Гаст (ЛП)

Он хрипит в ритм, звук его содомии похож на удар кулаком по плоти.
- Не волнуйся, я тебя не обману, - он хихикает. - Я хочу, чтобы ты знала, что я джентльмен, - и тут его член выскальзывает из твоей задницы, а грубые руки разворачивают тебя.
Внезапно ты оказываешься сидящей на диване, а его зловонная, покрытая полосками дерьма штука теперь сильно бьется прямо перед твоим лицом.
  
- Отсоси сейчас же, глотательница.
Тебе хочется вырвать.
- Мистер Моррис, я не занимаюсь подобными вещами. Это слишком грязно...
Он шлепает тебя по голове.
- Не ври, милая, - усмехается он. - Это твое дерьмо, а не чье-то еще. И ты уже давно отсасываешь свое дерьмо из членов парней, и не говори мне, что это не так. Держу пари, ты начала с отцом, когда тебе было около четырех.
Ты вздрагиваешь.
- Возьмите свои слова обратно! Мой папа умер!
- Оуууууууууу, - и тут же получаешь еще один полусильный удар кулаком, на этот раз по щеке. - А теперь высасывай всю эту сперму из моего члена прямо сейчас.
Самое сложное - не срыгнуть, пока твои губы скользят взад-вперед по ужасному, шоколадному органу. Ты стараешься не чувствовать его вкус, и вскоре у тебя начинается головокружение от задержки дыхания. Ты быстро дергаешь головой вперед-назад, надеясь сделать это быстрее, но чувствуешь, как он напрягается, специально сдерживаясь.
"О, Боже, пожалуйста", - умоляешь ты.
Но наконец его живот выпячивается и...
- О, черт, милая...
...белая слизь вытекает и скапливается на твоем языке в виде покачивающейся горячей массы. Ты рефлекторно отдергиваешь рот и выплескиваешь все это, но он, словно почувствовав твои мысли, хватает тебя за затылок и тянет. И снова тебя чуть не тошнит. Ты чувствуешь, как сгусток проникает в горло.
Ты падаешь обратно на пол.
- Ну вот, все было не так уж плохо, правда, сладкая?
Ты поднимаешь глаза и видишь, что он сидит на диване, его брюки все еще не застегнуты. Вкус во рту соединяется с запахом, исходящим от твоих губ. Он такой мерзкий, что кажется самым ужасным в мире и не менее неприятный запах исходит от его открытого паха. На диване лежит симпатичный хлопчатобумажный платок, который ты вышивала, он закончен примерно наполовину. Ты можешь завыть, когда он возьмет его в руки, вытрет им свой член и яйца, а затем бросит на пол. Он подмигивает тебе и прикуривает длинную тонкую сигару, от которой пахнет горелым мусором.
- Поднимайся сюда, красотка. Тебе нужно отработать мои деньги.
Ты вспоминаешь о десятидолларовой монетке и говоришь себе, что это будет того стоить.
- У меня не так много времени, - говорит он довольно отстраненно.
Ты неохотно садишься рядом с ним.
- Простите, сэр?
Его желтые глаза смотрят в пространство, но потом он снова улыбается.
- Мне нужно поскорее вернуться в дом. Еще одно дело, которое я должен сделать для мистера Гаста. Он уже уехал, но доверяет мне и еще нескольким людям делать то, что ему нужно.
- Он снова уехал из города? Я слышала, он только что вернулся...
- Видишь ли, только важных людей приглашают выполнять его поручения. Таких, как я, - его желтый взгляд медленно переходит на тебя. - Ты веришь в это? Ты веришь, что я важный человек?
Он звучит так странно. Ты понимаешь, что должна заискивать перед ним.
- О, да, сэр, верю, очень верю. Насколько я понимаю, вы один из самых важных бригадиров мистера Гаста.
- Да... - он кивает. - Да, это правда, - затем его глаза фокусируются. - Я тебе нравлюсь? Я имею в виду, нравится ли тебе мое общество?
Ты чувствуешь, как его сперма с примесью дерьма свертывается у тебя в животе, словно тухлое яйцо.
- О, да, сэр. Вы очень красивый и суровый джентльмен.
- Я понимаю, что только что жестко поимел тебя и засунул всю свою сперму тебе в глотку. Так что тебе, наверное, хватит. Верно?
Ты не знаешь, как его понимать. Ты не знаешь, что сказать. Ты только знаешь, что он очень, очень жестокий и злой.
