Потерянный рыбак (ЛП)

— Я на это не куплюсь. Вот. Я идиот. Я хотел подождать, пока снимут гипс, прежде чем предлагать что-то еще, но я явно самый большой в мире идиот.
Когда я повернулась, чтобы заверить его, что он не самый большой идиот в мире, потому что я уже получила этот титул много лет назад, я споткнулась на своих словах, и ничего не вышло.
Он стоял у подножия лестницы без футболки и в джинсах, опущенных до щиколоток на рабочие ботинки. Только черные трусы и убийственная ухмылка.
  
— Простишь меня?
После того как мои глаза насытились, после того как мой язык провел полдюжины раз по нижней губе, я кивнула.
— Оденься.
— Ты уверена? — Он ковылял ко мне, делая крошечные шажки, ограниченные джинсами на лодыжках. Фишер был самой сексуальной уткой, которую я когда-либо видела.
— Остановись. — Я хихикнула. — Просто… оденься.
— Теперь я чувствую себя отвергнутым.
— Тогда мы квиты. — Я рассмеялась.
— Я так и знал! — Он провел пальцем по моему лицу. — Значит, ты действительно чувствовала себя отвергнутой.
Моя улыбка померкла, и я заправила волосы за уши.
— Нет. — Я медленно покачала головой, а затем склонилась перед ним и потянула джинсы вверх по его ногам.
Дыхание Фишера участилось, может, в предвкушении того, что я делаю, а может, от близости к его эрекции, прижатой к черному хлопку.
Я следила за своими руками, как и он, пока застегивала пуговицы и молнию на его джинсах.
— Сегодня я видела Энджи в свадебном платье. Спойлер: она выглядела потрясающе. И эмоциональной. Она выглядела как девушка, которая всю жизнь мечтала об одном мальчике и только об одном. — Мои пальцы провели по шрамам на его прессе и груди, и они еще больше напряглись под моим прикосновением.
— Я не говорю, что ты должен на ней жениться. Я также не говорю, что мой уход изменит твое отношение к ней или то, что она будет чувствовать, если ты на ней не женишься. Но мне нужна перспектива, Фишер. — Я подняла взгляд на него.
На его красивом лице читалась озабоченность.
— Я не для того, чтобы разрушать мечты этой женщины, — сказала я. — Я не для того, чтобы быстро перепихнуться со мной. Это не игра, даже если каждое мгновение с тобой кажется волнующим и наполненным жизнью. Так что спасибо. — Я легко улыбнулась ему.
— За что?
— За то, что остановил меня. За то, что отверг меня. Легко потерять перспективу, когда я с тобой.
— Нет. — Он покачал головой. — Повторяю, я не отвергал тебя. И ты никогда не должна благодарить меня за то, что я не дал нам раздеться. Просто… нет. Я не позволю.
— Надень футболку. Нам нужно работать. — Я сделала шаг назад.
Он подхватил с пола футболку и натянул ее через голову, медленно продевая через нее руки. Я повернулась и провела рукой по деревянным деталям, которые мы склеили две ночи назад.
— Прости меня, — прошептал он, прижимаясь грудью к моей спине и целуя в макушку. — Уверен, что увидеть Энджи в свадебном платье было для тебя нелегко. Хотел бы я знать наверняка, чем закончится эта история. — Он наклонился ниже и поцеловал меня в шею, а его здоровая рука скользнула по моей талии. — Я знаю, как хочу, чтобы она закончилась прямо сейчас. Но я чертовски боюсь такого поворота сюжета, потому что осталось слишком много глав. И я больше не доверяю жизни и ее сюжетным поворотам.
Если бы только мы могли просто собрать пару чемоданов, уехать с билетами в один конец куда-нибудь далеко-далеко и никогда не возвращаться. Но мы бежали не от Рори и Роуз, и даже не от Энджи и его семьи. Мы убегали от его потерянных воспоминаний.
Я повернулась в его объятиях и обхватила его за шею.
— Давай не будем читать дальше. — Я усмехнулась. — Давай вернемся к началу и перечитаем наши любимые главы, например, эту.
— Эту? — Он слегка сузил глаза.
Я притянула его к себе, приподнялась на носочки и провела губами взад-вперед по его губам.
