Семь девиц для некроманта (СИ)

— Лорд Брайнер, — продолжила Айрис, не желая соблюдать тишину, — нормальный человек. Подумаешь, некромант! Моя бабушка была самой счастливой женщиной на свете, и её совершенно не смущало то, что своё счастье она обрела в браке именно с некромантом. Эти дурацкие предрассудки, которые постоянно нас окружают…
— Я ведьма. Я чую, что что-то здесь не так, — уверенно произнесла Дараэлла. — Я поклялась восстановить справедливость, а в этом месте тоже воняет ложью. Уж это-то мой дар услышать позволяет. Так что не противься и будь разумной. Лучше всё проверить и больше не сомневаться. Тебе ведь ещё за него замуж.
— Почему именно мне? — удивилась Айрис.
Дара не ответила. Она ускорила шаг, ориентируясь на звук, становившийся всё более громким, свернула в какой-то зал и застыла. Айрис тоже остановилась, как вкопанная, но не оттого, что испугалась реакции Дараэллы — просто взгляд зацепился за жирного паука, пытавшегося своей паутиной затянуть единственный выход из комнаты. Работал он, конечно, не слишком быстро, но зато тщательно, и Айрис показалось, что сквозь эту липкую сеть не прорвётся не только насекомое, а даже пристойного размера птица. А может, не пройдёт и человек, если позволить пауку затянуть дверной проём целиком.
Но Дара, сколько б Айрис не дёргала её за рукав, не повернула голову к пауку и не принялась думать над тем, как бы его обезвредить. Всё её внимание было направлено в центр комнаты, и, кажется, ничто не могло заставить горную ведьму отвернуться.
— Смотри.
Некогда мягкий и спокойный голос Дараэллы теперь звенел от напряжения. Складывалось впечатление, будто она с трудом выдавила из себя это слово.
Айрис вскинула голову и застыла от ужаса.
Подвешенный на цепях, посреди зала висел хрустальный гроб. А в нём лежала белая, застывшая Джейн…
Дараэлла сглотнула и медленно, на негнущихся ногах подошла к гробу. Айрис, с трудом преодолев желание сбежать, последовала за нею.
Джейн слабо походила на себя. Нет, черты лица принадлежали ей, и тело — всё совпадало, вот только что-то непонятное переменилось. Айрис больше не видела в Джейн той приметной, яркой грубости, выделяющей её из толпы. В этой серой мёртвой девушке не было ничего от неё же прежней.
Ни крови, ни приметных повреждений Айрис не увидела. Казалось, Джейн просто легла в гроб и уснула, даже не заметила, когда умерла. Только протяни руку, встряхни за плечо — и она откроет глаза, улыбнётся, как ни в чём ни бывало, и вновь своим довольно простым говорком потребует, чтобы король немедленно отпустил их отсюда. Ведь негоже отдавать невинных дев на растерзание некроманту!
— Она не похожа на обескровленную, — нарушила тишину Дара. — Просто на мёртвую. На обыкновенную мёртвую девушку. Я б сказала, что дело в сердечном приступе.
Айрис медленно обошла гроб и остановилась у ног Джейн.
— Поверить не могу. Она казалась такой…
— Жизнеспособной, — подтвердила Дараэлла. — Ведь я видела её совсем недавно. Ещё несколько часов назад!
Она протянула руку и прикоснулась к запястью мёртвой. Айрис повторила этот жест, правда, дотянувшись только до лодыжки, и вздрогнула. Тело казалось ледяным наощупь. Но если Себастьян и убил Джейн, то разве труп мог остыть так быстро?
— Что-то тут не так, — протянула Айрис. — Она уже окоченела. Трупы не коченеют так быстро.
— Разговариваешь, — без тени страха или смеха отозвалась Дараэлла, — как настоящий некромант. Как по мне, ваш дар способен и вот так умертвить человека… Я ожидала, что лорд Брайнер всё же не станет этого делать.
— Чего — этого? — уточнила Айрис. — Ты знаешь что-то такое, о чём не знаю я?
Дара промолчала. Вместо этого она провела ладонью над грудью Джейн и опустила пальцы на её шею в попытке нащупать пульс. Того, разумеется, не могло быть, несчастная крестьянка напоминала застывшую куклу, но горная ведьма всё равно проверяла что-то, ощупывала в поиске доказательств неведомо чего. Айрис даже помочь ей не могла, потому что понятия не имела, что именно разыскивает Дара.
Пузырьки ещё раз досадливо зазвенели, поддаваясь резким движениям рук, и ведьма, скривившись, встряхнула запястьем. Зелья упали прямо на мёртвое тело, но Дараэлла не обратила на них никакого внимания. Она быстро обошла гроб, остановилась с другой стороны и приложила ухо к груди Джейн, проверяя, не бьётся ли сердце.
 
