Илос. Начало

Каид прекратил нападать своим светом, возвращаясь к отработке ударов. Несмотря на холодный ветер, я весь вспотел. Длинная рукоять меча скользила, пальцы ныли от постоянного напряжения.
– Каид, оставь Илоса в покое! – недовольно закричала Тея и побежала к нам, пока Каид наносил один удар стальным мечом за другим, а я едва успевал блокировать его лезвие или уворачиваться.
Чаще мы использовали деревянные мечи, но тогда был один из дней тренировок с настоящей сталью. От серьёзных ран меня спасали лишь страх, адреналин в крови и умение уклоняться. Теяла, как и мама, ненавидела, когда мы балансировали на опасной грани. Сестра боялась, что однажды один из нас не сможет вовремя остановить оружие и убьёт второго.
Теяла вклинилась между нами, закрыв меня собой, и одарила Каида недовольным взглядом серых глаз, точно таких же, как у меня.
– Отойди, мелюзга, мы ещё не закончили, – тяжело дыша, насмешливо бросил Каид. Я почти не видел пота на его рубашке, в то время как моя полностью прилипла к спине.
– Я уже не маленькая, Каид! Хватит меня так называть!
Она всегда злилась на это прозвище, а Каид специально дразнил её, дожидаясь обиженных воплей сестры.
– Я буду называть тебя мелюзгой столько, Тея, сколько пожелаю, – упёрся брат, – и отойди, пока не попала под меч.
Как и все мы, Каид любил сестру, но и задирать её он любил ничуть не меньше. В ответ Тея раздражённо топнула ногой, и между нами выросла невысокая полоса огня. Но сестра радовалась недолго, буквально через несколько секунд из дома вышли Шейн и мама. Шейн сразу потушил пламя Теялы, а Каид язвительно улыбался сестре, пока та, недовольно хныча, выслушивала выговор от мамы за использование стихии для личных капризов и тем более против братьев.
 
Глава 3
 
Годы спустя
 
– Добро пожаловать в Церу, – сказал мужчина средних лет, отвешивая неуклюжий то ли поклон, то ли кивок Каиду.
Вероятно, он пытался спародировать практикуемое в Астаре традиционное приветствие, которое мы переняли от «людей востока». Вышло абсолютно непохоже, но ошибка была ужасной ещё и потому, что приветствовать в первую очередь нужно было Исара, как старшего и нашего будущего правителя.
Исар и Каид были похожи, но не настолько, чтобы их путать. Однако светловолосые и светлоглазые северяне со странной тягой видели в Каиде своего. Возможно, карие глаза Исара, перенятые от нашей мамы, их чем-то смущали.
Каид состроил кислую мину, а Исар спешился с коня первым.
– Мой брат – Каид – благодарит тебя за радушный приём, – скучающим тоном ответил Исар, стягивая с рук кожаные перчатки.
Встречающий нас то ли советник, то ли слуга неловко замялся, открывая рот, как рыба, выброшенная на берег. Он пытался подобрать подходящие слова извинения, но Исар оборвал его взмахом руки. Мы слишком устали, чтобы слушать чужие оправдания. Да и каждый из братьев хотел зайти во дворец и отогреться. Наступила весна, но в северных мёрзлых районах по-прежнему регулярно шёл снег.
– Отведите лошадей в конюшни и накормите. Это наши любимые кони, и они истощены дорогой, – приказал Исар, беглым взглядом окидывая дворец местных правителей.
– Да, к-конечно. Но позвольте спросить… вас только четверо?
Мужчина с таким недоумением вертел головой, будто ждал, что в любой момент за нашими спинами появится невидимая армия. Мы с Шейном переглянулись и оба спешились лошадей. Каид последним спрыгнул на землю.
– Да, мы путешествуем вчетвером.
– Но вы же…
– Первые? – вновь перебил Исар. Его голос оставался пугающе спокойным, но прямой взгляд, устремлённый на собеседника, был сигналом его нарастающего раздражения. – Мы с братьями всегда путешествуем вчетвером. Сопровождающие нас задерживают. С вашими же проблемами мы уже разобрались, так что я желаю встретиться с местными управителями. Где они?
– П-простите. Они ожидают вас в зале…
– Прекрасно, – не желая дослушивать, оборвал Исар и уверенным шагом начал подниматься по лестнице ко входу, как к себе домой.
Встречающий, бросая нервные взгляды то на удаляющегося Исара, то на молчаливо стоящих нас, взмахом руки подозвал ближайших стражников и передал приказ позаботиться о лошадях. Я успел погладить своего серого коня по шее, прежде чем того увели.
 