— Да, — прошептала я и медленно поцеловала его в губы. Моя правая рука потянулась к его левой, и я запустила ее под подол своей рубашки.
Вверх.
Вверх.
Вверх.
— Это глава, в которой потерянный рыбак добирается до второй базы.
Фишер усмехнулся, прежде чем я снова поцеловала его. Его рука обхватила мою грудь, а большой палец скользнул под ткань и задел сосок.
Мы знали, что дальше этого дело не пойдет. Поэтому мы не спешили целоваться, словно потягивая кофе в ленивое воскресное утро.
У обнаженного рыбака не было бы столько самоконтроля, как и у той рассеянной, гормональной восемнадцатилетней девушки. Мы знали, что время и терпение — наш единственный выход, наша единственная надежда.
Я не знала, как долго это продлится, как долго продержимся мы, но мне нравилась новая версия нас. Фишер не лишил меня девственности, потому что не был уверен, что заслуживает ее, и не был уверен, что я действительно готова отдать ее ему.
Пять лет спустя мы оказались в той же ситуации, но на этот раз речь шла не о моей девственности. Это было мое сердце. И, как и пять лет назад, я полностью доверяла Фишеру, чтобы он взял то, чего, по его мнению, заслуживает, и оставил все, что может причинить боль.
— Фишер… — прошептала я ему на ухо, когда он поцеловал меня в щеку.
— Хм?
— Научи меня.
— Чему научить? — Его костяшки пальцев провели по моей щеке.
— Всему.
Глава 15
Фишер показал мне, как пользоваться шлифовщиком. Он показал мне, как подготовить детали к окрашиванию, которое мы сделаем позже. Он даже провел меня по всем своим инструментам, кратко объясняя, что они делают, и приводя примеры, когда он их использует. У него было терпение, может быть, только со мной, но это было главное.
Фишер хотел быть со мной.
— Агов? — Рори крикнула с лестницы, когда мы подметали пол.
Фишер присел на корточки, чтобы подержать совок, пока я сметала в него небольшую кучку.
— Мы здесь.
Тап.
Тап.
Тап.
Рори спустилась по лестнице.
— Пицца здесь.
— Хорошо. Мы закончили. — Фишер встал и высыпал опилки в мусорное ведро.
— Может, тебе стоило стать плотником, а не акушеркой. — Рори смотрела на меня, пока я вытирала пыль с джинсов.
— Фишер, конечно, замечательный специалист, но он еще не выталкивал целого человека из своего влагалища. Так что я буду придерживаться своей новой работы.
— Аайй… мы закончили здесь. — Фишер выключил свет, оставив гореть только лампочку над лестницей.
Рори рассмеялась и направилась обратно по лестнице, а мы с Фишером последовали за ней.
— Привет, детка. — К всеобщему удивлению, Энджи была на кухне, расставляя тарелки и салфетки.
Мне действительно нужен был план действий. Такой, чтобы сказать матери, что она разрушает мою жизнь. Это была речь, которую я не успела сказать ей до того, как она попала в тюрьму. Рори понятия не имела, так что справедливо ли винить ее? Мне было интересно, расстроилась бы она, если бы я сказал ей об этом. Или она была бы слишком расстроена из-за нас с Фишером, чтобы беспокоиться о своей роли в сохранении надежд и мечтаний Энджи?
— Эй. — Фишер без проблем поменялся ролями, возможно, потому что Роуз приберегла свои недоверчивые взгляды для меня.
Я подтянула его штаны, Роуз. Я задрала их! Застегнула. Пуговицы. Это все я.
Энджи обняла Фишера и быстро чмокнула его в губы. Я попала в шоу «Холостяк». О радости совместного проживания с одним парнем.
— Риз, ты ставишь очень высокую планку для наших будущих детей. — Энджи налила себе бокал вина, а Фишер открыл бутылку пива и сделал большой глоток.
— Что? — осторожно сказала я, наливая себе бокал красного вина. Именно это я и хотела сделать — поговорить об их будущих детях.
  
— Твоя мама сказала, что тебе нравится работать в мастерской Фишера внизу. Я туда не хожу. Там слишком пыльно. Но я уверена, что он мечтает когда-нибудь научить наших детей своему мастерству. Если они не проявят интереса, он будет удивляться, почему ему не достался такой ребенок, как ты.