-то на пальцах, похожее на земные «камень-ножницы-бумагу». Мрачней всех по результату жеребьевки выглядела Иррит. Ну а радостнее всех был дракон-не-Фаттарэт. Правда, он тут же что-то предложил Иррит, но она отрицательно замотала головой и ему ничего не оставалось, кроме как принять ее ответ.
Что именно стало предметом спора, мне лично понятно не было. Но именно этот парень выступил первым.
Для этого он не пошел к вивернам, а, наоборот, прошел к середине стадиона и, сняв с пояса плеть, сделал несколько пробных ударов в воздух. Загонщики же, насколько могли, настолько выстроили виверн в шеренгу так, чтобы ящерам было прекрасно видно укротителя.
После чего не-Фаттарэт движением левой руки создал вокруг себя красноватое туманное поле — и одним махом направил его в сторону чудовищ. Поле-облако резко полетело вперед, по пути трансформируясь в языки пламени, и этим самым пламенем опалило существам морды, зля их еще больше. Как будто те до этого были мирными!
Виверны взвыли, встали на дыбы, едва удерживаемые за цепи и ошейники загонщиками… Двое из них дернулись вперед… И та, которая дернулась первой, оказалась на свободе! Загонщики не просто отпустили цепи, но даже ошейник с шеи существа пропал.
Ой, мамочки! Как же так?
А если эта тварь вдруг бросится куда-то сюда, защитное поле спасет меня от нее? Или уже пора развернуться и бежать куда глаза глядят?
Но загонщики, судя по всему, знали, что делают. Потому что единственный, кто в этот момент интересовал виверну — это был драконочеловек не-Фаттарэт посередине стадиона. И он был к вниманию виверны готов всецело.
Левой рукой он создал вокруг себя сферическое поле, наподобие того, что окружало стадион, только маленькое. И удерживал его, как щит, сложив пальцы в какую-то замысловатую «фигу». Правой же рукой он продолжал хлестать воздух, тем самым пугая добежавшую до него тварь и заставляя ту держаться на расстоянии.
И вот уже вскоре эти двое принялись «танцевать» по стадиону какой-то очень жуткий танец. При этом укротитель словно специально злил виверну все сильнее и сильнее, постоянно щелкая плетью в непосредственной близости от ее головы. Но — не касаясь ее. Я не видела, чтобы хлыст хотя бы раз дотронулся до ящера.
Виверна же, наоборот, размениваться на пустые удары не собиралась. И целенаправленно пыталась укусить драконочеловека посильнее. Да только щит не давал. И она бесцельно клацала пастью в воздухе снова и снова, метя хвостом по земле и поднимая клубы пыли.
Сколько времени так продолжалось, я не знала. Но вскоре поняла, что задача укротителя в том, чтобы измотать виверну физически, при этом удерживая на себе все ее внимание и ничем не вредя ей. Думаю, сделай чудовище что-то по-настоящему опасное, он бы легко приструнил ее. Но так как она ничем никому не вредила, «танец» продолжался.