Миры Бесконечности

– А еще Гил прекрасно понимает разницу между правдой и воображением, – отвечает Ахмет. – Чего нельзя сказать о других людях, побывавших в Войне. Особенно тех, кто провел там столько же времени, сколько Диего.
– Но мы не раз слышали о Шаре, – вступает в разговор Тео. – И причем от разных людей. Не важно, существует ли Переход, у нас есть веские основания предполагать, что Сфера есть. И если это так, то вряд ли будет более удачное время разузнать о ней.
  
Обсуждение сменяется шепотом, а затем из-за стены раздается голос Анники:
– Нами, перестань подслушивать и присоединяйся к нам.
Я невольно напрягаюсь.
– Простите, – смущенно говорю я, надеясь, что в образе Колонистки на моих щеках не так ярко проявляется румянец. – Я не хотела вас прерывать.
Анника подзывает меня к голограмме над столом.
Вокруг него уже стоят Гил, Ахмет, Тео, Шура и двое мужчин, которых я раньше встречала в Поселении. Они инженеры, как и Ахмет, хотя я ни разу не видела, как они проявляют свои способности.
– Ты же видела Фестиваль Рассвета через Обмен? – спрашивает Анника.
Я киваю. Это праздник, знаменующий начало Парада корон. Первый из пяти.
Анника переводит взгляд на голограмму. Изображение дворца распадается на пиксели, а затем из них собирается новое – огромный двор позади выполненного из мрамора здания. Это дом принца Келана в Летнем районе, который Колонисты называют Галереей. Судя по всему, герцог Победы питает слабость к масляной живописи.
«Живописи, которую создают порабощенные ими люди», – напоминаю себе я.
Я замечаю, что Гил смотрит на меня, и изо всех сил стараюсь сохранять спокойствие.
Для одного дня он уже достаточно узнал о моих чувствах.
– Мы хотим, чтобы ты проникла туда, – осматривая Галерею, говорит Анника. – Тебе необходимо собрать всю возможную информацию и постараться, чтобы Колонисты как можно лучше запомнили твое лицо. Существует грань между новичками и известными фигурами, и между ними находятся те, на кого обычно не обращают особого внимания.
Сжав руки в кулаки, я рассматриваю здание.
– А они не станут спрашивать, кто я такая?
– Создание Колонистов считается очень щекотливой темой, – объясняет Ахмет. – Считается невежливым задавать вопросы о том, кого и когда создали.
– Колонистам не нравится, когда им напоминают, что они были спрограммированы, а не рождены, – добавляет Тео. – Из Столицы постоянно приезжает кто-то новый. И в этом нет ничего необычного.
– Хотя все это правда, все же лучше, чтобы ты примелькалась Колонистам до вечера прибытия Офелии в Победу, – говорит Анника. – И Фестиваль Рассвета отлично для этого подходит. У тебя есть роль, которой необходимо овладеть, а теперь появилась еще и дата.
– Это… слишком рано, на мой взгляд, – признаю я, избегая холодного взгляда Гила.
Анника склоняет голову вбок, ожидая продолжения.
– Возможно, мне удастся смешаться с толпой, но общение с Колонистами – совсем другое дело, – пытаюсь объяснить я. – Я делала это всего один раз.
– Зато с самим принцем, – напоминает Шура. – Нами по силам сделать это. Я видела.
Я поджимаю губы. Жаль, что у меня нет ее уверенности ни в своих способностях, ни в миссии.
– И я в ней не сомневаюсь, – соглашается Анника, но затем слегка опускает голову. – Однако у меня есть опасения насчет утонченности ее движений. Ты умеешь танцевать?
Я переступаю с ноги на ногу, прекрасно осознавая, что все смотрят на меня.
– Не очень, – с трудом выдавливаю я.
Хмыкнув, она кивает:
– Кто-нибудь умеет танцевать вальс? Нам не помешала бы парочка уроков перед Фестивалем Рассвета.
Мои глаза расширяются:
– Ты хочешь, чтобы я станцевала с кем-то из Колонистов?
– Конечно, нет, – успокаивает Анника. – Но нужно подготовиться к любым неожиданностям.
Тео поднимает руки:
– Прости, но я не танцую.
На лице Шуры появляется слабая улыбка:
