Потерянный рыбак (ЛП)

— Риз… — Роуз покачала головой и закатила глаза.
Я усмехнулась и пожала плечами.
— Эй, он попросил меня принести ему еще головоломок. Ничего особенного.
— Энджи собрала чемодан и решила остаться на время у подруги. Думаю, визит к ее жениху покажется серьезным событием.
— Ну, тогда мы ей не скажем, потому что это кроссворды, а не мои обнаженные фотографии. Обнаженные фотографии я приберегу ближе к Рождеству.
  
— Риз! — Она игриво ударила меня по руке, когда я захихикала.
***
— Как все прошло? — спросила Роуз, как только Рори вошла в дверь.
Я подняла взгляд от своей книги, одной из многих книг о рождении, которые Холли дала мне почитать.
— Ужин прошел отлично. Только я и мой друг Фишер, наслаждались пиццей и пивом. Я говорила. Он слушал. И, кажется, его ничуть не удивило то, что я сказала. Уверена, он ждал этого, ведь все остальные уже поговорили с ним. — Она поставила сумочку на стойку и опустилась на диван рядом с Роуз, быстро чмокнув ее в губы. — Он не был зол. Я думаю, он пытается поставить себя на место Энджи. Я правда так думаю. Но это не меняет его чувств. А сейчас она посторонний человек. Он думает, что ему нравится проводить с ней время, но ему также нужно время для себя. Думаю, она все еще слишком чужой человек для него, чтобы так часто видеть ее рядом. Ему нужно пространство и время. Он не хочет чувствовать себя женихом в браке по расчету. Фишер хочет влюбиться в свою жену до того, как женится на ней. — Рори пожала плечами. — И я не могу его винить. В эту пятницу вечером у него ужин — свидание — с Энджи. Так что он пытается. Он хочет встречаться с ней. Я говорю… пусть встречаются. Пусть все происходит естественно.
Я медленно кивнула, натянуто ухмыляясь. Роуз в ответ одарила меня быстрым злым взглядом. Когда Рори, опустив голову, смотрела на свой телефон, я высунула язык в сторону Роуз. Ей пришлось поджать губы, чтобы не рассмеяться.
— Ну, если Фишер дома, я отнесу ему эти кроссворды, прежде чем лягу спать. Он попросил еще. Разве это не безумие? — Я закрыла книгу и встала.
— Это безумие. Но мне нравится, что у тебя есть кто-то, кто разгадывает твои кроссворды. — Рори улыбнулась.
— И мне нравится. — Я улыбнулась в ответ, не обращая внимания на недоверие Роуз. — Увидимся через некоторое время.
Поскольку было уже поздно, я поехала к дому Фишера, а не пошла пешком. В машине я немного подкрасилась и надушилась духами, чтобы компенсировать свой повседневный наряд — джинсы и толстовку. Я бы предпочла надеть что-то более нарядное, если бы не Роуз, которая молча болела за команду Энджи.
— Уже поздно. Я решил, что ты не придешь, — сказал Фишер, открывая входную дверь. Я замолчала, чтобы рассмотреть его — всегда сексуальный в джинсах и футболке. Эти беспорядочные темно-русые волосы. Борода, которую я подстригла для него.
— Роуз сказала, что ты ужинаешь с моей мамой, поэтому я подождала, пока она вернется домой. Если уже слишком поздно, я просто отдам тебе это… — Я протянула ему стопку кроссвордов —…и отправлюсь домой.
— Слишком поздно для чего? Моя соседка съехала. Я официально свободен.
Я нахмурилась, следуя за ним в дом.
— Я слышала, Энджи живет у подруги, пока ты с ней встречаешься. Большие планы на вечер пятницы?
Он жестом указал на диван, и я села посередине, а он устроился в кресле.
— Я не знаю. Что мы должны сделать? Ужин и кино? Просто ужин? Привести ее сюда? Или это слишком странно, раз я попросил ее съехать?
— Ты не помнишь женщину, с которой помолвлен. Думаю, что беспокоиться о странностях на данном этапе — дело второстепенное. Поступай так, как считаешь нужным.
Фишер провел руками по волосам.
— Я не знаю, что мне кажется правильным, потому что не знаю, что я должен к ней чувствовать.
