Женаты по договору (СИ)

— Это замечательно, что вы решили задержаться! — говорит Дэрил фразу, которую Аттавио за сегодняшний вечер слышал уже не раз. — Мы успеем подготовить все документы и даже останется время поучаствовать в ярмарке!
— Ярмарке? — вежливо переспрашивает Аттавио.
— В субботу. А вы не знали? Фэрдер — городок небольшой, и развлечения здесь любят. Театр — это, конечно, хорошо, но порой слишком занудно. Мы люди простые и потому любим веселье и праздники. Будут накрыты столы, женщины участвуют в конкурсе на лучший домашний пирог и самую красивую шляпку и бог знает, что еще, а мужчины соревнуются во всяких видах спорта. Разумеется, в тех, которые позволяет погода. А вот летом у нас даже сплавы по реке организуют — вам бы летом приехать, если, конечно, положение графини позволит!
— Какое положение? — прищурившись, спрашивает Аттавио.
— Знамо какое, — простодушно откликается банкир, — То, какой ладный и прелестный…. кхмм… брак у вас, мессир граф, не заметит только слепой. Уверен, совсем скоро жена порадует вас замечательной новостью!
Граф поворачивает голову и жестко и проницательно вглядывается в щекастого мужчину. Дэрил очень красноречиво выделил слова «положение» и «жена», и это просто не могло пройти мимо его внимания. А тот смотрит открыто и вроде как бесхитростно, но что-то в его маленьких глазах и услужливой улыбкой подсказывает Аттавио — это человек скользкий, как уж, и не прочь поворошиться в чужом белье.
Оно и понятно. В маленьких провинциальных городках люди дышат и живут слухами и сплетнями — и даже мужчины. И Дэрил, узнав Мираэль, видимо, пришел к каким-то своим выводам и сейчас пытается выведать определенные детали.
Вот и то, чего страшилась его молодая жена. Только сам Аттавио не считает, что это такая уж большая проблема.
— Брак — это прекрасно! — тем временем продолжает мужчина, видя, что граф не торопится отвечать, — Я сам женат во второй раз, и все же нет ничего горше изо дня в день наблюдать одну и ту же домашнюю картину. Знаете, у нас есть одна замечательная дама, Фелия Онро, ох и дама, ох и сорванец! Переступила уже четвертый десяток, а скачет, как девочка! В субботу вы обязательно с ней познакомитесь и поймете, о чем я говорю!
— Будет занимательно, — кивает Аттавио, на деле не видя в участии в какой-то там ярмарке уважительного повода для очередного выхода в местный свет.
Разве что Мираэль захочет. А он, так и быть, сделает ей этот подарок.
После ужина Аттавио снова находит благовидный предлог встать подле жены в гостиной, полной разомлевших после сытной еды и обильного винного возлияния, и как бы невзначай кладет свою ладонь на тонкий изгиб затянутой в корсет и шелк спины. Пользуясь тем, что люди вокруг заняты исключительно друг другом и совершенно не обращают на стоящих в уголке комнаты супругов внимание, Мира кидает на него быстрый и неприязненный взгляд. И кривит губы. Определенно, эта игра в верных супругов ей категорически не нравится, хоть и справляется она с ней весьма успешно — не подкопаться.
— Нет, — к его удивлению, категорично качает головой графиня, когда Аттавио задает ей вопрос о ярмарке, — Ни в коем случае. Зачем?
— Подобные сборища мещанам по вкусу, — тихо, чтобы никто посторонний не услышал, говорит мужчина и поэтому наклоняется к уху девушку и буквально обдает его своим дыханием, из-за чего Мира вздрагивает и вытягивается в струнку. Аттавио видит, как на ее изогнутой шейке начинает трогательно биться жилка из-за учащенного сердцебиения, а сама девушка шумно выдыхает.
Очень заманчивая и привлекательная картинка, между прочим. А вкупе с отличным видом на высокую и полную грудь с притягательной ложбинкой в низком вырезе — просто отличная.
— Забываетесь, граф! — тихо и недовольно шепчет Мираэль, — Соблюдайте дистанцию!
— В этом нет необходимости, — парирует Аттавио самодовольно, испытывая странное удовольствие от того, что девушка выдает эмоции, пусть, и и не столь приятные. Зато какая показательная разница между этим и ее деланным спокойствием и радушием. — Ты что-то имеешь против местных увеселений?
