Отчим. Куколка для Монстра (СИ)
Ксюша заснула, а я еще долго смотрела в темное окно на падающие пушистые снежинки и вспоминала свой сон. Мне раньше такое никогда не снилось, не было повода. Я ни в кого не была влюблена. Ни к кому не испытывала сексуального влечения, я даже, можно сказать, ни с кем не целовалась.
Ксюшин Борька не в счет. Его поцелуй месяц назад вышел смазанным, влажным и не вызывал таких эмоций. Я даже не ответила, не была к нему готова. Так что мне в свои девятнадцать лет даже не понять, что это такое.
Кто-то скажет «поздно». Некоторые девочки лишились девственности гораздо раньше, им даже удавалось встречаться с парнями, но мне — нет. Как-то было не до этого, не до них.
Чемодан собирала ранним утром, выходило много вещей. Я словно подсознательно была готова уехать из академии навсегда, хотя мои каникулы в отчем доме должны были продлиться всего неделю. Но все получалось машинально, мысли были где-то далеко, а еще каждый раз я замечала, что у меня дрожат пальцы и слишком часто бьется сердце.
— Привет. Я Паша. Давай, как взлетим, попросим стюардессу принести шампанского?
Парень, сидевший впереди меня, обернулся. У него была задорная улыбка, взъерошенная челка русых волос, карие глаза, яркая толстовка, в ушах наушники. Я видела его зале ожидания, с ним был мужчина, но в салоне я его не видела.
— Эй, ты меня слышишь? А ты красивая. Даже очень. Модель?
Откровенные комплименты, тем более от незнакомых людей и мужчин, меня обескураживают. Я слышу их нечасто, практически всю мою такую недолгую сознательную жизнь, которую уже прожила, я общаюсь с женским полом. Те парни, что учатся в академии, не считаются, поэтому к комплиментам от лиц мужского пола отношение странное.
— Так как тебя зовут? Я тебя еще в зале ожидания заметил.
— Виталина.
— У тебя даже имя красивое.
Парень улыбнулся, подмигнул, даже забрался коленями на сиденье.
— Молодой человек, сядьте на свое место и пристегнитесь.
В наш разговор влез Вальтер. Было бы странно, если бы он летел в эконом-классе и не сидел рядом со мной. Он вообще весь странный и необычный. Сегодня на нем тот же костюм-тройка, но не бордовая жилетка, а цвета бутылочного стекла, с маленьким кармашком, из которого свисает золотая цепочка часов.
Он словно из прошлого века, осталось на голову надеть шляпу-котелок, на нос нацепить пенсне. Занятный персонаж. Опасный взгляд исподлобья, острые скулы, обтянутые кожей, поджатые сухие губы.
— Это кто? — Парень кивнул, указывая на своего соседа.
— Понятия не имею, — пожала плечами. — Но ты будь с ним аккуратней, он странный.
Вальтер выполнит все приказы своего хозяина, как верный пес, словно Горн подобрал его когда-то давно на помойке, обогрел, помыл, научил хорошим манерам. И теперь тот достойно служит ему. Страшное дело, от таких фанатиков можно ожидать все что угодно.
— Можно я сама разберусь, с кем мне знакомиться, а с кем нет? И вы не будете мне указывать, я вижу вас второй раз в жизни. — Я решила показать, что я не предмет интерьера. — Вы кто? Слуга, вот и сидите рядом молча.
— Ого. Да ты еще и крутая. Да, дед, сиди тихо и не мешай. Так что, по шампанскому, как взлетим? Слушай, а может, мы поменяемся с этим стариком? Рядом со мной милая бабулька, они найдут общий язык. Мужчина, вы как на это смотрите?
Вальтеру не понравилось сравнение его с дедом и тем более идея подсадить его к какой-то бабульке. Я думала, он сейчас откусит этому забавному Паше голову и проглотит ее.
Странная парочка Горн и Вальтер. Хозяин и камердинер, который приносит каждую ночь ему новых девственниц. А мой отчим медленно высасывает из них всю кровь, потом ложится в гроб и мирно спит до следующего вечера. Но сегодня при солнечном свете он не покрылся пятнами, не испепелился и не исчез. Значит, тему с Дракулой и вампирами можно не рассматривать.
