Я переродился бесом в аду и вынужден жрать других демонов чтобы вернуться домой (СИ)

– Идем, – бросает она через плечо и направляется к двери, оставляя меня наедине с моими мыслями и этими несчастными.
Приглушенный смех Зои, похожий на змеиное шипение, вырывает меня из оцепенения. Я замечаю, как она, словно хищная кошка, прохаживается вдоль рядов пленников, тихо мурлыча что-то себе под нос.
Она скользит взглядом по моему лицу, приглашая следовать за собой. В ее глазах – странная смесь любопытства и презрения. Кажется, она оценивает меня, как товар на рынке.
  
– Смотри на них, малыш… – шепчет она, проводя пальцем по стальным кандалам одного из демонов. – Такие вкусные, правда? – Ее слова звучат кощунственно и провокационно. Она явно пытается меня спровоцировать. Или просто развлекается? В любом случае, я стараюсь не показывать своих эмоций. На лице – маска равнодушия. Как и положено сквернотнику.
Зои ведет меня к ширме, за которой виднеется какой-то уютный, но мрачный кабинет. Что там? Комната для допросов? Или просто место для отдыха после тяжелого дня, проведенного за пытками?
Она отодвигает занавес, и перед моими глазами предстает кабинет с тяжелым креслом и столом. Обстановка, конечно, специфическая, но вполне… пригодная для жизни. Если, конечно, можно назвать жизнью то, что происходит в Аду.
Кабинет освещен несколькими свечами, воткнутыми в черепа. На стенах висят какие-то странные картины, изображающие сцены насилия и разврата. На полу – толстый ковер, испачканный кровью и гноем. В углу стоит клетка с какой-то мерзкой тварью. Кажется, это местный питомец. Надеюсь, он не кусается.
Зои вальяжно опускается в кресло, закидывая ноги в туфлях-шпильках на стол. Ее красные губы играют улыбкой. Она выглядит расслабленной и уверенной в себе. Как будто она здесь хозяйка. А я – всего лишь гость. Или, скорее, жертва.
– Скверно, значит? – лениво произносит она, поднимая руку.
Она протягивает ладонь через стол. Ее ногти накрашены черным лаком и выглядят как острые когти. Кажется, что они могут проткнуть меня насквозь.
– Можешь звать меня Зои, чертенок, – добавляет она с усмешкой. В ее голосе – явная ирония. Она явно не воспринимает меня всерьез.
Я, сбитый с толку ее наглостью, осторожно пожимаю ей руку. Ее ладонь оказывается неожиданно теплой и мягкой. Но в этом прикосновении чувствуется какая-то скрытая сила. Кажется, что она может подчинить меня своей воле одним лишь прикосновением.
Но уже в следующую секунду она резко тянет меня к себе за запястье. Ее движения быстры и ловки. Я не успеваю среагировать. Мое тело летит вперед.
Зои тянет меня вплотную, её лицо оказывается в сантиметре от моего. От неё пахнет кровью, похотью и какими-то странными, дурманящими благовониями. Её алые глаза смотрят прямо в мою душу, пытаясь разгадать мои мысли и намерения. Я чувствую себя как кролик, попавший в капкан.
Она хватает меня за холку, обнажая свои острые клыки в беззвучной усмешке. Кажется, что она вот-вот укусит меня. Но вместо этого она шепчет мне на ухо:
– Посмотрим, дорогуша… на что ты годишься, – ее голос звучит соблазнительно и опасно. В ее словах – скрытая угроза. Она явно собирается проверить меня на прочность.
Она прижимает мою голову к столу так, что я слышу учащенное биение собственного сердца. Доски стола жёсткие, холодные, как сама Смерть. Давящая тишина прерывается лишь слабым стоном одного из мучеников в соседней комнате.
Внезапно за спиной слышится тихий щелчок замка. Я понимаю, что дверь кабинета закрылась. Кто-то вошел. И этот кто-то наверняка не ожидал застать эту сцену.
  
