Наказание для брата (СИ)

— Часы? — округлила глаза, посмотрев на меня, как на больную. — Это же к расставанию.
— Ну да, наверное, — пожала плечами, делая вид, что не придала значения её словам.
К расставанию. Именно. Очень символично. Надеюсь, он это тоже поймёт. Уже сегодня ночью я буду спать в своей постели. Одна. Никто не будет меня притягивать во сне к своему телу, никто не будет нежно гладить по моей спине, никто не поцелует так, что вышибет воздух из лёгких, и никто не пожарит с утра яичницу с подгорелым беконом. От последней мысли не смогла сдержать грустную улыбку.
— С тобой всё нормально? — спросила Таня, оторвав от моих раздумий. — Ты сегодня тоже какая-то странная, — с подозрением посмотрела мне в глаза.
— Не придумывай, — ответила я, натянув на лицо дежурную улыбку. — Поехали домой, нам ещё собираться надо.
Следующие три часа я провела в своей комнате, старательно игнорируя навязчивое внимание своей новоиспечённой подруги. На этот раз она донимала меня вопросами, какое платье лучше надеть, какие туфли подходят больше, и не слишком ли будет, если она оденет вот эти серьги, а может быть не эти, а вон те с красными камнями, или лучше с зелёными?
Хотелось выть во всё горло и биться головой о стену, но, вряд ли, даже такое моё поведение остановило бы девушку от тщательных сборов на званый ужин с Никитиной матерью. Кстати, брат так и не появился. Какие дела у него могут быть в день рождения? Или ему настолько противно моё общество, что он просто решил сбежать до конца дня?
— А ты что наденешь? — в очередной раз над моим ухом раздался раздражающий звонкий голос.
Что удивительно, до вчерашнего дня Таня не вызывала во мне таких негативных эмоций, как сейчас. Пора признаться себе, что это просто играет ревность, прожигающая во мне чёрную дыру, и чтобы её залатать, мне понадобится очень много времени. Но я смогу.
— Не знаю, ещё не думала, — честно ответила я. — Все вещи я уже собрала, лень снова разбирать. Вот это, наверное, надену, — указала взглядом на простое чёрное платье с открытыми плечами, которое забыла запихнуть в чемодан.
— Миленькое, — выдала Таня, схватив платье в руки и разглядывая его со всех сторон оценивающим взглядом.
В этот момент входная дверь хлопнула, и через несколько секунд в дверном проёме моей спальни появился Никита. Выглядел он очень измотанным. На лице не читалось никаких эмоций. Ни злости, ни гнева, ни заинтересованности в своей девушке, лишь полная пустота. Точно такая же, как в его глазах.
— Через пол часа едем, — безэмоционально произнёс он, проходя в свою комнату.
— Хорошо, — беззаботно откликнулась Таня, продолжая чуть ли не под микроскопом разглядывать моё платье, даже не повернув голову в его сторону.
Как и было наказано, спустя пол часа я уже была готова. Спустила вниз свой чемодан, его я возьму с собой, чтобы больше не возвращаться, в последний раз оглядела комнату, в которой провела счастливые две недели, выключила свет и спустилась вниз, на балкон.
Закат, как же красиво. Достала из пачки сигарету, подкурила и втянула в себя, обжигающий лёгкие, горький дым.
— Не помешаю? — раздался сзади тихий голос брата.
Отрицательно помотала головой, не проронив ни слова. Ник поравнялся со мной, доставая сигарету. Какой же он красивый. Голубая рубашка, оттеняющая его кошачьи зелёные глаза, белые брюки, волосы, небрежно уложенные на бок. Им можно любоваться вечно.
— Я отвезу тебя в аэропорт после ужина, — произнёс он, выдыхая струйку белого дыма и глядя куда-то вдаль.
— Не стоит, — честно ответила я. — Сегодня твой день, отдыхай, я уже заказала такси.
Ник повернулся ко мне и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но сзади раздался бесячий голос его подружки.
— Я готова! — воскликнула, просовывая свою симпатичную голову в двери балкона.
— Едем, — раздраженно процедил Никита, выбрасывая окурок.