Нашу перепалку с Вальтером услышал Горн. Взгляд обжег правую щеку, она начала гореть, пульс участился, кончики пальцев закололо острыми иголками. Странная реакция, не понимаю ее, но мой организм говорит об опасности, о том, что нужно держаться подальше от этого мужчины или бежать без оглядки.
— Дамы и господа, прошу всех занять свои места, привести спинки кресел в вертикальное положение, поднять откидные столики, поднять шторки иллюминаторов и пристегнуть ремни безопасности.
Объявили, что посадка закончена, что нужно приготовиться к взлету. Паша нехотя, но сел на место. Я начала пристегивать ремень, который никак не давался.
Все хорошо. Нет, не все хорошо. Это, наверное, был знак.
Надо было перед вылетом устроить матери скандал прямо там, в зале ожидания. Послать к чертям и ее, и ее нового мужа, забрать чемодан, уйти. А лучше бы купить билет на какой-нибудь ближайший рейс в какое-нибудь захолустье, на что хватит денег, у меня есть немного.
Улететь туда, провести неделю каникул. Но нет, я решила, что меня тянет домой, что пора встретиться со своими страхами лицом к лицу. Вспомнить отца, разгадать отчима и его мотивы и еще раз испытать чувство вины и невозвратимой утраты.
Пилот самолета приветствовал пассажиров. Я сидела, закрыв глаза, вцепившись в подлокотники, стараясь выровнять дыхание.
Все-таки некий страх полета присутствовал, хотя не думала, что могло что-то случиться. Самую большую опасность на борту представлял новый муж матери, Дмитрий Германович Горн, от которого бросает то в жар, то в холод. А еще беспокоил сон, который я видела ночью.
Эти видения снова всплыли в сознании.
Ровная, широкая, мускулистая спина. Половина образа дьявола, его горящие глаза, закрученные рога. Тонкая, красивая работа, явно делали не один час и даже не день, он словно живой.
В глазах огненный блеск, но больше всего пугал не образ, не дьявол, а уродливые шрамы от ожогов на другой стороне спины. Было страшно представить, при каких обстоятельствах мужчина их получил.
Но их хотелось потрогать, коснуться, почувствовать кончиками пальцев неровность, и в то же время это было делать страшно. Самолет набирает скорость, шасси гудят, корпус трясет. Вот эта огромная стальная птица отрывается от земли, поднимается в небо нехотя, с трудом.
А у меня перехватывает дыхание и закладывает уши, потому что он смотрит на меня и в его глазах ледяная усмешка.
Глава 6
— Ваше шампанское.
Беру из рук стюардессы принесенный напиток, смотрю на струйки пузырьков внутри золотистой жидкости. Сосед Паша, как обещал, угостил меня шампанским, после того как разрешили передвигаться по салону и отстегнуть ремни безопасности.
Почему бы и нет? Я воспользовалась предложением, несмотря на укоризненный взгляд Вальтера, пусть так смотрит на своего хозяина. Сделав глоток, зажмурилась, алкоголь был охлажденным и сладким. Третий, нет, четвертый раз в жизни пробую его.
Второй раз был веселым, но с печальными последствиями. Кто-то из девочек два года назад принес бутылку текилы, нас было пятеро, а она одна, но хватило всем. Взяли в столовой соли, купили лайма, решили все делать по правилам. Сыпали соль, слизывали с кожи, выпивали залпом, закусывая кусочками лайма.
Утром блевали все, по очереди обнимая унитаз. Нет, скорее всего, текила была отличной. Это наши неокрепшие организмы не приняли столь крепкий алкоголь. Шампанское вот в самый раз сейчас.
Вальтер вновь посмотрел с осуждением, но ничего не сказал, откинулся на спинку сиденья, закрыл глаза, делая вид, что спит. Но не думаю, что он спал на самом деле.
— Слушай, а ты давно не была в городе? Я вот полгода не был.
— Давно. Наверное, лет пять.
— Ого. Ничего себе тебя занесло на пять лет. Даже интересно, чем ты занимаешься. Нет, ты не говори. Я хочу сам угадать. Так что давай выпьем за знакомство, хороший полет и мягкую посадку.
Паша коснулся моего бокала своим, улыбнулся, он вообще много улыбался и был достаточно приятным молодым человеком на первый взгляд. Ему, наверное, года двадцать два. Может быть, плюс-минус еще пару лет. Но точно меньше двадцати пяти.