Мой холодный герой (СИ)

Она немного запинается перед ответом, но быстро берёт себя в руки.
— Разве работа личного повара настолько плоха? — спрашивает она, глядя мимо меня.
И как же меня бесит, что она не смотрит мне в глаза.
Нет, крошка. Я хочу, чтобы ты смотрела на меня.
Встаю из кресла и подхожу ближе.
Останавливаюсь в нескольких шагах от неё. Этот аромат снова сводит меня с ума.
Я хотел бы дать ей работу совершенно другого характера, но отпускать её тоже не хочу. Не сейчас.
  
— Вы будете работать шесть дней в неделю. Приезжать не позже семи утра. В восемь должен быть готов завтрак. Если потребуется обед — вас предупредят. Ужин в восемь вечера. Уезжать сможете в десять.
Любые отношения, кроме дружеских, с сотрудниками моего дома строго запрещены. Категорически.
Подхожу к ней сзади и наклоняюсь, вдыхая аромат её густых волос.
Чувствую, как она перестаёт дышать. Мне нравится её реакция на мою близость.
— Прическу менять не нужно, — говорю тихо, почти на ухо, и чувствую, как она вся дрожит.
Мне нужно отойти, иначе я не смогу остановиться.
Ни одна девушка ещё так не возбуждала меня, даже не пытаясь этого.
Надо взять себя в руки. Немедленно.
Быстро возвращаюсь за стол.
— Завтра утром подпишем договор. В нём будет указан размер вашей заработной платы. Поверьте, сумма достойная.
— Я могу идти? — спрашивает она, её глаза будто умоляют отпустить. Я едва сдерживаюсь, чтобы не улыбнуться.
— Господин Князев, — произношу тихо, а она не понимает.
— Простите?
— Я могу идти, господин Князев? Так вы будете обращаться ко мне. Как и все сотрудники в моём доме.
Похоже, ей это не нравится, но я просто любуюсь, как она краснеет и смущается.
— Я могу идти, господин Князев? — повторяет она свой вопрос.
— Конечно, Вероника Сергеевна. До завтра.
Как же её маленький ротик произносит это «господин». Иди, девочка, иди. Или я возьму тебя прямо здесь и сейчас.
Наливаю в бокал виски и делаю большой глоток. Горячая жидкость обжигает горло и немного успокаивает.
Не могу понять, почему я веду себя, как неопытный мальчишка рядом с этой девушкой…
Стук в дверь, и в кабинет заходит Маргарита Львовна.
— Господин Князев.
— Последняя?
— Да.
Женщина одобрительно кивает и выходит. Я уже говорил, что она понимает меня без слов?
Я не могу думать ни о чём, кроме Вероники. Хочу узнать о ней больше.
Через два часа на моём столе лежит тонкая папка с полным досье на Веронику Сергеевну Тихонову.
Итак, семья небогатая: мама — швея, отец — электрик. Братьев и сестёр нет. Школа с золотой медалью, кружки по пению, рисованию, танцам, кулинарии.
Затем институт гастрономии с отличием, курсы кондитеров с отличием.
Снимает квартиру. С парнем.
Почему-то последний факт выводит меня из себя, и я бросаю папку на стол.
Зачем же ей нужна эта работа? Не понимаю…
Вечером встречаюсь с адвокатом и немного меняю условия стандартного контракта для работников моего дома.
— Егор, не слишком ли жёсткие условия договора? — спрашивает мой юрист и хороший друг.
— Иван, я всё уже сказал.
— Ладно, ладно… — мужчина поднимает руки вверх и оформляет редактированный договор.
— Мне уже интересно, кто она.
— Просто новый повар.
— Конечно, конечно… — улыбается друг и уходит, пожелав удачи.
Полночи не могу уснуть. Приходится дважды принять ледяной душ, чтобы хоть немного охладить тело… и мысли.
Кажется, я возненавижу эту девочку раньше, чем приму на работу…
  
