Серж. Книга 1 (СИ)
— Мелко плаваешь… Лучше Штатов и старухи Англии… — Сергей залпом осушил бокал. — Повтори, — кивнул бармену.
— Это где же у нас лучше? О работе в этих странах можно только мечтать! Там другая жизнь, там свобода!
— А тут ты весь такой запертый в клетку и лишённый свободы… И куда тебя, такого свободолюбивого, распределили? — Сергей усмехнулся.
— Мне до тебя далеко. Скромненько — к братьям-болгарам. Хотелось, конечно, в ГДР, но, видимо, кто-то из преподов затаил на меня обиду… — вздохнул парень.
— Значит, ты теперь важная персона — третий секретарь посольства Советского Союза в Народной Республике Болгарии! — захохотал Сергей.
— Ну, я ж не ты… — раздражённо бросил парень. — У меня не семь пядей во лбу, как у тебя… Да и папа у меня не на такой должности и без таких связей.
— Язык прикуси… — Сергей резко повернулся к нему. — Или ты теперь думаешь, что базар можно не фильтровать? Могу напомнить…
Официант поставил перед Сергеем новый бокал с коктейлем. Тот одним глотком опрокинул его.
— Плесни коньяка, — отодвинул он пустой бокал.
— Видимо, мечта пролетела мимо… — язвительно усмехнулся парень.
— Исчезни… У тебя три секунды… Ты же видел не раз, как я укладываю уродов на пол, — Сергей в упор посмотрел на него, разминая шею.
— А ещё культурный человек… Ладно, надирайся, — парень поспешно спрыгнул со стула и, спустившись вниз, пристроился за столиком в зале.
— Выскочка, урод… Так и останешься третьим секретарём, — выдохнул Сергей.
На стойку поставили пузатый бокал на короткой ножке с коньяком «на палец». Сергей взял его, зажав ножку между средним и безымянным пальцами, а сам бокал удобно лег в ладонь. Понюхав, он слегка покрутил бокал — на стенках остался маслянистый след. Сделав глоток, Сергей улыбнулся собственным мыслям.
— Сережа, здравствуй! — Молодая красивая девушка с короткой стрижкой и в солнцезащитных очках коснулась его руки.
— Наташ, а ты чего здесь делаешь?
— Ты как всегда галантен… Угости девушку коктейлем, — устроившись на высоком стуле, сказала она.
Сергей взглянул на бармена и коротко кивнул. Тот улыбнулся в ответ.
— Чего хотела? — Сергей разглядывал содержимое бокала.
— У тебя вчера было распределение… Поговаривают, что всё пошло не так, как ты мечтал… — девушка не отводила от него глаз.
— Пришла утешить? Или позлорадствовать?
— Дурак ты, Серёга. Весь курс на ушах стоит. Никто даже представить такого не мог. Тебя — в жопу мира… А каких-то недоучек — в нормальные страны. Говорят, ты кому-то дорогу перешёл…
— Говорят, что кур доят… — выдохнул Сергей. — Ты чего хотела?
— Просто поговорить… Тебе сейчас нелегко… Но жизнь ведь не остановилась. Она продолжается. Всё так же светит солнце, влюблённые парочки украдкой целуются на скамейках, а воробьи воруют крошки со столов уличных кафе…
— Верно подметила… Жизнь продолжается, несмотря ни на что, — Сергей одним глотком допил коньяк.
— Сережа… — девушка снова коснулась его руки. — Хватит бухать. Это не выход… Не поможет, а вот навредить может запросто. Ты ведь сильный…
— Может, ты и права, но принять это трудно, — вздохнул он. — Наташ, а как бы ты поступила на моём месте?
Девушка задумалась, слегка прикусив накрашенную нижнюю губу. Бармен поставил перед ней бокал с коктейлем. Она улыбнулась ему, взяла бокал и сделала глоток.
— Знаешь, просто продолжала бы жить. Неважно, куда направили, важно понять — зачем. Сережа, ну не верю я, что лучшего студента, подающего надежды, просто так отправляют в страну третьего мира… — она снова отпила. — Но мечта-то всё равно сбылась, пусть и не так, как ты хотел. Ты ведь всё равно будешь работать в дипмиссии. И знаешь, я слышала, что тех, кто побывал в «горячих точках», потом быстро продвигают.
— Да ты оптимистка! — улыбнулся Сергей.
— Серёж, мой бокал наполовину пуст или наполовину полон?
— Да похрен, в нём всё равно половина… Как ни назови, содержимое не прибавится.
— Как тяжело с тобой говорить… У тебя какое-то особое мышление, — вздохнула она.
— Вот потому меня и отправили в жопу мира. Там как раз нужны люди с нестандартным мышлением, — горько усмехнулся он.
— Сережа, подойди к вопросу иначе. Найди плюсы в том, что случилось.
— Наташ, о чём ты? Какие плюсы в стране, где живут безграмотные негры, где местные устраивают разборки и называют это гражданской войной, где малярию подхватить — как у нас насморк, где жара, которую европеец с трудом переносит…
— А «европеец» — это ты? — улыбнулась девушка.
— Ладно, не придирайся к словам… Пусть будет «белый».
— Серёженька, это многое меняет. Ты ведь советский человек, а значит, справишься с любыми трудностями, — она сделала ещё глоток.
— Наташ, когда в твоей красивой головке поселилась такая идеологическая муть?
— Вот, Серёженька, ты сам и ответил на вопрос, почему едешь в Йемен, а не в Штаты… Спасибо за коктейль, была рада тебя видеть!
Девушка спрыгнула со стула, встала на цыпочки, поцеловала Сергея в щёку и направилась к выходу. У дверей она остановилась, помахала ему рукой и вышла.
— Твою мать… — Сергей покачал головой.
Расплатившись, он вышел на крыльцо. Окинул взглядом сквер и прогуливающихся людей, глубоко вдохнул и, спустившись по ступеням, зашагал в сторону метро.
* * *Услышав, как открывается входная дверь, Сергей вышел в прихожую. Войдя в квартиру, отец посмотрел на сына и покачал головой.
— Ты решил продолжить загул? Или так разминаешься? — разуваясь, произнёс мужчина.
— Нет… — молодой человек мотнул головой.
— А запах…
— Пятьдесят коньяка — это ведь как лекарство, ты же сам говорил. Отец, мы поговорить можем?
— Разумеется. Только позволь переодеться, — мужчина прошёл в комнату.
Сергей вернулся на кухню и, засыпав в турку ингредиенты, поставил на плиту. Минут через десять отец присел за стол. Молодой человек разлил кофе и, поставив чашки, присел напротив.
— Слушаю, — произнёс мужчина, закуривая.
— Ты знаешь… — Сергей замолчал, будто собираясь с духом. — Мне кажется, я понял, почему меня засунули… — он снова замолчал, подбирая слова, — …в Тмутаракань.
— Продолжай… — затягиваясь, произнёс отец.
— Мог по пьяни брякнуть что-то… Ну, ты понял, — вздохнул Сергей.
— Какое замечательное умозаключение! Это пятьдесят коньяка навеяли? Так сказать, мозги прочистили? — усмехнулся мужчина. — Объясни мне, почему ты ищешь виноватых на стороне, но не пытаешься заглянуть в себя?