Жестокий космос (СИ)

— Да, господин мастер-лейтенант? — озабоченно отозвалась капрал Дьем. — Вывести на карту враждебные объекты?
— К чёрту! Сам вижу! — перебил я подчинённую. — Короче, бери «Ингве»… кто там у нас поближе? В общем, хватай «Ингве-первого», и с ним выдвигайся в район объекта «Свечка»! Координаты на карте! И «второго» с «третьим» подтяни, как раз с двух сторон подойдёте! Но на открытое место не соваться! Наблюдать за обстановкой, при обнаружении движущегося объекта с маскировочным полем отслеживать его дистанционно, и быть готовыми бить на поражение! Но только по команде! Как поняли, капрал?
— Поняла вас хорошо, господин мастер-лейтенант! Разрешите приступать к выполнению?
— Приступайте!
Ф-фух… ну вот, и с этой стороны подстраховался. Единственное, резервов почти не осталось — без конкретной задачи сейчас только «Ингве-четвёртый» и «пятый» прохлаждаются. А все остальные ведут либо «зубастиков», либо нашего «косплеера». Да что там далеко ходить — даже мы с Юлькой по этой же задаче работаем!
— Болтнев, ты начнёшь уже, наконец, колоться⁈ — напомнила о себе репортёрша.
— Сейчас, — вздохнул я, — дай только сообразить, с чего начать.
Больше всего в своей работе ненавижу такие вот ситуации, когда все ценные указания раздал, людей озадачил, и сидишь на попе ровно, ждёшь у моря погоды. По той простой причине, что больше от тебя абсолютно ничего не зависит — все вводные учтены, меры противодействия намечены, и теперь лишь время покажет, в какую сторону развернётся ситуация. А разворачивается она, как правило, филейной частью — об этом весь мой предыдущий опыт прямо-таки вопиёт. И не просто разворачивается, обычно именно в такие моменты появляются первые жертвы среди личного состава. Потому что как ни планируй, как ни предохраняйся, а всё учесть не получится. Можно лишь попытаться свести потери к минимуму. Наверное, так никогда к этому и не привыкну. Но сейчас хотя бы есть возможность чуток отвлечься на болтовню с Юлькой.
— Тогда с «яутжа»! — загорелись азартом глаза репортёрши. — Кто он такой? Почему его Максим Дмитриевич назвал хищником? Он же вроде антропоморфный… ни рогов, ни когтей, ни щупалец! Хотя… Никит, а он не может быть родственником этим нашим… как их?
— Комиллофлорам? — удивлённо вздёрнул я бровь. — «Зубастикам»? Ты с чего это вообще решила?
— Ну, как?.. — замялась девица. — Цвет кожных покровов… общая симметрия организма… и вон — у «яутжа» тоже вроде как щупальца вокруг головы!
— Уж что-что, а точно не щупальца! — отверг я гипотезу журналистки. — Вибриссы, косы, дрэды, выносные антенны шлема — но однозначно не тентакли. К тому же растут они именно из головы, а не из шеи, как у «зубастиков». Цвет, опять же. Если присмотреться, отлив не тот. У зверюг шерсть лоснящаяся, а у этого… хитин, не? И рисунок какой-то… сетка, не сетка…
— Там паттерн из шестиугольных ячеек просматривается, — подсказала Юлька.
— Вот-вот! Гексагональный узор, что может быть банальней⁈ То есть однозначно не шкура, а броня! Или одежда! Ну и главное — ни хвоста, ни когтей! — окончательно растоптал я Юлькину версию. — Не здешний это типок, однозначно! К тому же, окажись ты права, придётся признать, что в Мире Эндрюса существовало целых два разумных вида — вымершие Предтечи и каким-то чудом сохранившиеся «косплееры». С которыми, между прочим, колонисты за эти два года ни разу не пересеклись. Бритва Оккама подсказывает, что сие есть чушь.
— А это что? — выделила на скрине какую-то область девушка, и поднесла камеру экраном ко мне поближе.
— Это?.. Хм… на выдвижные клинки похоже… хрень, конечно, такое на запястье крепить, но в общую концепцию киношного Хищника вполне укладывается, — задумчиво хмыкнул я и уже сам ткнул пальцем в экран: — И вот это тоже, кстати. Наплечная турель. Если следовать канону, должно быть что-то плазменное. А больше вроде никакого оружия не видать… хотя и копье может быть, и смарт-диск, и даже топор!
— Ты откуда всё это знаешь, Болтнев? — с подозрением покосилась на меня Юлька.