Глава 7
 
Утро пришлось начать с пробежки и возвращения в холодный душ.
Без десяти восемь. Надеваю пиджак и обуваю до блеска начищенные туфли. Спускаюсь в столовую и замечаю стройную фигуру девушки, поправляющую столовые приборы.
Она стоит ко мне спиной, волосы, как и вчера, собраны в хвост. На ногах простые чёрные лодочки. Ничего особенного, но я не могу оторвать от неё взгляд…
— Доброе утро, Вероника… Сергеевна…
Я наслаждаюсь её реакцией на мой голос. Она как маленький пугливый олёнок. Быстро убирает руки от тарелок и становится рядом с моим стулом.
Подхожу к столу и ощущаю её запах… Как же я хочу прикоснуться к ней…
А после бессонной ночи, полной эротических фантазий, я чувствую себя подростком. Даже смешно.
— Присядьте.
Замечаю удивление на её лице. Глаза бегают, но она подходит и медленно садится на стул.
Она боится?
Ну, ну… крошка. Чем больше эмоций ты испытываешь ко мне — тем лучше. А страх — не самый плохой вариант.
— Вот договор. Внимательно прочитайте и подпишите, — пододвигаю документ к Веронике и принимаюсь за завтрак.
Стараюсь вести себя отстранённо и даже холодно.
Лучше смотреть в тарелку, чем на её пухлые губы и розовые щёки.
Она читает медленно, не пропуская ни одного пункта.
Правильно, молодец, — отмечаю про себя.
— Что значит «три замечания»?
Так… В последнем пункте я изменил правила для неё. У других сотрудников всё не настолько строго, но…
Я хочу, чтобы она оставалась здесь. И чтобы не смогла просто так уйти.
— Может, хотя бы смягчить пункт о задержках? — её явно раздражает этот момент.
— Я всегда прихожу вовремя и того же требую от своих сотрудников.
— Мне до вас ехать больше полутора часов, а в дороге может случиться всякое… Я могу опоздать не по своей вине: машина сломается, такси не приедет, пробки, аварии… — она говорит, но я не слышу её слов.
Мой взгляд прикован к её губам, которые двигаются, издавая что-то важное.
Её грудь часто поднимается и опускается, и я почти вижу, как прижимаю её под собой…
Стоп. Нужно перестать думать об этом.
— Одно опоздание — увольнение и штраф. — Как же она злится, но старается держаться…
Так и хочется заставить её ротик работать по-другому.
— А какой штраф?
— Какой я решу.
Я бы тебе такой штраф выписал, что ты вернулась бы за добавкой…
Даю себе мысленный подзатыльник. Уже совсем не могу совладать с собой.
Хватит.
— Ручку, пожалуйста…
Вот и всё. Она смотрит на меня. Но нет, милая… Я не собираюсь наклоняться за ручкой.
Тогда Вероника поднимается, подходит ближе и садится на корточки.
Берёт ручку и поднимает голову. Меня словно пробивает током. Воздуха не хватает, а в штанах становится настолько тесно, что даже больно.
Как будто мне мало было фантазий. А вот тебе ещё одна… Я смотрю ей прямо в глаза и до безумия хочу её сейчас.
Она будто читает мои мысли. Стоя на коленях, слегка приоткрывает рот.
Я резко втягиваю воздух, чтобы хоть немного успокоиться. Если сделаю глупость, испугаю её, а мне этого совсем не хочется.
Кажется, она чувствует то же самое. Щёки краснеют, глаза мечутся, а дыхание становится частым, как будто она бежала кросс.
— Господин Князев, вам звонит ва… — в столовую входит Маргарита Львовна и застывает на полуслове.
Я должен поблагодарить эту женщину… или наоборот. Даже не знаю.
Вероника быстро поднимается с пола, подходит к своему месту, ставит подпись на договоре. И да, я рад.
Я просто триумфую. Теперь ты так просто не вырвешься из моих рук. Сама согласилась.
— Я могу идти? — спрашивает она. Я просто киваю.
Не хочу говорить, чтобы не начать улыбаться.
Маргарита Львовна подаёт мне телефон, и я принимаю звонок от отца.
— Привет, сынок. Как ты?
— Привет, папа. Всё отлично.
— Да, слышу по голосу. Как на работе?
— Тоже хорошо. У вас с мамой всё в порядке?
— А что нам сделается… Мать спрашивает, когда ты уже женишься?
Ну вот, снова одна и та же тема. Когда женишься, когда будут внуки… Как будто им заняться больше нечем. Особенно маме.
— Когда найду своего человека.
  
— Сынок, мы решили приехать на следующей неделе.
— Я рад. Приезжайте, конечно.
Закончив разговор с отцом, в отличном настроении направляюсь в компанию.