 
— Я прожила здесь достаточно долго, чтобы побывать на них всех. И не хочу, чтобы поползла очередная порция слухов.
— Я же говорил тебе — ничего страшного в этом нет. Мы уедем, оставив их за спиной.
— Но осадочек-то останется!
— Ты слишком близко принимаешь это недоразумение к сердцу. Уму непостижимо — как ты вообще жила в столице?
— Не по своей воле, мессир граф, сами знаете!
— Тшш… — самодовольно шипит Аттавио, красноречиво сжимая пальцы на талии жены и почти прижимаясь губами к ее виску, — Как легко ты вспыхиваешь! Смотри, из роли не выйди ненароком!
«Да он же откровенно меня провоцирует!» — возмущенно думает Мираэль.
Вот только непонятно — зачем? Еще и не отходит почти весь вечер. Что, боится, что она учудит что-то и поэтому контролирует? Так не дождется — пока он не стал прижиматься к ней, она весьма успешно поддерживала образ радушной и гостеприимной хозяйки. И даже сумела пустить достаточно пыли в глаза, чтобы никто из гостей в открытую не задался вопросом: а что это молодая учительница делает в доме заезжего графа, да еще и дорогие шмотки на себя напялила?
— Не беспокойтесь, дорогой супруг! — специально улыбнувшись широко и кокетливо, проговорила Мираэль нежно, — Я доиграю этот спектакль до конца и не брошу ни малейшей тени на вашу честь и репутацию. От вас же жду ответной услуги. Мне не нужна обещанная вами неделя. Чем быстрее мы вернемся в Игдар, тем лучше.
— А вот это уже интересно! К чему такое рвение? — усмехнувшись, спрашивает Аттавио, — Я-то думал, что ты привязалась к этому городишку и уже был готов силком везти тебя домой…
— Так мы договорились? — строго проговаривает Мира, проигнорировав замечание супруга и даже слегка хмуря брови.
Снова обведя супругу заинтересованным взглядом, Аттавио неспеша кивает. Решение девушки вполне отвечает его собственным планам, и ему стоит только порадоваться ему.
Вот только был один момент, который сегодня категорически не дает ему покоя. И Аттавио, сделав шаг в сторону, чтобы тем самым отгородиться от любого, даже случайного любопытного взгляда, встает перед Мирой с весьма двусмысленной улыбкой.
— Хорошо. Мы не пойдем на эту проклятую ярмарку. Но при одном условии.
Мираэль красиво наклоняет головку, с недоумением глянув на мужчину снизу вверх.
— Чего вы хотите, граф? — с подозрением спрашивает она.
— Всего ничего. Самую малость. Поцелуй меня, Мираэль.
На это возмутительное предложение глаза девушки возмущенно сверкают, и она снова поджимает губы — недовольно и пренебрежительно. И холодно произносит:
— Ну и шуточки у вас, мессир!
— Нет? Ну и ладно! — легко отступает Аттавио, принимая беспечный вид и распрямляя плечи. — Почему бы и не задержаться и не посмотреть, чем там развлекают себя провинциалы!
Конечно, он снова спровоцировал ее. И ожидал, что это поможет и подтолкнет Миру к этой задуманной мужчиной шалости.
Ну да, как-то по-детски, он даже готов согласиться.
Но слишком уж притягательна сегодня Мираэль Тордуар. И, понаблюдав за ней этим вечером, Аттавио даже не прочь сократить разделяющее их с супругой расстояние и добавить их договорным отношения немного… близости.
Слишком неожиданно?
Но у него всегда так.
Если уж появляется в его поле зрения женщина, привлекающая внимание, то он не прочь показать свою заинтересованность. И обычно он не приступал к активным действиям, если не видел ответного порыва. Но тут-то другая ситуация. Мираэль — его жена! Законная! Обычная тактика тут не подходит.
* * *
Казалось бы — какая мелочь! Всего лишь поцелуй!
Но напрягает совершенно другое — зачем этот поцелуй Аттавио?! Очередная шутка, не более! Но этот мужчина не из тех, кто любит шутить, особенно таким образом. Неужели новый образ жизни в светском обществе, среди аристократии, так сильно изменило его?