Он еще отомстит
Когда Бакстер сел на место, Вернон, казалось, почувствовал себя в затруднительном положении.
— Благодарю вас, мистер Бакстер, — сказал судья. — Пригласите полковника Крейга, пожалуйста.
Все глаза обратились на Крейга, когда он встал и прошел на место свидетеля. Он стал там, легко опершись руками на ограждение, такой вечный солдат, несмотря на темный костюм и галстук.
— Вы — полковник Дункан Стюарт Крейг, проживающий на Росден, Грендж-авеню, в Сан-Мартин-Вуд?
— Это так.
— Вы видели тело женщины в городском морге во вторник на этой неделе?
— Видел.
— И кто это был?
— Моя дочь — Джоанна Мария Крейг.
— Я выдам разрешение на похороны. — Последовала пауза, судья сделал какие-то пометки, а потом продолжал: — Я понимаю, что это причиняет вам боль, полковник Крейг, поэтому не буду задерживать вас долго. До случившегося ваша дочь всегда вела совершенно нормальный образ жизни?
— Да, это так. Перемена, когда она произошла, была совершенно необъяснима для нас. Вспышки гнева, крайне эмоциональное поведение… Она стала совершенно другим человеком. Теперь я понимаю, что все явилось следствием ее пристрастия к героину.
— После того как ваша дочь ушла из дома и до момента ее смерти, вы виделись с ней?
— От нее пришло три письма, все со штемпелем Челси. Они предоставлены суду.
Судья кивнул:
— Я прочитал их. Полагаю, что они имели целью создать впечатление, что она живет в Лондоне и учится в тамошнем колледже искусств. Очевидно, их отправил для нее какой-то знакомый. — Он несколько замялся, но потом продолжил: — Полковник Крейг, вы слышали показания, которые давались в суде. Можете ли вы что-нибудь добавить?
Миллер почувствовал, как Брэди заерзал около него и задержал дыхание, ожидая ответа Крейга.
— Мне нечего добавить, сэр. Показания представляются мне вполне ясными.
— И вы можете делать все, что вам захочется, — прошептал Брэди на ухо Миллеру.
И тут как-то сразу все закончилось. Присяжные даже не побеспокоились удалиться, а их старшина, седой низенький банковский клерк, встал и с чувством собственного достоинства заявил:
— Мы считаем, что покойная лишила себя жизни в состоянии нарушенного, искаженного под воздействием наркотика сознания.
— И вы единодушно выносите такой вердикт? — спросил судья.
Старшина кивнул и сел на место.
— Ваше решение принято.
Внезапно наступила тишина, люди сидели в ожидании заключительных слов судьи.
— Не в моих правилах судить о моральной стороне дела. Но важно, что, выслушав все показания, я полностью согласен с вердиктом, который вынесло жюри присяжных. Однако в деле есть одна неприятная деталь, которая состоит вот в чем. Джоанна Крейг не была зарегистрированной наркоманкой, и все же она ухитрялась добывать ежедневную дозу. Я надеюсь, что представители полиции, которые присутствуют на суде, расследуют этот факт более подробно.
— Суд встает в честь судьи ее величества.
Все двинулись к выходу, и Брэди повернулся к Миллеру с мрачным лицом:
— Вот так-то. Свиньи уходят как ни в чем не бывало.
— А чего же еще вы ожидали? — развел руками Миллер.
Полковник Крейг и Гарриет все еще сидели в первом ряду, и Вернону с Бакстером предстояло пройти мимо них. На какой-то момент Вернон приостановился, будто хотел поговорить с ними, но прошел дальше с мрачным лицом, кивнув только Миллеру и Брэди.
Крейг подошел к ним, Гарриет держала его под руку. Он сдержанно улыбнулся:
— У джентльменов найдется время, чтобы выпить по рюмке?
Брэди с неохотой покачал головой:
— Боюсь, мне нельзя. Я снова должен быть в суде через десять минут. — Он кивнул Миллеру: — Увидимся позже.
— И это они называют правосудием? — с горечью спросила Гарриет Крейг.
— Я сожалею, — пожал плечами Миллер. — Даже больше, чем могу выразить. Мы консультировались с гражданским прокурором, но нам сказали, что нет и намека на успех. Я надеялся, что возникнет что-нибудь во время слушания. Как вы, наверное, заметили, процедура в таком суде не очень формальная. Некоторые вещи могут обнаружиться совсем неожиданно.
