Настроение – Песец (СИ)

Я решил, что пока они разбираются между собой, успею вскрыть с десяток сокровищниц, поэтому переключился на цель своего визита. Замок там действительно оказался мудреный, и я уже предвкушал прокачку столь нужного мне навыка, как спохватился, что не проверил на изнаночный металл. Просто так лезть в защищенное место смысла не было: я же не грабить Прохоровых пришел, а изымать нужный мне материал.
  
Вот только поиск показал, что изнаночный металл находится вовсе не в сокровищнице, а ориентировочно в том самом месте, где Юлианна ругалась с братом.
— Вы мне должны! Вы мне всю жизнь испортили, — всхлипывала она.
— Ну, прости. Реальность изменилась, поэтому все твои желания больше выполняться не будут. Так что давай сюда игрушку, я положу ее на место.
— Не отдам. Я с ним чувствую себя уверенней.
— Только не говори, что ты собралась показывать кинжал посторонним.
— Это мое дело. Я имею на него такие же права, как и ты, — уперлась Юлианна. — Жора, я имею право на небольшую компенсацию.
— Не имеешь ты право использовать родовую вещь! — рявкнул Георгий. — Это — наследство Прохоровых. И вообще, вернется отец, поставлю вопрос ребром с твоим доступом в сокровищницу. Прошлый раз ты продала артефакт. Дорогой семейный артефакт.
— Мне не хватило, — капризно ответила Юлианна. — Жора, ты не понимаешь, у красивых девушек много нужд, о которых ты понятия не имеешь, но которые от этого не перестают быть нуждами.
— Моя жена удовлетворяется куда меньшим.
— Разумеется, она и должна быть совершенно неприхотливой, если удовлетворилась тобой. Ты не так давно вообще ничего из себя не представлял. Это сейчас внезапно все переменилось, и теперь в заднице я, а не ты. Но меня это не устраивает. И я найду способ повысить свое благосостояние.
— Юлианна, аппетиты умерь. Ты вообще представляешь, что с тобой сделает отец, если тебе удастся продать клинок из изнаночного металла?
— Да что он сделает? — удивилась Юлианна. — Поорет немного и простит. В конце концов, почему у вас должен быть такой кинжал, а у меня нет столь нужной мне шубы?
Это замечание казалось столь глубокомысленным, что появлялось подозрение: покупатель у Юлианны уже есть.
— Юлианна, верни мне кинжал. Это показатель княжеского статуса. Это не игрушка.
— Жора, я не тупая, понимаю, что не игрушка. Игрушки столько не стоят. Но мне нужна шуба.
— Юлианна, на меня твои штучки не действуют, прекращай, тебе не удастся меня ни в чем убедить. А вот я попытаюсь тебе объяснить, что воровать у своих нехорошо.
— Жора, я не ворую, — зло ответила княжна. — Я беру то, что мне принадлежит по праву. Всё прохоровское принадлежит всем нам, а не только тебе.
Стояли они довольно далеко от двери, и я рискнул переместиться внутрь комнаты. Это оказалась довольно богато обставленная личная гостиная, из которой выходило еще две двери. Одна была приоткрыта, и можно было понять, что за ней находится спальня. Брат с сестрой же ругались именно в гостиной, обжигая друг друга не только словами, но и ненавидящими взглядами. Лица у них были сейчас настолько перекошены, что Прохоровы напоминали сейчас скорее изнаночных тварей, чем людей.
— По какому праву? Это княжеское наследие. Если кто и имеет право, то только я. Но мне бы и в голову не пришла дурь продавать такой кинжал.
— Ты просто не представляешь, сколько за него предложили.
Судя по данным заклинания, кинжал находился где-то в спальне, вход в которую был сбоку от Прохоровых.
— И знать не хочу. Немедленно отдай его мне, а потом скажешь, кто это такой умный предложил тебе продать бесценную вещь.
Георгий даже руку протянул, но Юлианна не нашла ничего лучшего, чем в нее плюнуть и завизжать:
— Вы всегда надо мной издевались! Сколько можно? Вы меня всего лишили: и будущего, и денег. Неужели не могли нормально с Шелагиными договориться? Меня кто угодно из них устроил бы. Даже старик. В конце концов, он недавно овдовел, неужели не могли его убедить в том, что ему нужна жена?
