Одри, герцогиня Йорк
– Это называется akkumulirovat', – произнесла по-русски, народ, сидевший в классе, хором повторил, – аккумуляторы собирают энергию сами, благодаря сложной пятислойной печати. Сей артефакт накапливает энергию магического эфира и передаёт её дальше, заряжая созданное нами устройство. Например, в магосветильники. Но, – я заговорщически прищурилась, на моих губах непроизвольно заиграла хитрая улыбка, – мы не будем их продавать, или вставлять в наши лампы. Ха! Обойдёмся. Из-за хрустального многогранника магические светильники станут непомерно дорогими, потому… пусть покупают в наших лавках батарейки, нашему герцогству нужна каждая медяшка, – мои эгрографы понимающе заулыбались.
Ответив на вопросы своих учеников, завершила урок словами:
– До завтра, ребята.
Народ зашумел, отодвигая стулья от парт, шурша листами, исписанные схемами.
Ученики, дружно поклонившись, покинули аудиторию. Остался старик Жозер.
– Леди Одри, – обратился он ко мне, – я отошёл от дел в лекарской мастерской, занят нанесением знаков на артефакты и хрустальные многоранники, и совсем перестал следить за исследованиями, которые вы затеяли. А в общежитии никто и никогда не обсуждает дела своих цехов. Есть ли подвижки?
Я провела ладонью по лицу и устало улыбнулась.
– Да. Мы это сделали, мастер Жозер! Вакцины от оспы, туляремии и чумы готовы. Попадая в кровь живого, формируется устойчивый иммунитет на пять лет. Потом необходима ревакцинация. Пока создавали лекарство, я страшно злилась, потому что медленно, потому что сложно. И занимало прорву времени у меня лично, а вы ведь знаете, мне бы хотелось делать только артефакты… – я развела руками: я не испытывала особой любви к пробиркам. – В общем, нам срочно необходимо создать микроскопы. А это линзы. Вы ведь знаете, я вижу вещи иначе, чем все другие, чтобы помочь узреть и лекарям, буду мастерить микроскоп.
– Да, знаю. И никогда бы не подумал, что вы это умеете.
– Что именно? – растерялась я.
– Злиться. Я даже ни разу не слышал, чтобы вы кричали на кого бы то ни было, хотя поводов было немерено, – подзудил меня собеседник.
Его слова рассмешили.
– Ещё как могу и практикую, только в душе, стараюсь внешне не показывать злость и недовольство, и не люблю почём зря сотрясать воздух, – покачала головой. А затем добавила, став серьёзной: – Наши вакцины не позволят умереть ни одному заражённому, вот только… – я досадливо поморщилась, – почему-то через сутки магический эфир рассеивается в склянках, где содержится антиген, и средство становится бесполезным.
– Получается, если человек заболел, то лекарство нужно готовить вот прямо сейчас?
Я закрыла глаза и подавила на них подушечками пальцев; я мало спала в последнее время, ломая голову над многими вещами, и теперь было такое ощущение, будто у меня под веками насыпали песок, который причинял неимоверные страдания:
– Консерванты, стабилизаторы, всё это необходимо, но, увы, я в растерянности, как их создать? В общем, сегодня приготовят первую партию свежей вакцины, а завтра с утра мы начнём прививать горожан, у кого нет магоисточника. Человек сто вакцинируем. Затем вторая партия и так далее.
Я попрощалась со стариком Жозером и задумчиво посмотрела в окно на стены замка, оглядела учебный класс. Один из флигелей освободили от хлама, отмыли, поставили свежие парты и стулья. И теперь здесь занимались мои эгрографы. Уроки были закрытые, и присутствовать посторонним строго воспрещалось.
Скоро закончится второй весенний месяц, Ульрих так и не прибыл, я вспомнила о нём вчера. И удивилась: королю ведь так необходим мой браслет, так где же он? Но, если честно, обрадовалась, что мужчина потерялся, и без него хлопот выше крыши. Не знаю, за что браться и как всё успеть. И только правителя соседней страны, что-то вынюхивающего, мне не хватало для полного счастья.
Вернувшись за стол, вынула чертежи.
"Проект железной дороги" – по-русски было написано на первом листе. И схемы энергетические, вместо привычных рельс я хотела что-то иное, куда более футуристичное, раз уж мир полон магии.
