Гарри Поттер и новая семья. Третий курс (СИ)

— ...потому что до экзаменов осталось всего десять месяцев, и вообще, нельзя быть такими легкомысленными, — ехидно закончила Элин.
— О, кстати, ты же вроде историю любишь? — Рон понизил голос. — Я написал эссе для Бинса, но мне не хватает пары дюймов...
Проигнорировав возмущенный взгляд Гермионы, Элин достала из сумки одну из заранее припасенных распечаток и протянула ее Рону.
  
— Я списывать не буду, я просто так, почитать... — Рон покосился на спящего преподавателя, но тот и не собирался пресекать вопиющее нарушение школьных правил.
— А давно Короста жила в твоей семье? — вернулся к интересующей его теме Гарри.
— Двенадцать лет, — ответил Рон. — Перси получил ее от дяди Билиуса на Рождество, когда ему шесть лет было... В смысле, Перси, а не дяде, дядя-то старый уже был, пока не помер. Он постоянно с друзьями в «Кабаньей голове» веселился, а потом ничего не помнил. Вот однажды утром проснулся и нашел в кармане Коросту. То ли он ее в карты выиграл, то ли она сама к нему пришла...
— Интересное место, эта «Кабанья голова», — задумчиво произнесла Элин. — И чего там только люди не находят... То драконьи яйца, то крыс-долгожительниц...
— Хогсмид вообще очень интересное место! — заявила Гермиона. — Жду не дождусь того момента, когда нам разрешат в него пойти. Вы знали, что в местной гостинице в 1612 году был штаб восставших гоблинов? С тех пор в пятом номере никогда не селят постояльцев, якобы для того, чтобы духу Элфрика Нетерпеливого было, где остановиться, если он вздумает посетить деревню. В местной ратуше подписывали билль о правах волшебников, а Визжащая хижина считается самым опасным домом с привидениями во всей Британии...
— Но готова спорить на что угодно, что про ее настоящую историю нигде не написано, — усмехнулась Элин.
Спокойно спавший Люпин вдруг шумно всхрапнул и завозился в своем углу.
— Что за история? — удивилась Гермиона. — В «Достопримечательностях магической Британии» рассказано обо всех старых домах в деревне, но там не говорится про то, что было раньше на месте Визжащей хижины.
— Конечно, не говорится, — Элин усмехнулась. — Не будут же авторы рассказывать детям, что каких-то сто лет назад рядом с их школой располагался самый известный в Британии публичный дом.
История визжащей хижины
— Фу! — поморщилась Гермиона. — Опять ты со своими шуточками!
— Никаких шуток, все серьезно! — возмутилась Элин. — Неужели ты думаешь, что рядом с местом, в котором десять месяцев в году жило несколько сот половозрелых парней, не возникло бы подобное заведение? Нравы-то были совсем другие, в средние века возраст никого не смущал, если у тебя деньги есть. Конечно, официально это все горячо осуждалось, но дорожка из Хогсмида к дому была протоптана, а один из директоров Хогвартса, по легенде, для удобства даже проложил в хижину подземный ход.
Профессор Люпин снова всхрапнул.
— В 1798 году произошло последнее гоблинское восстание, — продолжала Элин. — Волшебники собрали ополчение, но тогдашний министр Анктуоус Осберт был настолько бездарен, что гоблины целый месяц беспрепятственно осаждали Хогвартс. И каждую ночь в течение этого месяца их вождь Оглаф Озабоченный со своим штабом проводил в доме, который с тех пор и получил название «кричащего», «визжащего» и «стонущего», а за гоблинами еще долго сохранялась слава самых страстных любовников среди всех волшебных рас. И, видимо, репутация была заслуженной, потому что после окончания осады большинство девушек покинули деревню и ушли жить к гоблинам. Правда, скорее всего, настоящей причиной было то, что после связи с гоблинами их бы попросту затравили... Даже несмотря на то, что, как выяснилось позднее, девушки внимательно слушали все, что болтали их клиенты, и передавали сведения в Хогвартс, благодаря чему удалось отразить два штурма.
— И гоблины им за это не отомстили? — удивился Гарри.