— Дед Максим рассказывал, — с лёгким сердцем сдал я приятеля. — И даже картинки показывал. В рамках, так сказать, культурного обмена. Правда, давно дело было, вот и не сразу вспомнил. Кстати, как думаешь, а он большой? В смысле, сам «косплеер»?
  
— Да уж покрупнее тебя будет! — окинула меня оценивающим взглядом девица. — Не намного, но факт есть факт.
— Да, где-то на полголовы выше и чуток в плечах пошире, — согласился я с оценкой спутницы. — Но это только в том случае, если броня у него анатомическая. А вот если мешковатая…
— Вряд ли, везде всё плотно, из выпирающего только всякие предметы снаряжения, — повнимательнее присмотрелась к скрину моя спутница.
— Уверена, Юль?
— Более чем, Никит, — заверила журналистка. — У меня взгляд профессиональный, много, знаешь ли, с людьми работаю. И всегда приходится извращаться, чтобы они нормально в кадре смотрелись… кстати, а общие пропорции вполне человеческие, даже у конечностей длина нормальная. Только голова крупноватая. И мышцы, я бы сказала, гипертрофированные.
— Голова — это однозначно из-за шлема, — отмахнулся я. — Плюс дрэды… или щупальца, не суть! — визуально увеличивают. И ещё одно… пальцы посчитай.
— Пять? — моментально справилась с задачей Юлька.
— На руках — да. Так что вряд ли это какой-то алиен, — подвёл я промежуточный итог импровизированного «мозгового штурма». — Откуда им в принципе взяться? «Косплеер» и есть «косплеер». Кто-то из переселенцев разжился чужой бронькой. Как, впрочем, и мы все.
— А я бы не была столь категорична, Никит, — задумчиво покачала головой репортёрша. — Хотя насчёт «косплеера» ты, скорее всего, прав. А вот насчёт человека — не факт. Ты, Болтнев, как и очень многие, упускаешь из вида одно обстоятельство. Почему мы не задаёмся простым вопросом: а с чего мы решили, что Бродяги прилетели только к людям, а? Может, есть и другие… наследники?
— А вот этот вариант исключать нельзя, — совершенно спокойно принял я аргумент девушки. — Но он куда хуже истории с нашими, человеческими «косплеерами». Потому что в этом случае у нас появляется сильный конкурент. Я в том смысле, у Человечества в целом, как разумного вида. И если мы сейчас пустим ситуацию на самотёк, то в будущем огребём больших неприятностей. Вплоть до звёздных войн.
— Но Предтечи же как-то между собой уживались! — возразила Джули.
— А мы понятия не имеем, так ли это, — парировал я. — Опять же, Предтечи — те, о ком мы знаем — все сплошь высокоразвитые цивилизации. А что будет, когда несметные богатства и практически божественные возможности попадут в руки дикарям типа нас?
— Примерно то, что мы сейчас и наблюдаем в Колониальном содружестве, Никит.
— А вот это вряд ли, Юль! Внутри Колониального содружества тёрки между людьми, которые рано или поздно друг с другом договорятся. А вот с чужаками разборка вполне может перерасти в тотальный геноцид. Вопрос запросто может встать — или мы, или они. Так что проще задавить проблему в зародыше, пока единичная, пусть даже и большая, опухоль не дала метастаз по всему организму.
— Это что же, заранее уничтожить целый разумный вид⁈ — неприятно поразилась Юлька. — Фига ты гуманист, Болтнев!
— Не обязательно уничтожать, — пожал я плечами. — Есть и другие варианты. Встроить в собственную социальную структуру, например. Ассимилировать. На худой конец, поработить. Но в любом случае перевести их в зависимое положение. Такова основная цель, как я её вижу.
— И что ты предлагаешь? — заинтересовалась репортёрша. — Идти к правительству? А к какому⁈ Или… предадим огласке, а дальше будет видно⁈
— Я-то? Да ничего особенного. Собираем максимум информации. Ну и не мешаем Максу разбираться с бедолагой.
— Хороший план! — похвалила Юлька. — И, главное, очень простой!
— Ага, других не держим, — подыграл я спутнице. И задумчиво проговорил: — Кстати, всё та же бритва Оккама подсказывает, что с чужаками мы, скорее всего, дали маху. Откуда они знают культурный код землян второй половины двадцатого начала двадцать первого века? Ведь косплеить можно только того, о ком имеешь исчерпывающее представление. А значит, это, скорее всего, люди.