Бедный Павел Тимофеевич. Одна акула подохла, так уже другая присматривается, куда бы вцепиться. И ладно бы просто вцепиться — нет, она собирается рвать столько, сколько сможет. Да по сравнению с Прохоровой покойная княгиня Шелагина — образец экономности. Последней и в голову не пришло бы воровать из сокровищницы артефакты, чтобы купить себе очередную шмотку. Хотя такие вещи не афишируются, и я просто могу не знать.
— Правда за старика пошла бы? — опешил Георгий.
— Жор, а что мне делать? — капризно протянула Юлианна. — Вы меня приучили к определенному уровню, княжескому. Я уже ощущала то княжество своим и вдруг такой облом: и без мужа осталась, и от денег отрезали. Мне нужен муж моего уровня, а если он будет чуть постарше — ничего страшного. Реже буду видеть в своей постели.
От души понадеялся, что меня здесь никто не засечет, потому что иначе все решат, что я забрался в спальню к Юлианне с определенными целями. Или притворятся, что так подумают, — но результат будет один: Прохорову мне попытаются всучить под угрозой грандиозного скандала. В этом случае помолвка с Беспаловой не сработает. Так что хватит слушать чужую болтовню, нужно быстро забирать то, ради чего я рискую, и убираться отсюда.
Я осторожно просочился через приоткрытую дверь, удерживая в фокусе внимания Прохоровых. Но они были настолько поглощены друг другом, что я мог бы из невидимости выйти и открыть дверь пинком — и то не заметили бы. Плохо у них как с наблюдательностью, так и с защитными заклинаниями.
Кинжал лежал у Юлианны в прикроватной тумбочке. В верхнем ящике, в котором оказалась настоящая свалка из косметики, где оружие смотрелось инородно, пусть даже оно находилось в богато украшенных ножнах. Ножны мне были не нужны, поэтому я их оставил там, где они лежали с кинжалом, а вот сам кинжал отправил в пространственный карман. Прохоровский кинжал оказался куда значительней по размерам, чем Живетьевские тыкалки, рассчитанные на пойманных врасплох магов или воинов.
Из дома Прохоровых телепортироваться я не рискнул: слишком велико расстояние, на которое придется открывать портал, на меня могла среагировать охранная система или брат с сестрой почувствовали бы магическое возмущение. Так что я осторожно вышел из спальни, застав конец фразы Георгия:
— Старик Шелагин может и клюнуть, ты красивая девушка. Но для начала отдай мне кинжал, а там уж я позабочусь о твоем будущем. Поверь, в моих интересах спихнуть тебя замуж как можно скорее. Причем за обеспеченного человека.
— Мне не нужен просто обеспеченный человек. Мне нужен князь или княжич, — сразу начала торговаться Юлианна. — Я княжна Прохорова, я достойна лучшего.
— Будет тебе представитель княжеского семейства. Верни кинжал — и это станет основой нашей договоренности.
Он протянул руку, и Юлианна задумалась, смешно выпятив губы. Ждать ее решения я не стал, прошел через дверь переносом, а потом аккуратно спустился к черному ходу, который все также оказался безалаберно открыт — входи не хочу, грабь что попадется.
Портал я открыл на улице, за пределами охранных заклинаний Прохоровых, зайдя в какой-то тупичок, чтобы уж наверняка никто не засек.
«И стоило так рисковать? — проворчал Песец, когда я оказался в башне. — Ради какой-то железки».
«Не какой-то, а вполне определенной. Смотри. — Я выложил на стол два кинжала-спицы от Живетьевых, кинжал императора и кинжал Прохоровых. — Хватит этого на нужный мне клинок?»
«Ты про потери при переплавке забыл. Металл россыпью, что у тебя есть, их не перекроет. Нужно еще пару кинжалов, таких, как последний».
  
Я вздохнул. Нужно — значит, будем добывать по шелагинскому списку. Он сказал, что там враги, а врагов надо лишать оружия, статусного и обычного. Немного напрягал Юлианнин неизвестный покупатель кинжала. Если он готов платить огромные деньги за предмет из изнаночного металла, то делает это не просто так, и у него есть планы на использование. И это сильно беспокоило, как и стремление Прохоровых навязать нам Юлианну в том или ином виде.