- Только если вы считаете, что с вас хватит, сэр...
Он моргает.
- Хм. Да. И я полагаю, что с меня хватит. Но... ты только что сказала, что тебе нравится мое общество...
Это становится слишком странным. Тебе это совсем не нравится.
- Так что... вот что я тебе скажу. Я оставлю это на твое усмотрение. Если ты хочешь, чтобы я остался еще немного, то я останусь. Или, если ты предпочтешь, чтобы я ушел сейчас, я уйду.
Он что-то замышляет, ты это чувствуешь. Ты знаешь, что твоя следующая реакция очень, очень важна.
"Если я попрошу его уйти, то я знаю, что он меня побьет и заберет с собой десятидолларовую монету..."
- Что ж, сэр, я бы хотела, чтобы вы остались... немного дольше...
Мужчина пожимает плечами, затем усмехается.
- Как скажешь, милая, - а затем...
Шлеп!
...паутина его руки перехватывает твое горло и сбрасывает тебя с дивана на пол. Его член наполовину твердый, виляет в воздухе вместе с яйцами, а его тело движется, прижимая тебя к себе. Он прижимает одно колено к твоему горлу, а другое - к животу.
- Я всегда готов выполнить просьбу дамы, - и тут он смеется так сильно и мрачно, что тебе кажется, что это скорее адский вопль. - Не двигайся, - предупреждает он, - иначе я могу перебить тебе дыхание.
И ты лежишь совершенно неподвижно, тяжело дыша через нос, пока давление его колена на твое горло усиливается. Затем...
Вжух!
Он вынимает из ножен длинный нож.
- Этим ножом я содрал кожу со многих женщин и отрезал много ушей и сисек. В основном индианки и крикеры. Если ты работаешь так же тяжело, как я, тебе нужно хобби. Это мое, - кончик лезвия щекочет тебе бедро. - Тебя это пугает?
- Да, пугает, сэр, - подавляешь ты слова.
- Мне нравятся честные девушки, - смеется он и убирает нож в ножны. - Не волнуйся - ты слишком красива, чтобы тебя резать. Но очень скоро я порежу им кого-нибудь другого. А теперь... Давай посмотрим на эту тележку с яблоками, - говорит он и задирает верхнюю часть твоей блузки с рюшами.
От ужаса твоя грудь вздрагивает. Его рука играет с одной из них, затем пальцы начинают щипать сосок. Ты смотришь вверх сквозь прорези глаз и видишь, как дым сигары окольцовывает его голову, словно нечестивая аура.
- Позволь мне внести немного искры в твой день, а, красотка? - его указательный и большой пальцы начинают сжимать кончик твоего соска до боли. Затем: - Что у нас тут... ах, идеально, - но ты не видишь, к чему он тянется, а потом: - Смотри. Думаешь, это тебя оживит?
Другой рукой, как ты теперь видишь, он достал длинную швейную иглу из подушечки для булавок на торцевом столике.
- Боже мой, пожалуйста, мистер Моррис, я умоляю вас не...
Он вонзает иглу прямо в кончик твоего соска, и звук, вырвавшийся из твоего горла, похож на крик животного. Твое тело выгибается под его весом, и ты видишь, как игла целиком, более чем на два дюйма, исчезает в твоей груди.
Крик вырывается из твоего горла, как лента.
- Что? - спрашивает он. - Это больно? А-а-а-а... Прости.
Он вынимает иглу, и твое тело замирает.
- Видишь ли, некоторые девушки любят немного искры... но, думаю, ты не из их числа.
Ты дышишь так быстро, что едва можешь его понять. Его лицо кажется размытым сквозь слезы.
- Думаю, мне пора в путь. Я уже говорил тебе. У меня есть пара дел по дому...
"Пожалуйста, уходи! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!"
Но если он уходит... почему он все еще держит твой сосок зажатым между пальцами?
Он усмехается в последний раз и говорит:
- Дорогая, разве ты не рада, что попросила меня остаться? - а затем подносит зажженный конец сигары к твоему соску и начинает пыхтеть.
  
Ты захлебываешься от мгновенной волны боли, а затем твой разум становится черным.
* * *
Когда ты просыпаешься, в комнате еще темнее. Твой левый сосок горит от медленной, пульсирующей боли. Тебе не нужно много времени, чтобы вспомнить, что произошло.