– Тебе стоит пойти за ним, – посоветовал Шейн мужчине. – Просто говори, в каком коридоре, в какую сторону свернуть, и немедленно принеси ему горячего чая. Если он чёрный, то к нему принеси сахар или мёд. Исар замёрз. Горячий чай смягчит его нрав. Так-то он спокойный.
Одновременно с последней фразой мы все обратили внимание на грохот, с которым распахнулись закрытые двери. Исару хватило поднятия руки и резкого поворота кисти, чтобы поток воздуха распахнул перед ним преграду.
– Обычно спокойный, – неловко поправил себя же Шейн, слыша испуганные вопли прислуги.
Я сжал губы, сдерживая рвущиеся смешки, из-за чего получил неодобрительный взгляд от Шейна. Средний брат из-за своей эмпатии был более чувствителен к чужим настроениям и всегда старался сгладить обстановку. Исар сделал несколько шагов и скрылся внутри здания.
Слова Шейна никак не подействовали на встречающего, тот, наоборот, испуганно оцепенел. Тогда Каид растянулся в своём угрожающем оскале и выдал одно-единственное:
– Беги.
И мужчина припустил за Исаром. Улыбка моментально сползла с лица светловолосого брата.
– И почему это только Исару нужно подать чаю? – обиженно бросил он Шейну. – Мы замёрзли ничуть не меньше.
– Потому что Исару предстоят переговоры с местными главами. Ты же знаешь, что это споры на несколько часов кряду.
– Может, проще их убить? – лениво поинтересовался Каид, когда на лестницу выбежали слуги, предлагая и нам пройти внутрь.
– Ты же понимаешь, что эта шутка была смешной лишь в первые пару раз? Убьём – и застрянем здесь ещё на пару месяцев, выбирая подходящих преемников, – недовольно отозвался Шейн, и они вместе стали подниматься по лестнице.
Я обернулся, чтобы взглянуть на раскинувшуюся в низине Церу. Здешние места достаточно далеко от вулкана, поэтому их не задело падением Звезды. Основные проблемы доставили землетрясения и холода. Поэтому люди вернулись в эти земли только после открытия наших Даров и потепления климата. Однако по возвращении они столкнулись с бандитами и мародёрами. Жаждущих отбирать чужое на севере оказалось в разы больше, они облюбовали пещеры, и найти их главарей было непросто.
Прошло более восьми лет с момента появления наших способностей. Через полгода мне исполнится девятнадцать. Наш город – Астара – разросся до приличных размеров и благодаря влажному и тёплому климату процветал лучше остальных районов, поэтому и количество жителей увеличивалось с немыслимой скоростью.
Из-за Даров меня, моих братьев и сестру назвали Первыми, потому что годами позднее стали появляться и другие с похожими способностями. Единицы, и в основном они имели Дары Света и Воздуха или Воды, мы никогда не слышали о ком-то, кто владел бы огнём, как наша сестра, или тьмой, как я. В Астаре жители уже в открытую возложили на нас статус правителей и покровителей, дали нам возможность жить в настоящем дворце, который они отстроили для нас в благодарность за возвращение жизни на Континент и за все труды, что наша семья вложила, пытаясь восстановить систему образования, экономику и торговлю. Отец и мама хотели создать идеальное сообщество и оказались хорошими правителями – мудрыми и понимающими.
Я вырос и, как предсказывал Каид, по мастерству приблизился к уровню своих учителей, поэтому, пока отец был занят Астарой, мы с братьями во главе с Исаром много путешествовали по центральным и северным территориям, налаживая контакты и восстанавливая жизнь. Обычно наши походы длились от недели до месяца. Однако в тот раз мы отправились в самое длительное путешествие.
Мы уже посетили основные поселения в центральной и северной частях, включая Сабон – главный развивающийся город на северо-востоке, и прибыли в Церу – крайний северный город. Дальше, к счастью, возвышались горы, а это значило, что в скором времени мы повернём домой. Мы выступили в поход примерно семь месяцев назад, ещё до моего восемнадцатилетия, и мы с Теялой впервые отпраздновали наш день рождения порознь. Настолько длительный и далёкий поход стал одним из переломных моментов в моей жизни. Его мы планировали больше года, рассчитывая, что он станет последним, поэтому раздражение Исара было объяснимо.