Полубояринов 2

Наколок оказалось немного. На левой груди профиль Государя Батюшки, на правой – Царицы-Матушки. На правой лопатке замысловатая татуировка в виде стилизованного солнышка. По всем воровским признакам, передо мной бывший сиделец, оказавшийся за решеткой по малолетству, после отбытия срока на зону более не попадавший. Окажись Шкворень рецидивистом, на его груди, спине и других частях тела свободного места не осталось бы. Тут такое дело, если ты уважаемый в определенной среде человек и неоднократный сиделец, изволь подтвердить свой воровской статус, набором статусных татуировок.
  
Пока я рассматривал пленного, нейросеть провела более углубленный и тонкий анализ.
– Босс, правую верхнюю пятерочку следует удалить, ну или нейтрализовать цианид в капсуле. С внутренней стороны левого бедра под кожу вшита удавка из сверхпрочного сухожилия какого-то животного. В предплечье левой руки вживлен костяной нож. В подмышечной впадине отмечаю что-то фонящее энергией, с высокой долей вероятности, это защитный артефакт. Других закладок на теле не обнаружено. Еще одна капсула с ядом в лацкане пальто.
– Молодец, Клэр! Что бы я без тебя делал?
Вооружившись специальными щипцами, позаимствованными у штатного артефактора Нифонтова Кирилла Валериановича, я прихватил подсвеченный Клариссой зуб и без особого труда извлек его вместе с корнем. Затем посредством скальпеля избавил пленного от удавки, ножа и артефакта. Разумеется, пальтишко также освободил от капсулы с ядом. Все это сложил на скамейке рядом с другими его вещичками.
Ничего особо примечательного при Шкворне не обнаружилось.
Паспорт на имя Игнатова Виктора Тимофеевича. Водительские права. Связка ключей, в том числе от автомобиля. Недорогой коммуникатор защищенный паролем доступа. По возвращении в поместье посмотрю что там. Глядишь и пригодится в качестве доказательной базы на судебном процессе.
В кошельке пара сотен рублей мелкими купюрами и горсть серебра вперемешку с медью.
В кобуре скрытого ношения «Нахтигаль 3Т» игольник, сработанный на одном из прусских королевских оружейных предприятий. Артефактное оружие, традиционно используемое сотрудниками западно-европейских спецслужб и, разумеется, бандитами, вне зависимости от их национальной и расовой принадлежности. Стреляет отравленными иглами. В данный момент в обойме таковых три десятка, содержат нервнопаралитический яд.
Кинжал в ножнах на поясном ремне. Отличная сталь, легированная добываемыми на осколках магически модифицированными металлами.
Накаченный до предела энергией огнекамень с измененной структурой внедренного в свиду обычный бытовой артефакт заклинания. Теперь вместо того, чтобы при активации создавать небольшой язык пламени, огнекамень должен одномоментно освободиться от всей накопленной в нем магической энергии, в виде сгустка высокотемпературной плазмы. Определенно, с помощью именно этой штуковины Шкворень собирался избавиться от тела Ваньки Шестопалова.
Меня очень удивило наличие среди трофеев бульварного романа. Наш бандит, как оказалось, большой любитель почитать на досуге. Оно хоть книжонка с полуголой девкой на обложке для необремененных избыточным интеллектом индивидов, но все-таки, хоть какая тренировка ума.
Вот, практически, и вся добыча. Интерес представляет, разве только, трофейный коммуник.
Впрочем, извлеченный из-под кожи костяной ножичек также оказался не прост. Если его запитать магической энергией, он способен резать самую прочную сталь. Неплохое подспорье для осуществления побега, например, и, вообще, инструмент универсальный.
Чтобы Шкворень ненароком не простудился, мои гвардейцы сноровисто его одели, не забыв заковать в антимагические наручники конечности за спиной. Шкворень хоть и слабенький, но все-таки маг. Если не ошибаюсь, адепт огненной стихии. Мои догадки на этот счет тут же подтвердил Виктор Павлович, начавший потихоньку осваиваться на новой для себя должности. По загоревшемуся в недавно тусклых глазах огоньку азарта, несложно догадаться, что Забиякин начинает получать удовольствие от возможности проявить себя на поприще руководителя службы безопасности рода.