Всю дорогу мы ехали молча, даже ни на секунду не затыкающаяся Таня, за время нашего пути ничего не ляпнула. Ник сжимал руль с такой силой, что костяшки его пальцев побелели. Он подрезал и обгонял, все автомобили, попадающиеся нам на пути. А я сидела на заднем сидении и не могла перестать любоваться его профилем. Я пыталась запомнить каждое его движение, каждый жест, каждую морщинку, которая появлялась на его лице, когда он хмурил брови. Вряд ли, я когда то увижу это лицо вновь. Даже если вдруг предоставится возможность, я бы не хотела. Встретить его вновь, это как расковырять, начинающую заживать рану. Это значит окунуться вновь в те воспоминания, от которых и без этого слишком сложно убежать. Это выше моих сил. Я должна буду научиться жить без него, своей обычной жизнью, как будто, его никогда и не было. Лучше бы и не было. Я проклинаю тот день, когда согласилась поехать на время отпуска к своему брату, не смотря на то, что это были самые счастливые две недели в моей жизни. Оно того не стоит. Все мои страдания, которые мне предстоит пережить, начиная с сегодняшней ночи, того не стоят.
  
Мы подъехали к дому тёти Наташи в таком же гробовом молчании.
— Приехали, — зачем то озвучил Никита, и без того очевидную мысль.
— Круто, — Таня вернулась к своим заводским настройкам и захлопала в ладоши. — Я так соскучилась по твоей маме! — чмокнула Ника в щёку и первая выскочила из машины.
Ник поморщился и вытер ладонью место поцелуя. Его поведение по отношению к ней, вообще, выглядит очень странно. Он не похож на счастливого влюблённого мужчину, который предложил своей девушке жить вместе. Но это не моё дело. Не спеша вышла из машины, достала чемодан, и последовала за Таней.
— Таня⁈ — изумлённо воскликнула тётя Наташа, накрывающая на стол во дворе дома, когда увидела девушку. — Не ожидала, что ты придёшь! — женщина расплылась в искренней улыбке, протягивая руки для объятий.
— Да, сюрприииз, — довольно протянула девушка, обнимая женщину. — Мы с вашим сыном перешли на новый уровень, теперь живём вместе, — хвасталась Таня, а мне хотелось задушить её голыми руками.
— Да ты что⁈ — восторженно вскликнула мама Никиты. — Господи, ну неужели! — схватилась за сердце, чуть не плача. — Ой, Василисочка, здравствуй, — переключила на меня своё внимание, когда я уже подошла вплотную к ним. — Ты всё краше и краше, моя хорошая, — поцеловала меня в щёку, крепко обнимая.
— Спасибо, тётя Наташа, вы тоже прекрасно выглядите, — ответила на её нежности, стараясь не подавать виду, как мне хреново.
— А где Никитушка? — опомнилась она, озираясь по сторонам.
А действительно, где?
— Тут Никитушка, — выкрикнул он, с хмурым видом заходя в калитку.
— Сыночек, с днём рождения тебя, мой дорогой, — кинулась к нему женщина, целуя драгоценного сына.
В этот момент из дома вышел её муж. Все мы обменялись приветствиями, любезностями, Никита выслушивал поздравления, натянуто улыбаясь, и мы, наконец, сели за стол.
— Дорогой, почему ты не говорил мне, что вы с Танюшей помирились? — наивно поинтересовалась его мама, отпивая из бокала вино.
— Так получилось, — рассеянно ответил он, бросив на меня взгляд, суть которого я не смогла понять.
— Ну ладно, дело молодое, — понимающе ответила она, счастливо улыбаясь.
Следующий час мы слушали рассказы тёти Наташи о Никитином детстве, о том, каким смышлёным мальчиком он рос, о том, какой он молодец, и что всего в жизни он добился сам, своим трудом. Было видно, что мать им гордится. Да и любая бы гордилась, ещё бы, такой молодой, красивый, успешный сын и, на самом деле, он заслужил всё то, что имеет. Ко всему прочему, он замечательный друг, просто, отличный человек, и потрясающий мужчина, но последний пункт останется только моим секретом. Навсегда.
Я изо всех сил старалась держать на лице улыбку и принимать участие в разговоре, это давалось мне не без труда, учитывая то, что я постоянно ловила на себе мимолётные взгляды брата. Одно поздравление сменялось другим, вот и Таня торжественно вручила Нику свой подготовленный подарок, рассыпаясь в признаниях о любви и тараторя о том, как она счастлива, что они снова воссоединились. Никита сдержанно улыбнулся и сухо чмокнул в губы свою избранницу, от чего меня взял озноб и бокал в руке предательски задрожал.