— Не может этого быть, — наконец-то выпалила она. — Нет! — ведьма отступила на шаг от мёртвой. — Не верю. Во-первых, лорд Брайнер показался мне очень рассудительным человеком. Ему незачем было делать это. А во-вторых… Ведь Джейн его ненавидела! Она боялась его до ужаса.
— Дара, — Айрис строго взглянула на неё, — ты можешь рассказать мне наконец-то, что имеешь в виду?
Но горные ведьмы, судя по всему, никогда не снисходили к объяснениям. Дараэлла отошла от Джейн ещё дальше и вызывающе взглянула на Айрис, словно именно она должна была объяснить, что именно произошло.
— Ты одарена?
— О чём ты? — удивилась Айрис. — Если ты думаешь, что это я виновата в смерти Джейн!..
— Последнее — очень вряд ли, — тут же отсекла этот вариант Дараэлла. — Так ты её убить не могла, как бы ни постаралась. Но это выходит за рамки моего понимания! — она махнула рукой в направлении гроба. — Признайся мне, владеешь ли ты некромантией?
Самым первым в Айрис проснулось желание всё отрицать. К дару, отобравшему жизнь у Джейн, она не хотела иметь никакого отношения. Никогда прежде некромантия не казалась чем-то настолько отвратительным, скользким и мерзким, как сейчас. И лорд Себастьян теперь вызывал только одну ассоциацию, но очень стойкую — Айрис знала, что как только будет смотреть на него, сразу начнёт представлять труп одной из девиц.
Вот только Джейн выглядела так ненатурально… И Дара, кажется, что-то подозревала.
— Какая тебе разница, владею я некромантией или нет? — проворчала Айрис. — Мой дар к смерти Джейн не имеет никакого отношения!
— Не имеет, — согласилась Дара. — Так что?
Айри вздохнула. Она не хотела признаваться. И она не доверяла горной ведьме. Но…
— И ты расскажешь мне, в чём дело, если я отвечу правду? — обречённо спросила она.
— Расскажу, — подтвердила Дараэлла.
— Что ж… Ладно, — решилась девушка. — Вчера, на свидании с Бастианом, на меня напал оживлённый скелет. Я не знаю, кто превратил его в пыль.
— Это не ответ.
— Это и не должно быть ответом! — хмыкнула Айрис. — Потому что суть в другом. Не знаю, кто превратил его в пыль… Но я — клянусь, случайно! — собрала из этой пыли оживлённого обратно, и он сейчас заперт в моём шкафу. Ты довольна? Теперь объяснишь, в чём всё-таки дело?
Дараэлла расправила плечи и, вместо того, чтобы внести хоть какую-то ясность, приказала:
— Тогда оживи Джейн.
  
Глава четырнадцатая
 
Айрис, потянувшаяся было к мёртвой, отпрянула.
— Ты с ума сошла?! — воскликнула она. — Оживить? Мало того, что я не умею этого делать, так ещё и… Оставь несчастную в покое!
— Оживи Джейн, — с нажимом повторила Дараэлла. — И тогда я тебе всё объясню.
— Ну уж нет! — вскинулась Айрис. — Ты объяснишь мне всё прямо сейчас. Мало того, что наша… не знаю, кто она нам, конкурентка? Мало того, что бедная Джейн лежит здесь, мёртвая, так ты ещё и предлагаешь мне поднять труп, а потом что, посмотреть, как будет реагировать Себастьян? Ты вообще понимаешь, о чём просишь?
— Вполне, — подтвердила Дара. — Я прошу тебя попытаться поднять это из гроба.
— Джейн — не это, — тихо произнесла Айрис. — Джейн — живой человек.
— Если это Джейн, конечно же.
— О чём ты?
Айрис не хотелось признаваться горной ведьме, что она и сама до конца не верила в причастность Себастьяна к смерти Джейн. К тому же, девушки говорили, что сами ещё совсем недавно видели её живой, помогали собраться на свидание, а тут такое! Можно б заподозрить и Хильду, ведь именно отправила Дару и Айрис в подвалы, но тогда почему крестьянка выглядела так, словно пролежала здесь довольно долго? Она ведь ледяная! Заколдованный гроб?