Вскоре наш пленный начал подавать признаки жизни. Распахнул веки и, силясь понять, что же такое происходит, принялся усиленно моргать. Разобравшись более или менее в ситуации, он понуро опустил голову. Стоит отметить, что ни одной из двух капсул с ядом воспользоваться даже не попытался. Лишь провел языком по кровоточащей ране во рту и заулыбался с нескрываемым облегчением. К лацкану пальто также не потянулся ртом, хоть особого труда для него это не представляло. Определенно, господин Игнатов не испытывал желания расставаться с жизнью, но от навязанной хозяевами имплантированной в зуб капсулы с ядом отказаться не смог. И если бы я не извлек её своевременно, подчиняясь ментальной закладке он вольно или невольно был бы вынужден ею воспользоваться.
Кивнув головой в сторону пленника, я приказал своим головорезам:
– Ну все ребятки, ведите его в поместье и определите в отдельную камеру, подальше от Шестопалова, чтобы задержанные не смогли общаться.
По большому счету, мне уже все известно о тех, на кого работает Шкворень. Однако для выяснения некоторых обстоятельств парочку вопросов ему задам.
По возвращении в поместье, я представился огорченной «кончиной барина» прислуге в животе и полном здравии. Дело в том, что для вящего реализма пришлось ввести в заблуждение всех, находившихся в поместье на момент «моей смерти». Зато какой эффект. Игнатов наверняка проконтролировал ситуацию и ничуть не усомнился в искренности людей, скорбящих по безвременно усопшему мне.
Сказать, что народ был обрадован моим внезапным «воскрешением», ничего не сказать. Некоторые особо впечатлительные дамочки подходили и недоверчиво тыкали в меня пальчиками, дабы убедиться, что граф настоящий, а не какой-нибудь бестелесный фантом. И данный факт меня здорово обрадовал. Все-таки не зря денно и нощно тружусь на благо… Ладно, не стану разводить тары-бары. Прибавил людям зарплату, еще кое-какими благами одарил. Вот и зауважали, можно сказать, возлюбили, ибо поняли, что новый барин лучше прежнего и лишиться его было бы очень и очень неприятно. На самом деле, чистой воды популизм с моей стороны. Однако работает, и я этому рад.
Допрос вражеского лазутчика решил отложить на послеобеденное время.
Наш с ним разговор долго не продлился. Обошлось без использования ментальной магии. Поскольку Игнатов оказался человеком неглупым, он быстро сообразил, что сотрудничать со следствием более выгодно, нежели пытаться уйти в полный отказ. Короче, сдал Золотова со всеми потрохами и не только одного его. На основе показаний Шестопалова и Игнатова, записанных на специальный артефакт у меня появился такой компроматище на несколько глав семейств моего рода, который им не позволит за просто так отвертеться от тюрьмы. С такими доказательствами на моих руках им не помогут никакие покровители в высоких властных имперских структурах.
Ишь чего измыслили! Отравить законного патриарха и поставить на мое место того наглого хлыща, что не так давно приезжал в Коринфино на дорогущем авто и пытался качать права.
Хотел тут же вызвать полицию, но, подумав, все-таки решил с этим немного повременить. На сегодняшний вечер у меня назначена приятная встреча с дамой. Визит же стражей правопорядка может затянуться на неопределенное время, тем самым нарушить мои планы в отношении Анисы Максудовны Нарышкиной.
Оставшееся до отъезда в Коренное время я провел в своей гостиной лежа на диване за чтением «Курса элементарной метафизики». На самом деле, я всего лишь перелистывал страницы. Клэр, посредством моих органов зрения, всё тщательно фиксировала, анализировала и раскладывала освобожденную от авторской «воды» информацию по полочкам в моей голове.
  
Я не забыл о существовании дюжины кристаллов-носителей, лежащих в сейфе моей тайной комнаты, однако не тороплюсь с усвоением знаний экспресс-методом, до того момента, когда уровень моего магического средоточия достигнет минимум десятого ранга. Именно так рекомендовано в инструкции, приложенной к информационным кристаллам. Надеюсь, за пару оставшихся до приемных экзаменов в университет месяцев я смогу переступить эту черту. Если не получится, придется отложить поступление в Университет еще на год. Умом понимаю, что торопиться мне некуда, однако меня постоянно терзает подспудное желание побыстрее освободиться от всех своих долгов, дабы те не висели над головой Дамокловым мечом.