Новое начало (СИ)

— Атарис, а мне? Это, между прочим, я сказал ему отдать тебе мясо!
Хмыкнув, пододвинула к нему мороженое.
— Издеваешься, да? Вонхо мясо, а мне какое-то мороженое? — ещё больше обиделся обделенный демон.
— Ты сначала попробуй, а потом психуй, красноокий неженка. — издевательски сощурила глаза, а у кого-то из подслушивающих выпали из рук столовые приборы.
С недовольством на лице Аглаека притянул креманку ближе, зачерпнул на кончик ложечки ванильного цвета лакомства и положил в рот с видом мученика.
  
— Эт-то… — он неверяще распахнул глаза.
— Ага. — поставив локти на стол и переплетя пальцы, уложила на них голову, с умилением родителя наблюдая за тем, как из креманки пропадает мороженое из ванили, виски, сливок и бурбона. Вонхо тоже уминал свою порцию, хитро косясь на близнецов.
— А нам ты что-нибудь дашь? — сдержанно зашептал на ухо сидевший по левую руку от меня громила, хотя его нетерпение я ощущала буквально кожей.
— А мы дружим? — с энтузиазмом подалась ближе, заглядывая в синие смешливые глаза.
— А для заключения дружеского пакта тебе обязательно нужно за что-то подержаться? — демон поиграл бровями.
— Пожмем друг другу руки? — еле сдерживая смех, подняла одну бровь, протягивая оную.
— Можно для начала и руки. А там посмотрим. — хохотнул он, пожимая ладонь, а после поднося её к губам и целуя костяшки. — Я Жайдар.
— Я запомню. — ослепительно улыбнулась и заинтересованно посмотрела на его брата. Жантас не улыбался, но руку протянул и аккуратно пожал, явно сдерживая силу и боясь навредить. — Так понимаю, чтобы ни одному не было завидно и поддержания образа ради, вкусняшка должна быть одинакова у каждого? — шепнула еле слышно.
На меня посмотрели с неверием, словно данную информацию ото всех скрывали за семью печатями. Хотя смысл? Мне пары минут общения с одним из них хватило, чтобы понять, насколько они разные. Но если это для чего-то нужно, то какое мне дело лезть в чужие тайны.
Повторив манипуляции со столом, пододвинула через минуту близнецам сорбет из апельсина, грейпфрута и текилы. А девочкам от меня достались по несколько шариков со вкусами дыни, малины и кокоса, но без алкоголя. И чтобы не обижать зайчика, толкнула к нему мороженое из сливок, соленой карамели и рома. Тот поймал креманку с алчным блеском в глазах, в нетерпении желая узнать, чем ещё я могу удивить.
Ну вот. А мне говорили, что демоны сладкое не любят! Подход просто нужно знать. А ещё запрет на алкоголь в стенах академии для студентов.
Пока новые знакомые довольствовались сладким, я с жадностью, но уже во вменяемом состоянии, поглощала то, что заказала первоначально. Жаркое из мяса с овощами, легкий салат, тарелочка печеночного паштета с гренками, куриные сердца в сливочном соусе на подушке из картофеля и чашечка чая с конфетами.
— Парни, чья такая рогатенькая? Не желаете поменяться? — уверенный голос раздался вдруг за спиной, с интонациями, будто ему в этой жизни всё дозволено.
А потом чьи-то наглые и явно лишние пальцы прошлись от поясницы к шее. Но не остановились, а огладили шею, одним движением распустили прическу и натянули волосы у корней, заставляя прогибаться и запрокидывать голову и смотреть на будущий труп снизу вверх. Высший демон с бирюзовыми глазами смотрел в мои с усмешкой и превосходством. Белая рубашка с закатанными рукавами оголяла загоревшие предплечья с крупными венами. Последней каплей моего терпения стала манипуляция с моими дорогими и любимыми рожками.
Этот ублюдок посмел их облизать!
По телу прошла крупная дрожь от омерзения, и, предвещая оборот, сознание затопила ярость. Мои рога никому нельзя трогать!
Рррр-р-р-раа-а!!!
— Бертолф, отпусти хану! — прорычал Аглаека, судя по звуку, вскакивая со стула.
Не знаю, кого из нас он хотел защитить, но этому Бертольфу уже точно не помочь. Моё тело становилось крупнее, кожный покров утолщался, и появлялись черные пластины, словно крупная чешуя. Когти удлинялись, становясь острее и прочнее. Наверное, я чем-то походила на Адлеру, но, кажется, у той с когтей не капал яд, а рога не увеличивались в размерах, становясь еще больше.