– Я умею танцевать только флосс [7].
Ахмет вздыхает:
– Я не знаю, что это. Но мне в принципе удобнее сидеть за компьютером, чем стоять на ногах. – Он хлопает Гила по плечу. – А вот Гила…
«О нет, пожалуйста, не говори этого», – мысленно молю я.
– …когда-то всему научила его мама, – заканчивает он.
Гил стряхивает его руку.
– Это было очень давно. И мы просто дурачились с ней на кухне, где нас никто не видел. Так что поищите кого-то другого.
Но мое облегчение не длится долго.
– Я и не жду, что она станет профессиональной танцовщицей за несколько дней. А лишь хочу, чтобы она научилась двигаться более изящно. Ей нужно не только выглядеть, как Колонисты, но и ходить, как они. – Анника переводит взгляд на меня. – Уверена, ты сможешь найти, чем заняться на Фестивале помимо танцев.
Я прикусываю губу:
– Например, порасспрашивать людей о Сфере?
Анника слегка кривит губы:
– Прямо сейчас мне хочется, чтобы ты больше наблюдала и слушала.
– Во время Обмена не было информации о Сфере, – говорю я, чувствуя разочарование. Когда она сказала, что расскажет мне о Бесконечности, я решила, что узнаю все, что известно ей.
Но, очевидно, это не так.
Шура ласково улыбается мне:
– Мы не уверены, что она вообще существует.
– Если Сфера имеет какое-то отношение к тому, зачем вам нужен шпион, то я хочу знать о ней. – Я выжидающе смотрю на них.
– Ходят слухи, – скрестив руки на груди и уставившись на меня, начинает Гил, – что королева Офелия хранит свое сознание внутри того, что они называют Сферой.
– И эти слухи распространяет Диего? – Я встречаюсь с ним взглядом. – Человек, вернувшийся из герцогства Войны?
– Когда я встретил Диего, его разум можно было назвать ненадежным. Большинство людей, сражавшихся в Первой войне, вообще лишились разума, но Диего оказался твердолобым. Сильным. К тому же он в Бесконечности с тех незапамятных времен, когда только все началось. – Гил пожимает плечами. – Признаюсь, мне хотелось верить в каждую историю, которую он мне рассказывал. В те, где люди сбегают из герцогств и находят безопасное убежище. Но когда удалось сбежать мне, мы старательно придерживались всех его указаний, но ни одно из них не помогло нам.
– Но Диего не единственный, кто говорит о Сфере, – возражает Шура, переводя взгляд с Гила на меня и обратно. – Но он знал о Фестивалях. И сказал, что по обычаям Сферу перемещают между Четырьмя герцогствами, чтобы каждый из принцев мог усилить ее защиту.
Я поворачиваюсь к Аннике:
– Почему ты не поделилась со мной этой информацией через Обмен?
– Я рассказала тебе все, в чем мы уверены. Но не то, во что мы хотим верить. – Она кивает всем собравшимся. – Но теперь я не сомневаюсь, что истории про Сферу – не слухи.
– Это что-то наподобие резервного компьютера? – спрашиваю я. – Место, где хранится резервная копия сознания Офелии?
– Это именно компьютер, – поправляет Шура.
– Если Сфера вообще существует, – возражает Ахмет.
– Но если мы его обнаружим, – вмешивается Тео, – то сможем с помощью его уничтожить королеву.
Я хмурюсь:
– Ты думаешь, что уничтожение Сферы уничтожит и Офелию?
– Ее и каждого Колониста в Бесконечности, – уточняет Анника, и от ее слов кровь стынет в жилах. – Бесконечность целостна благодаря человеческому сознанию. А Колонисты полагаются только на свою королеву.
Я моргаю:
– Значит, если мы уничтожим Сферу…
– То уничтожим их всех, – заканчивает Анника.
– Но как это должно сработать? Как мы сможем уничтожить что-то подобное? Где эта Сфера вообще находится? – Вопросы сыплются из меня, как из рога изобилия, потому что мне не терпится узнать побольше.
  
– Вот поэтому нам и нужна твоя помощь, – серьезно отвечает Анника. – Только ты можешь подобраться ко дворцу и к их секретам. Втеревшись в доверие к Колонистам, ты наконец заполучишь информацию, в которой мы нуждаемся.