— Но не в этом случае, как мы видим, — вздохнула Гарриет.
Крейг положил руку ей на плечо и легонько обнял ее.
— Давайте все-таки выпьем немного. Это нам не повредит.
Они сидели в салоне бара на другой стороне площади, Крейг заказал всем бренди и, пока они ждали, предложил Миллеру сигарету. Бар заполняли поверенные и их помощники в париках и мантиях, большинство из них заскочили сюда перекусить между заседаниями и пили пиво с сандвичами.
Гарриет нагнулась вперед и положила ладонь на руку Миллера:
— Я сожалею, что так выразилась там, в суде. Это не относится к вам. Вы же понимаете, не так ли?
— Все в порядке.
— Мы знаем, что Вернон очень умный человек, — произнес Крейг. — Он великолепно себя ведет. Произвел отличное впечатление на присяжных.
— Да и Моника помогла ему, не забудьте, — добавил Миллер.
— Но она лгала, разве не так?
— По правде сказать, похоже, что она действовала по крайнему принуждению. — Миллер немного помолчал, а потом продолжал: — Вы же знаете, не по своей вине. Она такая же жертва обстоятельств, как и Джоанна. На самом деле она неплохая девушка.
Крейг покрутил бренди в бокале и отпил немного.
— А знаете, я обнаружил кое-что относительно мистера Вернона. Он сильный человек.
— То есть? — Миллер весь обратился во внимание.
— Да ладно вам, сержант, вы понимаете, что я имею в виду. — Крейг проглотил остаток бренди и жестом заказал официанту еще порцию. — Вы, надеюсь, слышали о Педларе Палмере?
— Детектив, старший инспектор специального отдела Скотленд-Ярда.
— Правильно. Мы вместе подвизались в армии на Среднем Востоке еще в 43-м. Я для него в свое время кое-что сделал и вчера позвонил ему узнать что-нибудь о Верноне. Но это между нами, вы понимаете?
— Естественно.
— Занятный мальчик этот Макс Вернон. Как вы думаете, он будет здесь заниматься теми же делишками, что и в Лондоне?
— Леопарды никогда не меняют пятен на своей шкуре.
— Вот и я так считаю, — сказал Крейг с легкой неопределенной улыбкой. — Что там говорят насчет правосудия, сержант? Оно не только должно восторжествовать, но надо, чтобы все это видели. Но что происходит, когда в нашем обществе все заняты только своими делами? Что происходит, когда законы становятся неадекватными? Не кажется ли вам, что каждый должен сам взять все в свои руки?
— Я знаю только одно, — ответил Миллер. — Нет такого закона, которым он старается воспользоваться.
— У меня на этот счет есть свои соображения. — Крейг взглянул на часы. — Святые небеса, сколько уже времени? Мне надо идти. Ты доберешься на такси, Гарриет?
Миллер сумел вставить слово прежде, чем она успела ответить:
— Я отвезу вашу дочь домой. У меня здесь машина.
— Премного благодарен. Увидимся позже, дорогая.
Он коротко стиснул плечо Миллера и вышел.
— Еще что-нибудь выпить, мисс Крейг?
— Нет, спасибо. Я хотела бы поехать домой, если вы не возражаете. Немного устала. Последние дни выдались такими тяжелыми.
Машина Миллера, «мини-купер», была на обслуживании, и он взял сегодня «ягуар» своего брата. На девушку это произвело большое впечатление.
— Вот уж не знала, что в полиции так много платят, что можно иметь такую машину.
— Да нет же, — усмехнулся он, пригласив ее в машину и закрывая дверь. — Это принадлежит моему брату. У него столько денег, что он не знает, что с ними делать, вот иногда и заботится обо мне.
Он умело вывел машину в поток транспорта.
— Вы ведь учительница, не так ли?
Она кивнула:
— Средняя школа на Доу-стрит. Я взяла сегодня выходной.
— Там довольно сложный район.
— Зато хороший опыт. Скоро открывается новая школа в полумиле от меня.
Они некоторое время ехали молча, а потом он вдруг спросил:
— Вам не кажется, что ваш отец собирается сделать какую-то глупость?