Ведьма ищет любовь (СИ)

Не веря своему счастью, я наобум открыла магическую книгу, пробежала глазами по рецептам. Набившее оскомину:
«…для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена», – пропало.
Захлопнув гримуар, я в великом сомнениях уставилась на кожаную обложку.
– Это правда? Ты снял с меня все блоки и ограничения?
Паршивец изогнул закладку сердечком и выразительно ткнул ею в сторону Корвуса, а после кольнул магией мои ладони и с громких «пуф!» перенесся в другое место.
От накатившего счастья и чувства облегчения, я не устояла на ногах и осела на подоконник. Мир казался большим и ярким. В крови бурлила отобранная ранее магия, по которой, как оказалось, я успела невероятно соскучиться.
Видимо, кровь ударила в голову, потому что мне вдруг захотелось обнять всех вокруг и проорать о том, как же я счастлива.
– У меня где-то валялся антидот, – вслух подумал Корвус, видимо списав мое состояние на побочку от зелья правды.
Он отошел к креслу, на котором валялась его сумка, и склонился на ней. Я же с блаженной улыбкой дурочки какое-то время наблюдала за его попыткой отыскать среди капканов, мотков с веревками, бутылочками со святой водой и осиновыми кольями маленький флакончик с нужным составом, нейтрализующим действие подсунутого нам зелья.
С откровенным удовольствие полюбовалась на широкую спину, на бугрящиеся мышцами предплечья и на обтянутый черными брюками зад.
Зад почему-то впечатлил сильнее всего.
Причем настолько, что я озорно улыбнулась, сделала несколько шагов в его сторону и звонко шлепнула колдуна по пятой точке.
Не ожидавший от меня такого вероломного нападения на свои тылы мужчина замер, выпустил из рук связку с метательными ножами и медленно выпрямился.
– Саманта, – на меня глянули, как на святотатца, восхрапевшего в храме в разгар песнопений. – Ты только что… шлепнула меня по заднице?
– А что такого? – все с той же улыбкой приподняла я брови. – Я просто демонстрирую дружелюбие. Возможно немного чрезмерно. Но ведь никто в здравом уме не станет ругаться на супердружелюбную ведьму. Да-да.
Колдун, который инквизитор, сурово прищурил глаза, и ведьма сама не поняла, как оказалась схвачена.
– Пусти! – пискнула я с довольной улыбкой, но куда там.
Одна его рука оказалась на моей талии, а вторая несильно замахнулась, широкая ладонь легонько шлепнула меня по попе и осталась там лежать.
– Ты чего?!
– Демонстрирую дружелюбие, – огорошил Корвус и шлепнул еще разок.
– Ай! – возмутилась я, ибо в этот раз демонстрация дружбы вышла чуточку сильнее и болезненнее.
– Извини, сейчас пожалею, – покаялся мужчина с заметной хрипотцой в голосе, и его ладони начала ласково наглаживать пострадавшее место, а после переключилось и на вторую ягодицы.
– Для симметрии, – заявил этот хитрый искуситель, соблазнительно улыбаясь.
Мысленно застонав, я подалась вперед, обняла мужчину за шею и взмолилась:
– Не провоцируй меня на глупости, Корвус.
– Не переживай, – успокоил мужчина, продолжая легонько шлепать и наглаживать мою пятую точку. – Ты меня не поцелуешь.
– Думаешь?
– Угу. Смелости не хватит.
– Ой, да много ты знаешь про ведьм, – возмутилась я, крепче обхватила его шею, подалась вперед и коснулась губ светлого своими. И только потом поняла: меня спровоцировали! Нагло и бессовестно, но психануть не успела.
Корвус словно ждал этого прикосновения, как благословения свыше. Он мгновенно откликнулся, углубляя поцелуй и не давая мне возможности остановить накрывшую нас волну ночного полубезумия.
Мое тело стало покорным, чувствительным и отозвалось радостными мурашками, когда сильные руки обняли так, что перехватило дыхание.
Мать честная! Я целую светлого.
Нет, не так…
Я целую Корвуса Кея. Светлого инквизитора!
Претемные боги, это вообще как?
Я застонала от непонятной смеси смущения и удовольствия. Просто застонала, но Корвус воспринял это как приглашение к чему-то большему. Он подхватил меня под бедра и одним резким толчком опрокинул на диван, накрыв своим телом сверху.
 