Глава 5
 
Черт. Демонесса вцепилась в меня, словно клещ в собаку, и уже собиралась попробовать на вкус, а тут – здрасьте, кто-то ещё. Похоже, мои похождения в Аду обрастают всё новыми и новыми красками. Только не хватало, чтобы меня тут же и прикончили, не дав даже толком освоиться.
– Зои, успокойся, – раздаётся низкий, утробный голос.
Голос Шеф-Шефа вибрирует в воздухе, как гулкий удар колокола, заставляя меня невольно напрячься. В этом голосе чувствуется такая мощь, что даже у меня, новоиспеченного беса, мурашки по спине побежали. Кажется, даже сама Зои немного струхнула. Вот это я понимаю, авторитет.
Зои вздрагивает, словно очнувшись от наваждения, и медленно отпускает моё запястье. Я облегченно выдыхаю, стараясь не показывать, насколько напрягся. Эта суккуб, конечно, хороша, но перспектива быть съеденным заживо как-то не вдохновляет.
Она отступает на шаг, подносит палец ко рту и облизывает его, не отрывая от меня взгляда. На кончике её языка поблескивает слюна, а в глазах плещется какая-то дикая, первобытная жажда. Мне вдруг становится не по себе. Кажется, будто она не просто демон похоти, а настоящий хищник, который только и ждёт подходящего момента, чтобы напасть. Её взгляд полон одновременно жажды и… восхищения? Неужели я ей настолько приглянулся? Хотя, о чем я думаю, я же всего лишь кусок мяса для этих адских тварей. Даже сейчас, когда она отпустила меня, я чувствую, как отпечаток её влажных губ горит на моей коже. Словно клеймо. Клеймо обреченности.
– Все равно ты вкусный, – шепчет она, и её слова звучат как обещание. Или как приговор? Я вздрагиваю, но стараюсь не отводить взгляда, хотя внутри всё сжимается от страха. В её голосе слышится хищное мурлыканье, словно у кошки, играющей с мышкой. Чувствую себя этой самой мышкой, загнанной в угол и обреченной на скорую погибель.
Шаг за шагом, из тени появляется Шеф-Шеф. Высокий, массивный, в белоснежном (относительно) фартуке, который, впрочем, щедро украшен пятнами крови и какими-то непонятными ошметками.
Его лицо совершенно безэмоциональное, словно высеченное из камня, но в каждом его движении чувствуется абсолютная власть. Тяжёлые шаги отзываются эхом по комнате, наполняя её ощущением надвигающейся опасности. От его фартука несет свежим мясом и какой-то дикой требухой. Аж затошнило слегка.
В свете тусклых ламп на его бритвах-ножах, заткнутых за пояс, поблёскивают лезвия. Капли крови, запекшиеся на краю фартука, выглядят как зловещее украшение.
Этот здоровяк одним движением может распороть меня прямо здесь, и никто даже не пикнет. Чувствую себя песчинкой перед надвигающейся лавиной. Надо что-то делать, и как можно быстрее, иначе тут и закончусь, даже не успев толком пожить в этом кошмарном месте.
Я ровняю спину, стараясь казаться увереннее, чем есть на самом деле. Прижимаюсь к спинке стула, едва дыша. Сейчас главное – не выдать свой страх. Шеф-Шеф садится напротив меня, разминая свои огромные, костлявые пальцы. Каждый хруст его суставов отдаётся у меня в голове, словно удар молота.
Он медленно проводит взглядом от моей головы к Зои и обратно, словно оценивая нас обоих как товар на рынке. Его взгляд такой пристальный, что я чувствую, как холод пронизывает мою спину насквозь. Кажется, он видит меня насквозь, читает все мои мысли.
Пытаюсь угадать, что у него на уме, но его лицо – непроницаемая маска. Внутри меня нарастает паника. Нужно срочно что-то сказать, что-то сделать, чтобы изменить ход событий. Но что?
Нож Шеф-Шефа, отведенный вправо, поблескивает в свете свечей, словно напоминая о моей уязвимости. Я не смыкаю глаз, стараясь не упустить ни единого движения этого грозного демона. Моё сердце стучит, словно молот, готовое вырваться из груди. Адреналин хлещет в кровь, заставляя все чувства обостриться до предела. Я готов ко всему.
Наконец, после мучительной паузы, Шеф-Шеф тихо произносит:
– Как зовут тебя, малец, и чем ты вообще дышишь?
  
Вопрос Шеф-Шефа застал меня врасплох. Чёрт, только сейчас я осознал, насколько нелепо звучит моё прежнее имя в этом прогнившем мире. Алексей… Слишком мягко, слишком обычно. Здесь система дала мне что-то более… злобное, что ли. Тупить нельзя, а то этот мясник действительно пустит меня на фарш.
– Скверно, – выпаливаю я, стараясь придать голосу как можно больше уверенности. – Зовут меня теперь Скверно. А дышу… Пока ничем особенным. Только жрать охота, как зверю.