Златая цепь на дубе том
Весь семнадцатый век прошел в войнах, чаще всего неудачных, и в мятежах, от которых шаталось всё некрепкое государство.
Слабость царской власти кроме объективных причин объяснялась еще и субъективными: три первых монарха династии были людьми неяркими.
Михаил Первый (1613–1645) находился сначала в тени властной матери царицы Марфы и ее родни, затем из польского плена вернулся его отец-патриарх и стал государствовать вместо сына. Лишь последние двенадцать лет Михаил правил самостоятельно, ничем особенным себя не проявив. Единственным большим событием этого царствования была новая война с Польшей в 1632–1634 гг., закончившаяся разгромом русской армии и непочетным миром.
Наследовавший престол Алексей I (16451676) был не даровитей отца. В историю он вошел под скромным прозванием Тишайшего. Подлинная власть почти всё время принадлежала кому-то из царского окружения: сначала воспитателю царевича боярину Морозову, потом амбициозному патриарху Никону, в последние годы большим влиянием пользовался боярин Арта-мон Матвеев.
Царствование Алексея богато событиями, но большинство из них произошли помимо его воли.
Разбуженная еще Годуновым «площадь» держала Кремль в постоянном напряжении — авторитет царской власти оставался невысоким. Недовольное закрепощением крестьянство постоянно клокотало. Потенциально опасным элементом было и казачество, особая приграничная стража, заведенная государством для охраны южных рубежей — казенных средств на содержание там регулярной армии у небогатого государства не хватало. При соединении казачьего мятежа с крестьянским происходил мощный взрыв. В середине семнадцатого столетия страну потрясли два столичных бунта (в 1648 и 1662 гг.) и большая гражданская война 1670–1671 гг.
При Алексее (но не по его инициативе) церковь затеяла реформу, продиктованную не религиозными, а политическими соображениями. Это привело русское общество к духовно-идеологическому кризису, а православие к расколу.
Воспользовавшись ослаблением польско-литовского государства, Москва захватила обширную, густонаселенную левобережную Украину. Завоевание далось очень нелегко и привело к тяжелым войнам — не только с Речью Посполитой, но и с Швецией, а кроме того еще с Турцией, тоже претендовавшей на украинские земли. Так началось долгое российско-турецкое противостояние, один из главных очагов европейской напряженности вплоть до двадцатого века.
Продолжалось колонизационное движение через просторы Сибири, достигшее естественных пределов — Тихого океана и границы с китайской империей.
В 1649 году страна наконец обзавелась более или менее развернутым сводом законов — было утверждено Соборное Уложение. В условиях нарушившейся монократии прежняя система управления через царские указы уже не работала. Требовались единые правила, которыми могли руководствоваться местные власти, не дожидаясь указаний из далекого и вялого центра.
В короткое царствование болезненного Федора Алексеевича (1676–1682) государством управляла Боярская дума, огромным влиянием пользовался патриарх Иоаким. Царь умер на двадцать первом году жизни, не оставив наследника. В результате борьбы между соперничающими группировками престол заняли сразу два царя: старший Иван, шестнадцати лет, психически нездоровый, и десятилетний Петр, но правительницей объявили их сестру двадцатипятилетнюю царевну Софью, приведенную к власти столичным стрелецким гарнизоном, который в эту турбулентную пору вел себя наподобие римских преторианцев или турецких янычар.
Эпоха Софьи (1682–1689) интересна в нескольких отношениях.
Во-первых, самой фигурой правительницы. Для не просто патриархального, а весьма мизо-гинного московского общества, где женщин было принято держать взаперти, возникла ситуация почти небывалая. Ранее дважды случалось, что на вершине власти оказывались женщины (мать малолетнего Ивана IV и мать юного Михаила), но впервые представительница «слабого пола» вела себя не как регентша, а как государыня. Когда оба царя подросли и женились, что тогда приравнивалось к совершеннолетию, Софья и не подумала уходить. Это была сильная, властная, смелая женщина, не скрывавшая близости со своим фаворитом Василием Голицыным, что для Руси было скандально и неслыханно.
Во-вторых, Софья и Голицын, один из самых просвещенных людей страны, хорошо понимали, что по старинке государство существовать не может, что необходима модернизация, нужны реформы европейского образца. Поскольку мостом в Европу являлась Речь Посполитая, правительство Софьи резко изменило вектор московской политики, двести лет враждебной западному соседу. В 1686 году с Польшей был подписан «Вечный мир», и Москва обязалась присоединиться к антитурецкой коалиции, что делало Россию частью большого европейского альянса.
В исторической перспективе самым значительным событием этого периода, пожалуй, является договор с Китаем, впервые установивший отношения с великим восточным соседом.
Софья решительно и успешно справилась со стрелецкой проблемой, расшатывавшей государство. Но сомнительная легитимность и пол правительницы делали ее положение непрочным. Оно еще больше пошатнулось после двух неудачных крымских кампаний, устроенных во исполнение союзнических обязательств перед Польшей. Архаичная русская армия была явно не готова к большим и сложным походам.
Знатные люди, недовольные Софьей и ее любимцем, группировались вокруг двора младшего царя Петра Алексеевича, будущего Петра Великого. В 1689 году разразился кризис. Есть несколько версий случившегося, но кто бы ни был инициатором конфликта, дело закончилось тем, что сторонники Софьи один за другим перебежали в противоположный лагерь, и царевна лишилась власти.
Многие историки сегодня считают, что русская европеизация была бы проведена и Софьей, причем рассудительный Голицын не заплатил бы за реформы такую дорогую цену, как Петр. Кроме того, судя по сохранившимся сведениям о голи-цынской программе, есть основания полагать, что в результате этих преобразований Россия могла бы стать по-настоящему европейской страной, а не ограничилась бы возведением европейского фасада.
Но Софья и ее министр проиграли, победила партия юного Петра, и обновленное им государство, по счету третье, перестраивалось по принципу «назад, в прошлое!».
ПОДРОБНОСТИ
Царевич Дмитрий
Один из самых загадочных и поразительных сюжетов всей русской истории — судьба авантюриста, выдавшего себя за царского сына, который погиб в восьмилетнем возрасте. Ясно лишь одно — что это был самозванец. Согласно наиболее распространенной версии им был беглый московский монах Григорий Отрепьев, однако есть убедительные причины сомневаться в этом факте.
Достоверно известно лишь, что в 1603 году в Литве объявился некий юноша, назвавшийся царевичем Дмитрием Иоанновичем. Некоторое время он кочевал с места на место, пока не обзавелся покровителем в лице сандомирского старосты (губернатора) Мнишека. Тот помог «царевичу» собрать добровольцев из числа мелкой шляхты, охочей до приключений, и этот невеликий контингент, всего полторы тысячи сабель, в августе 1604 года вторгся в русские владения. Там отряд превратился в изрядное войско, пополнившись за счет казаков и скопившихся в тех краях беглецов. Весть о том, что наконец вернулся «настоящий царь», не чета Борису, а также красивая сказка о чудодейственном спасении сыграли роль мощной «пиар-кампании», которая в конце концов и обеспечила Лжедмитрию победу. Войдя в Москву, он венчался на царство и в течение года правил, не встречая противодействия.
Погубило молодого проходимца неосмотрительное поведение. Он женился на католичке, дочери Мнишека, что русским людям не понравилось; привел в Москву поляков, которые бесчинствовали и настраивали против себя горожан; главное же — так и не сумел обзавестись поддержкой среди местной аристократии. Внутри боярства возник заговор, и в мае 1606 года произошел военный переворот. Царя умертвили прямо в Кремле, после отчаянного сопротивления, а поляков перебили.