Остров Мертвых. Тетралогия (СИ)

Правая часть бомбардировщика отъехала в стороны, открывая небо. Внутрь ворвался ветер. Если бы мы летели, то он наверняка посдувал бы нас всех наружу. Однако аэроплан завис на месте. Да, они и такое умеют.
— Запомните, вас ждёт самое яркое впечатление в жизни. Первый секс не идёт ни в какое сравнение. И вид там просто шикарный. Так что удачи вам. Первая группа пошла!
Я выдвигался в третьей. Люк открылся, и команда из двадцати человек, которые вовсе не были товарищами, двинулись наружу. Через несколько секунд они исчезли за бортом. Оттуда послышался дикий крик, который тут же унес ветер.
  
Прошло минуты полторы, и следующая команда:
— Вторая группа пошла!
Ещё одна команда отправилась в полет. Я подобрался, дёрнул руку к лицу и размашисто перекрестился. Не знаю зачем, в Бога я не верил совершенно, но раз мы тут, в воздухе, то наверняка ближе к нему, чем там, на земле, в Новой Москве.
Ещё минута.
— Третья группа пошла!
Я встал с места, двинулся к открытому борту. Несколько секунд и мы уже стояли на краю.
Я шагнул вниз, и воздух больно ударил мое тело. Секунда, другая, меня закрутило вокруг своей оси, и как я не пытался, не мог найти точку опора, переместить свой вес для того, чтобы выйти из штопора. Воздух был твердым, свистел в ушах, резко стало очень холодно. Ну уж нет, ничего у тебя не получится.
С огромным трудом я взял себя в руки и наконец-то смог повернуться так, чтобы контролировать свое падение. Полетел вперёд, вниз, и только сейчас сумел оценить вид.
Горы, леса. Реки, словно тонкие ниточки. Море, вихри шторма. Крым, словно на ладони. И это было безумно красиво.
Я умел видеть красоту, пусть журналисты и психологи считали, что это не так. Моя жена была красива, сын был очень симпатичным мальчишкой. Все совсем не так. Мое сердце не очерствело, я никого не ненавижу, я просто делаю свою работу.
Раньше мне тоже приходилось видеть такое. Когда летишь в самолёте над морем в сторону Африки. Когда на устаревших вертолетах, которыми мы пользовались, готовишься к высадке в джунгли, где будешь искать местных повстанцев и операторов других ЧВК. Когда прыгаешь с парашюта в тыл врага, вокруг трассеры зениток, твои товарищи гибнут, а ты в свою смерть не веришь. Ко мне она так и не пришла, зато ударила туда, куда я даже не ждал. В самое уязвимое место любого мужчины — в его семью.
А я разгонялся и разгонялся. Цифры на маске бежали, показывая высоту, метры беспрестанно крутились, даже будто не десятками, а сотнями. Земля приближалась.
Прошла минута, стало гораздо теплее, я постепенно снижался. Поле зрения становилось все меньше, но городов я по-прежнему не видел. Думаю, это все потому что они маленькие. Крым никогда не был густо заселён.
Вокруг кружились сотни людей. Ветер разносил нас в разные стороны. Подозреваю, что нас разбросает по огромной площади в несколько километров. И мне нужно будет искать их.
А потом мне нужно будет найти тех уродов, ради которых я подписался на участие в шоу. Подозреваю, что это будет не так уж и сложно, потому что они точно сколотят свои группы. Они — прирожденные лидеры, это стоило признать, каким ублюдками я бы их не считал. Их четверо: Артик, Альма, Кабан и, пожалуй, самый опасный — Андрей Горбунов. Все — лидеры крупных банд.
Когда счётчик высоты показал тысячу двести метров, я дёрнул за кольцо. Раздался громкий хлопок, и меня резко дёрнуло вверх. Раскрылся парашют, падение тут же замедлилось.
Мимо меня с диким визгом пролетел какой-то бедолага, промелькнул всего на секунду, я едва успел его заметить. Его крик тут же унес ветер. Похоже, что у него не раскрылся парашют. Ни основной, ни запасной. Ну что ж, зато многие заплатят за то, чтобы посмотреть от первого лица то, как человек, упавший с десяти тысяч метров, разбивается о землю.
Увидел его и забыл. Надо было сосредоточиться на своих делах. Я был достаточно близко к берегу, с другой стороны от меня находились горы.