— Дело не в том, что ты должен к ней чувствовать. Спроси себя, что ты на самом деле чувствуешь к ней. Пусть это станет твоей отправной точкой. Думаю, в какой-то степени ты это уже сделал. Уверена, что это не была идея твоей семьи, чтобы она переехала и вы встречались. Это была твоя идея. Иди на поводу у этого голоса.
— Трудно согласиться с этим голосом, потому что у меня в голове есть и другой голос, который пытается поставить себя на ее место. Уверен, что мне было бы очень хреново, если бы я любил кого-то, а он не помнил меня. Не думаю, что я смог бы просто уйти без боя.
Подняв ноги и скрестив их, я сформулировала свой ответ. Он не догадывался, что я пытаюсь понять, вписываюсь ли я в его уравнение.
— Я не могу… — Я мягко улыбнулась. — Я не могла бы уйти без боя.
— Ты так молода. — Его губы превратились в приятную улыбку. — А сколько тебе лет?
Я хихикнула.
— Ты имеешь в виду, насколько я молода? Мне скоро будет двадцать четыре.
— Значит, тебе двадцать три.
Мои глаза закатились вверх.
— Да. Мне двадцать три.
— И ты когда-нибудь влюблялась?
О, Фишер…
Мое сознание тут же перескочило на пять лет назад, к тому дню на детской площадке.
— Я так стараюсь… — Прошептала я, мой голос дрожал в груди и запинался, когда слова срывались с моих губ —…так стараюсь не влюбиться в тебя.
Через несколько вдохов он прошептал в ответ:
— Я знаю.
— Да.
— Расскажи мне о нем. Что случилось?
Я рассмеялась и прочистила горло, избавляясь от боли, вызванной воспоминаниями. Моими воспоминаниями. У Фишера не было воспоминаний о нас.
— Не вовремя. Я была молода. И пыталась разобраться в своей жизни. А у него в жизни все было решено. Так что… — Я сделала дрожащий вдох и пожала плечами. — Это было просто… не вовремя.
— Он любил тебя в ответ? — Фишер уже не был прежним человеком. Прежний Фишер не стал бы задавать мне такие вопросы.
— Думаю, да. — Я не могла смотреть на него, поэтому теребила подол футболки, не отрывая взгляда от своих коленей.
— Ты знаешь, где он сейчас? Думала ли ты о том, чтобы найти его?
Еще больше боли вырвалось из моей груди, замаскированной под смех, пока я сжимала переносицу.
— Да, я думала о том, чтобы найти его.
— И?
Моя голова покачивалась из стороны в сторону, пока я продолжала щипать переносицу.
— И я не уверена, что он готов к тому, чтобы я его нашла.
— Почему ты так говоришь?
Мой взгляд медленно поднялся на него.
— Потому что он нашел кого-то другого. — Мои губы сжались в тонкую линию, и я пожала одним плечом, как будто это не имело никакого значения.
— Женат?
Я покачала головой.
— Нет.
— Тогда он честный игрок.
Усмехнувшись, я снова посмотрела на потолок, собрала волосы в одну руку и медленно опустила ее, глядя ему в глаза.
— Фишер, у тебя довольно либеральные взгляды на свидания. Ты не женат на Энджи, но встречаешься с ней. Значит, ты не будешь против, если другой парень начнет добиваться ее?
Фишер пожал плечами, скривив губы.
— Если бы другой парень стал добиваться ее, а она ответила на его ухаживания, тогда, думаю, я бы ответил на вопрос о нас.
— А как же борьба за то, чего ты хочешь?
— Я думаю, что бороться за что-то, когда у тебя есть реальный шанс — это совсем другое, чем бороться за второе место.
— Занимайся строительством домов, Фишер. Не думаю, что у тебя есть будущее в консультировании семейных пар.
— Нет? — Он усмехнулся. — Я просто хочу сказать, что, если ты все еще заинтересована в этом парне, постучи в его дверь и скажи: — Помнишь меня? Тогда ты хотя бы будешь знать.
— А что, если он меня не помнит?
— Тогда он никогда тебя не любил.
Я тяжело сглотнула и кивнула.
— Ну… — Я почесала подбородок. — Это жестоко и немного душераздирающе.
  
— Жизнь жестока и душераздирающа.
Я хихикнула.
— Кто ты? Потому что это не тот Фишер Мэнн, которого я знала. Твоя травма головы пробудила какую-то глубокую философскую часть твоего мозга?
— Нет. — Он встал и вытянул свою руку над головой, а загипсованную — примерно на половину. Его рубашка приподнялась на несколько дюймов, обнажив пресс.