— Нет, у них странные представления о чести, — ответила Элин. — Они посчитали, что такое поведение достойно всяческого уважения, ведь девушки таким образом защищали своих. Так что в гоблинской общине бывшие проститутки пользовались немалым уважением. И, кстати, именно благодаря им в знаменитом договоре 1805 года было специально оговорено, что потомки от смешанных браков между людьми и гоблинами могут учиться в Хогвартсе и пользоваться палочками.
Ну а «Кричащий дом» еще сто лет работал по назначению, пока нравы в обществе не поменялись и проституцию не объявили вне закона. После закрытия борделя дом стал никому не нужен — его ведь специально построили на отшибе, чтобы он не смущал честных обывателей. Он стоял пустым, постепенно ветшал и разрушался... То, что сейчас зовется «Визжащей хижиной», — это последний уцелевший флигель, все остальное уже превратилось в развалины. Постепенно у живущих в Хогсмиде детей появилось что-то вроде обряда инициации — чтобы доказать сверстникам свою храбрость, надо было провести там целую ночь от заката до рассвета. Ну и, конечно, рассказать после этого страшную историю о населяющих дом чудовищах и привидениях, чем страшнее — тем круче. Понятно, что все эти истории были выдуманными, но...
— Если бы ты читала учебники, а не всякую ерунду, — перебила ее Гермиона, — ты бы знала, что места с остаточной магией как магнит притягивают волшебных вредителей. Там почти наверняка завелись боггарты, докси, красные колпаки...
— И самые ужасные из всех... — таинственным шепотом добавил Гарри, — ...корнуольские пикси!
Последовавший за этим заявлением взрыв хохота наконец-то разбудил профессора.
— Ну здравствуй, Гарри. Давно хотел тебя увидеть.
Видимо, у профессора Люпина действительно были серьезные проблемы со здоровьем. Судя по тому, что он учился вместе с Джеймсом и Лили Поттерами, ему едва должно было минуть тридцать, но волосы уже были тронуты сединой, вокруг глаз собрались морщины, а лицо имело какой-то нездоровый оттенок и было словно помято. Он протянул Гарри руку, и тот заметил, что она едва заметно дрожит. Впрочем, само рукопожатие было твердым.
— Вероятно, это твоя сводная сестра? — спросил Люпин. — Рад знакомству. А ты, конечно же, Рональд Уизли. Я тебя сразу узнал, у всей вашей семьи одинаковая форма ушей.
Рон не сразу заметил, что уголки губ профессора едва приподняты в легкой улыбке.
— А ты... — Люпин повернулся к Гермионе.
— Гермиона Грейнджер, сэр, — ответила та. — Ученица третьего курса.
— Так это о вашем расписании меня предупредил директор, — кивнул профессор. — Что ж, надеюсь, мы еще познакомимся поближе, но сейчас мне пора идти. Директор Дамблдор попросил меня на всякий случай сопровождать поезд. Думаю, мне стоит пройтись по вагонам. До свидания, Гарри.
— Что у тебя с расписанием? — спросила Элин, едва за профессором закрылась дверь.
— Ну, я же записалась на все предметы, — пожала плечами Гермиона. — Наверное, мне придется ходить на некоторые занятия с другими факультетами, чтобы везде успевать.
— Ха, ты прямо как Перси, — заметил Рон. — Он тоже хотел изучать все подряд. Только это невозможно, уроки идут в одно и то же время, а ты же не можешь находиться в двух местах одновременно.
Гермиона только хмыкнула и уткнулась в книгу. Она не собиралась отказываться от учебы из-за такой ерунды, как законы физики.
Вскоре после того, как поезд выехал из Лондона, Рон покинул купе и отправился разыскивать знакомых, которые еще не слышали о его героической битве с Блэком. Элин готова была поспорить на все свои карманные деньги, что к концу поездки количество выпущенных заклинаний перевалит за дюжину, а сам Блэк в ответ начнет кидаться непростительными заклятиями, которые Рон будет с легкостью отбивать подушкой.
  
Только после его ухода ребята смогли, наконец, рассказать Гермионе обо всем случившемся летом.
— Это все очень странно, — хмурилась та. — Если бы Блэк попытался пробраться к Уизли до встречи с вами, все было бы понятно, он просто охотится на Петтигрю. Но нападение было вчера! Почему он не уехал из страны?