Едва моя спина поприветствовала сидение дивана, как в лопатку впилась коварная пружина.
– Уф! – слетело с моих губ.
Я попыталась сползти ниже и отыскать местечко помягче, но коварные пружины словно этого и ждали. Они атаковали все разом, впившись в плечо, попу и ногу. Но это я еще могла пережить, а вот деревянные балки надавившие на позвонки – нет.
– Диван такой твердый, – пожаловалась я.
– А я говорил, – тут же откликнулся увлеченный процессом соблазнения черной ведьмы Корвус, прокладывая дорожку из жадных поцелуев вниз по моей шеи до самого выреза.
Я возмущенно приподняла голову и схватила его за плечи, заставила посмотреть на себя.
– То есть это такой коварный план, чтобы доказать мне что-то?
– Саманта, – как-то ну очень тяжело вздохнул Корвус, – перестань говорить глупости.
И дальше глупости говорить я просто не смогла. Губы Корвуса накрыли мои и с голодной страстью принялись дразнить и исследовать. Казалось, что он ждал этого многие годы и вот теперь дорвался.
Не дав опомниться горячая мужская ладонь скользнула в вырез моего провокационного декольте, и я непроизвольно выгнулась навстречу, желая поскорее оказаться тело к телу, в диком первобытном танце страсти.
Этот поцелуй был мощным, всепоглощающим и прервался очень быстро.
Мы вдруг оторвались друг от друга и секунду смотрели потемневшими от желаний глазами. Обоим хотелось большего. Оба понимали, что спешить нельзя.
«Темные боги, – мысленно взмолилась я. – Дайте нам повод остановиться».
Вероятно моя молитва была настолько искренней и пробивной, что темные боги подавились от неожиданности и быстро ниспослали своей ведьме капельку черной благодати.
– Ммм…
Мы с Корвусом резко повернулись в сторону входа, где замер потрясенный Николас.
Ученик стоял с раскрытым ртом и таращил на нашу парочку вытаращенными глазенками, в которых только что скончалась вера в светлые идеалы.
– Ма… ма-ма-ма… – попытался вернуть себе дар речи Николас.
Вид у паренька был странным. Вместо теплой пижамки с выразительными пятнами от тайком пожранного в ночи бутерброда с котлеткой, мальчишка был одет в уличную одежду, держал над головой свой любимый фонарь и медленно переваривал увиденную картинку.
Все это наталкивало только на одну здравую мысль: Николас где-то шлялся. И мне было очень интересно где, и как это связано с детской организованной группировкой, называющей себя курсантами, под предводительством коварного многоликого с бурдой правды в кармане.
Николас набрал воздух в грудь и неожиданно визгливо выдал:
– МАСТЕР!
– Что? – хрипло выдохнул Корвус, незаметно убирая руку из-под моего платья и занимая вертикальное положение.
Мол, ничего такого. Мы просто сидим с драгоценной соседкой в гостиной, составляем карту неровностей в стареньком диване. А ты что подумал?
– Там… – с трудом выдавил потрясенный паренек., поднимая руку и тычу в стену. – Там, в доме… Там кто-то ходит.
– ЧТО?! – настал мой черед голосить.
Толкнув Корвуса в грудь, я решительно села, выпуталась из его объятий. Едва оказавшись на ногах, подскочила к окну гостиной, оперлась руками о подоконник и приникла к стеклу.
Николас был прав. Я сразу же увидала маленький огонек от свечи или фонаря на втором этаже собственного дома, который неторопливо двигался от одного окна к другому. И что-то подсказывало, что это не Розетта, которая принесла скучающему демону продолжение цикла, а мой старый неуловимый неприятель.
– Ну, держись! – выпалила я и понеслась к входной двери.
  
Глава 11. В которой ведьма сражается за дом, свободу и немного за врагов
 
Выскочив на улицу, я подхватила подол платья, слетела по ступенькам, но на тропинке к калитке меня нагнал Корвус. Колдун схватил за руку, как-то так очень привычно, словно делал это сотни десятки раз до этого, сплел наши пальцы вместе, и решительно потянул в сторону забора.