Приземляться придется на берег. Если полечу в горы, то могу ноги переломать. Тем более, что тут, поблизости город видно. Понятия не имею, какой, у меня даже карты Крыма нет, ориентироваться придется по дорожным знакам, указателям, двигаться тоже по трассам. А навигатор заблокирован. Так понимаю, возможность пользоваться им тоже придется покупать за очки. Да уж, вот действительно мотивация убивать зомби. Ну и с другой стороны, возможность отсеять слабых. Те, что рассчитывали исключительно на импланты. С имплантами любой дурак может, а ты попробуй разобраться сам. Так что никто из нас сейчас не сильнее обычного среднестатистического человека. Такого же, какими они были в начале века.
Я потянул за рукоять, и меня понесло в сторону берега. Падение оказалось медленным, голова кружилась от избытка чистого кислорода. Это сильный окислитель, он опьяняет, может случиться разное.
От скафандра в любом случае придется избавляться. А под ним у нас оранжевые робы. Такие же как в тюрьмах, только другого цвета. По-видимому, чтобы нас лучше было видно. Ну ничего, одежду тоже сменим. Наведаемся в ближайший город, и там все подыщем. Если не сожрут.
Хотя сожрать меня этим тварям дорого станет. Очень дорого.
Прошло минут пять. Счётчик высоты показывал уже пятьсот метров, нужно было готовиться к приземлению. Берег было видно хорошо, волны. Красиво на самом деле. Такое редко увидишь, разве что с дронов видео. Но одно дело — смотреть самому, а совсем другое — то, как кто-то это снимал.
Впрочем, секунду спустя мне стало уже не до видов. Неожиданный порыв ветра подхватил меня и потащил в сторону моря. Я дернул за рукоятки парашюта один раз, другой, попытался повернуть, но он упрямо нес меня туда, где разливались бескрайние воды. А вдалеке, на горизонте, можно было увидеть бушующий шторм. Воронки, которые поднимали в воздух огромное количество воды. Те самые, из-за которых в Крым до сих пор нельзя было попасть с моря.
Если бы я не запретил себе этого, я бы выматерился. Но увы, такое не для меня. Оставалось только сосредоточиться и бороться за свою жизнь.
Я снова попытался повернуть, но ветер упрямо тащил меня вперёд, в море. Счётчик показывал уже триста метров. Цифры медленно сменяли друг друга. Двести. Сто. Берег становился все дальше и дальше.
Через какое-то время ветер утих, и я снова стал контролировать свой полет. Развернулся и увидел, что улетел достаточно далеко. И добраться обратно уже не успею.
Я всё-таки попытался отвернуть парашют, отклонился ногами назад, чтобы хоть немного замедлить падение, однако поверхность водной глади неминуемо приближалась. Даже сквозь кислородную маску я почувствовал запах соли, запах моря. На самом деле это была всего лишь иллюзия, одно из счастливых воспоминаний, когда после очередного контракта я с семьёй поехал в Абхазию пить вино, есть форель и купаться.
Десять метров. Пять. Ноги проскользили по водной глади, а потом меня затянуло вниз. Буйков тут не имелось, это был не пляж, но думаю, если были бы, то я все равно оказался слишком глубоко.
В последний момент парашют накрыл меня. Я дернулся один раз, второй, пытаясь освободиться, но у меня ничего не получалось.
Я упал в воду, будто в коконе. Ткань была непромокаемой, так что на какое-то время у меня был воздух. Но только вот, если я не выберусь, то очень быстро утону.
И будто этого было мало, перед глазами всплыло уведомление о том, что в баллонах закончился кислород.
Да уж. Это будет действительно интересное приключение.
  
Глава 2
 
Первым делом я сбросил с себя рюкзак с парашютом. Он в воде вообще будет лишним, без него выплыть окажется гораздо проще. Потом попытался вытянуть ноги, нащупать дно, но у меня не получилось. Я оказался на достаточно большой глубине, и пока что парашют держал меня на поверхности.
  
Хотя не факт, что дело только в этом. Вода достаточно соленая, это чувствуется, пахнет солью. Так что, может быть, и удержался бы. Правда, если учесть, сколько в моем теле железа. Руки не свои, ноги тоже. Ладно хоть все изолировано, не может коротнуть. Всё-таки мы и в ванной мыться можем, и под дождем ходить. Какие-то старые модели может закоротить от попадания воды, но не новые.