Полоснула по руке продолжавшего меня удерживать демона, из-за чего тому пришлось разжать руку, вскочила со стула и резко развернулась. Демон был крупным и сильным. Но он посмел тронуть мои рога, а значит, в любом случае сдохнет, даже если сама окажусь за гранью.
На миг наши взгляды встретились, и уж не знаю, что он увидел в моих, но в его я прочитала ужас и какое-то раболепное желание преклониться. Мне подобная хрень и даром не требовалась. Я хотела мести. Хотела его крови.
И я ее получу! Обязательно получу.
Народ в столовой заволновался, начал отходить от места сражения, принимать ставки на победу. Преподаватели неслись из самого дальнего угла помещения не то в желании прекратить безобразие, не то перенести его в более подходящее для этого место. Пришлось огораживать территорию для решения конфликта, чтобы не смели мешать.
— Я прошу вас, хана, давайте для начала поговорим. Я принесу вам свои извинения. Искуплю свою вину всем, чем только прикажите. — пошел резко на попятную Бертолф, выставляя вперед руки и начиная пятиться назад.
— Кровью. Ты искупишь свою вину кровью, мальчик. А потом я всё равно тебя убью. — это был мой и не мой голос одновременно. Он стал более грудным и чарующим, но в нем сохранились также насмешливые и даже издевательские нотки.
— Мой род силен и богат, хана. Мы можем найти другое решение нашего конфликта.
— Тогда как такой сильный род смог взрастить такого никчемного сына? Прими бой и погибни с честью, как настоящий демон!
— Я единственный сын рода, а значит, будущий эмир Брейнер! Вы не можете лишить меня жизни! — голос демона сдал окончательно и почти перешел на фальцет.
— Могу. — просто ответила я, искажая лицо в жестоком оскале. — А если они воспитали такого, как ты — этому роду пора прекратить свое существование! Я убью тебя быстро, так что просто стой на месте.
Так он меня и послушался, ага.
Побежал, перескакивая через опустевшие столы и стулья. Ломился в поставленный щит, перебегая с места на место и ища в нем слабые места. Столпившиеся за его пределом демоны не понимали, что происходит и почему один из лучших студентов пасует перед малолеткой. Разговор-то никто услышать не мог. А я в это время спокойно, немного даже с плотоядным интересом наблюдала за демоном. Мне нравился его ужас. Он делал меня сильнее.
Через несколько минут осознала, что Бертолф не просто испугался, а потерял на этой почве рассудок и сейчас под куполом бегал не демон, а курица с отрубленной головой. Стало грустно, ведь получается, он не будет понимать, когда я стану отрубать ему голову. Честно говоря, даже интерес пропал что-либо делать. Рядом появилась Исиэль.
— Риса, что ты с ним сделала? — изумленно прошептала эльфийка.
— Ничего. А теперь как-то и не хочется даже. Всё настроение, паршивец, испортил. — я скривилась, как от зубной боли. Богиня странно на меня посмотрела, но комментировать или делиться мыслями не стала. Лишь предложила:
— Может, и Бездана с ним? Я вино из эльфийского погреба стащила, пойдем выпьем и ты расскажешь, как день прошел? — эльфа сделала маленький шаг, оказываясь ближе и прижимаясь щекой к плечу, прикрывая на миг глаза, словно стараясь что-то почувствовать.
— Пойдем. — пожала плечами, хмыкнула и бросила жадный взгляд на стол. — Как думаешь, если мы и его сопрем, нам что-нибудь сделают?
— Неа. Но зачем? А тебе покажу заклинание и ты сама такой стол настроишь. Всё, пошли уже, там вино греется, а его нужно пить охлажденным! — Исиэль не вытерпела, шлепнула ладошкой по плечу и решила смыться спасать вино. — Не явишься, придется смотреть на пустую бутылку и пьяную меня, занявшую твою кровать!
Её угроза подействовала, и я заторопилась закончить надоевшее шоу одного артиста.
  
Глава 20
 
Аглаека Адлирихан (шестой принц)