– Мечтать не вредно, вредно не мечтать, – пропела я, повертела исписанный и исчерченный пергамент в руках и положила обратно, закрыла кожаную папку и активировала специальный защитный код. Никто, кроме меня, не сможет увидеть эти документы. И понять.
Закрыв флигель, кивнула гвардейцу и поспешила в замок. Подошло время ужина, желудок выводил немелодичные рулады, заставляя меня прибавить шагу: война войной, а обед по расписанию! Пища – это энергия, без неё я совсем расклеюсь.
В главной зале всё та же компания дорогих мне людей, ждала только меня.
Мы чинно расселись и слуги стали выносить подносы, полные снеди.
– Как дела? – спросила я, как только утолила первый голод.
– Пшеница хорошо всходит, земля-то в Заворожённом лесу добрая, жирная, магическая, – прогудел довольный сэр Ховард. – Ух! Голод в этом году нам будет не страшен! Излишки продадим в соседнее графство, – улыбался он, мечтательно глядя перед собой.
– Набрали из пришлых ещё бойцов для обучения, – ответил сэр Имарк, – как вы, леди Одри, говорите, первоклассные воины из неистинных выйдут. Простые с ними не сравнятся, разве что только опытом возьмут, но, сами понимаете, опыт – дело наживное. Магики как силу свою в меч вольют, так и всё – другие железяки пополам перерубают. А ещё этот колдунский щит снести может только такой же воин-колдун.
Лиам сидел и тихо улыбался, довольный донельзя, а ещё гордый, вон как грудная клетка чуток округлилась, плечи расправились, потому как хвалили его ребят, его науку, давшую столь превосходные результаты.
А ведь Кенсингтон ещё не знал, над чем я работаю ночами. Над артефактами усиления, защиты и нападения. И сокрытия. Я не собираюсь довольствоваться малым, я хочу больше, сильнее, мощнее. Я хочу быть готовой ко всему.
– Стреляют из лука так, что прошивают мишень насквозь, – продолжал старый рыцарь, но договорить не успел: дверь распахнулась, и внутрь влетел Бон, его всклокоченный вид заставил меня внутренне напрячься и медленно встать из-за стола.
И прежде чем юноша открыл рот, я уже знала, случилось что-то нехорошее.
– Леди Одри! Ледюшка! Беда! – воскликнул он, притормозив неподалёку от меня, глаза его были выпучены, в них плескался ничем не прикрытый страх, граничащий с паническим ужасом. – В д-дальних деревнях, что г-граничат с землями графа Фердинанда, заболели люди… Там бушует чёрный мор…
Глава 13
Сердце пропустило удар. В зале воцарилась оглушающая тишина.
Первым вскочил Ховард, за ним леди Бакрей. Они что-то воскликнули, но я не услышала из-за шума в ушах. А в голове судорожно билась одна мысль: не успели.
Мы не успели привить ни горожан, ни селян. Ни-ко-го.
– Стоп! – тихо сказала я, но была услышана, пять пар глаз вопросительно на меня уставились. – Бон, ты как очутился на границе?
– Дык мастер Даррен наказал отвезти туда следующую партию магосветильников. Я прибыл, но улицы оказались пусты, перед многими домами вбиты колья с привязанными к ним тряпками, а это верный признак болезни. Староста через закрытые двери прокричал, чтобы я вас предупредил.
Я отрывисто кивнула, шагнула к парню со словами:
– Не дёргайся, – положила руку ему на плечо и, прикрыв глаза, замерла. Сканирование Бона не заняло много времени, – ты здоров.
Несмотря на то что все, кто обладает даром, не умирают от страшных болезней, но могут являться прекрасными переносчиками, потому следовало подстраховаться.
– Сэр Имарк, отправьте воинов-магов к воротам Друидора, пусть заступают в караул вместо простых стражников. Сэр Ховард, мчитесь в общежитие, поднимайте всех неистинных. Совершенно всех! Затем поезжайте вместе с ними за город, в сторону лекарской лаборатории. Я скоро туда приду. Лорд Лиам, – посмотрела на хмурого мага, – вы со мной?
Тот лишь молча кивнул.
– Ждите меня здесь. Один час. Мне нужно кое-что доделать, – договаривала на ходу, мчась в сторону лестницы на второй этаж.