Гарри Поттер и новая семья. Третий курс (СИ)

— А чем вы будете заниматься теперь? — спросил Гарри. — Вы уже нашли новую работу?
— Боишься, что оставшись без дела, я снова скачусь к наркотикам? — Люпин усмехнулся. — Не волнуйся, больше этого не произойдет. Да и новую работу я уже нашел. Меня пригласили в Америку, там в районе Сиэтла живет большая община оборотней, у которой в последнее время начались какие-то проблемы с вампирами. Думаю, скучать мне не придется.
  
2 июля 1994 года
«Гарри Олсену,
Дом Олсенов, Литтл Уингинг,
Суррей, Англия
Дорогой Гарри! Я благополучно добрался до надежного места, о котором мы говорили. Тут замечательно, только маглов слишком много, так что я отправил Клювокрыла в горы неподалеку. Он очень умный, прекрасно меня понимает и придет, если я его позову.
В прошлый раз я не успел тебе сказать, что та «Молния» — на самом деле мой подарок. Я купил ее заранее и держал в своем убежище, чтобы послать на твой день рождения. Думаю, если снять с нее заклинания, наложенные Петтигрю, на ней вполне будет можно летать...»
Выбравшееся из-за гор солнце ударило по глазам, Сириус отложил ручку, встал с кровати и распахнул окно. Океана отсюда видно не было, но его близость явственно ощущалась и в аромате воздуха, и в отдаленном шуме прибоя... И в песке, который всего за один день уже успел заполнить, как казалось, весь гостиничный номер целиком.
— Bom dia inglês.[35]
Не оборачиваясь, Сириус сделал два шага назад и опустился на смятые простыни.
— Bom dia bonita.[36]
Его рука ощутила под пальцами шелковистую кожу и заскользила вдоль изгиба талии сперва вверх к груди и затем обратно к животу, сдвигая в сторону одеяло, под которым скрывалось тело цвета кофе с молоком. Девушка удовлетворенно вздохнула, сладко потянулась, протянула руки к Сириусу и запустила пальцы в густую шевелюру, притягивая его голову к своим бедрам.
— Bem aqui... Sim...[37]
Сириусу не надо было знать португальский, чтобы понять, что от него хотят. Когда он говорил крестнику, что умеет мастерски обращаться не только с животными, он совсем не преувеличивал. И женское тело, выгибающееся сейчас от удовольствия в его объятиях, говорило ему, что за все эти годы он свои способности растерять не успел.
[35] Доброе утро, англичанин (порт.)
[36] Доброе утро, красотка (порт.)
[37] Вот здесь... Да... (порт.)
Если бы кто-то сказал Гарри, что Гермиону нужно будет уговаривать, чтобы она прочла какую-то книгу, он бы, скорее всего, просто пожал плечами: такого не может быть, потому что не может быть никогда. Если бы ему сказали, что уговаривать Гермиону будут одновременно Элин и Драко, Гарри решил бы, что перед ним сумасшедший.
И тем не менее, именно такую картину он лично наблюдал с того самого момента, как Хогвартс-экспресс отошел от платформы и в их купе заявился Драко Малфой, невесть с какой стати вздумавший обменяться с Элин впечатлениями о прочитанной за год литературе.
— «Магия и революция»? — Гермиона с удивлением посмотрела на книгу, которую Элин вытащила из сумки. — Кто автор? Какой-то Нинель... Странно, никогда о таком не слышала.
— А ты прочти его имя наоборот, — посоветовала Элин.
— О... О!.. — до Гермионы наконец дошло. — Он что, тоже был магом?
— Разумеется, нет. Это псевдоним, — ответил Драко. — Настоящий автор неизвестен, но есть большие подозрения, что это некто по имени Том.
— И ты это читала? — Гермиона отбросила от себя книгу, как будто в ее руках оказалась ядовитая змея.
— А что такого? — удивилась Элин. — Я и «Майн Кампф» прочла, когда всерьез заинтересовалась историей Второй мировой, но я же не стала после этого нацисткой, скорее наоборот. И тебе советую. Врага надо знать в лицо.
— Я не буду это читать! — решительно заявила Гермиона.
— Ну и глупо, — пожал плечами Драко. — Как ты сможешь опровергать доводы противников, если не знаешь, на чем они основаны?
— Их бредовость очевидна любому разумному человеку! Что гитлеровская расовая чистота, что эта ваша чистота крови — пропаганда, рассчитанная на самые низменные инстинкты человека...
Драко многозначительно посмотрел на Элин.
— Я же тебе говорил, — сказал он. — Никто из вас... ну, за редкими исключениями... никто даже не пытался понять. Едва вы прибываете в Хогвартс, вам сразу говорят, что Темный Лорд — это как Гитлер, только хуже, вы навешиваете на него понятный ярлык и не пытаетесь разобраться...
— Увы, преподавание истории в нашей школе оставляет желать лучшего... — Элин вздохнула и повернулась к Гермионе. — Понимаешь, в этой книге нет ни слова про какое-то особое превосходство чистокровных. Ну, то есть да, там есть обычные разглагольствования про воспитание, обучение магии с детства и так далее, это все понятно и отчасти даже правда... Хотя автор и оперирует устаревшими данными, например, говорит, что большинство маглорожденных поступает в Хогвартс неграмотными.
— Это, кстати, аргумент против авторства Темного Лорда, — вставил Драко. — Он ведь вырос в магловском приюте и знал, что маглы с детства учат детей читать и писать. Даже я это знаю.
— Не важно, — отмахнулась Элин. — Гораздо важнее то, что про «чистоту крови» говорится лишь мельком, а основное внимание уделено тому, как вели себя маглорожденные и полукровки во время великих революций. И вот там никакого вранья нет, или, по крайней мере, я его не нашла. То есть, автор, конечно, предвзят, но все факты, которые он сообщает, легко проверяются и соответствуют другим источникам.
— Ну и что это за факты? — скептически спросила Гермиона.
— Если начнется война между волшебниками и маглами, ты на чью сторону встанешь? — спросил ее Драко.
— Смотря из-за чего будет война, — Гермиона пожала плечами. — Если волшебники начнут убивать маглов, как это делал твой самозваный лорд, то на стороне маглов. А если какой-нибудь магловский диктатор захочет посадить нас всех в клетки для опытов... ну тогда, наверное, на стороне волшебников. Но в Британии такое невозможно, у нас есть демократия и Билль о правах...
Драко с Элин переглянулись и расхохотались.
— Такое уже случалось, — отсмеявшись, ответил Драко. — Во Франции во время революции, потом в России и совсем недавно — в Китае. И все три попытки начинались одинаково — магловские власти переманивали на свою сторону маглорожденных и полукровок и с их помощью пытались подчинить себе волшебников. И когда Лорд решил, что хочет править миром... а он, конечно, хотел заполучить весь мир целиком, а не только магическую его часть... Так вот, он быстро понял, что те, кто как-то связан с маглами, представляют для его планов смертельную угрозу. Маглы сами по себе слабы, но их много, и если на их сторону перейдет достаточное количество волшебников... Именно поэтому он хотел истребить всех маглорожденных и сочувствующих, а не просто подчинить их или изгнать из магического мира. И если бы он пришел к власти, он бы первым делом закрыл границы, чтобы маглорожденные не разбежались, а потом начал бы их методично уничтожать.
— Это ты сам понял, или старшие рассказали? — спросила Элин.
— И то, и другое, — ответил Драко. — Я говорил с теми, кто знал Лорда еще с сороковых годов. По их словам, в юности тот очень любил поболтать на философские темы, часто спорил с друзьями... пока у него еще были друзья, а не только слуги. Потом-то он никаких возражений уже не терпел, но кое-кто еще помнит, каким он был до того, как стал... хм... злоупотреблять некоторыми спорными практиками.
— Ты имеешь в виду, до того, как он начал убивать всех, кто с ним не согласен?
  
— Нет, я имею в виду черную магию... По-настоящему черную, и если я ее так называю, то это кое о чем говорит. А убийства начались потом, в семидесятые...
— Извини, что перебиваю, — сказал Гарри, — но лично мне плевать, о чем он там думал и что планировал. Мне достаточно, что он убил моих родителей и хотел убить меня... И, между прочим, легко убьет и тебя, Эль, и Гермиону. По-моему, ты за своими умными разговорами начала про это забывать.