Илос. Начало

Наш дворец разросся, и его обнесли внушительной стеной. В основном постройки с изогнутыми крышами и охранными статуэтками имели либо один, либо два этажа. Вся Астара стала оплотом памяти восточной культуры отца, а все выжившие «люди востока» сплотились вокруг него и преобладали среди населения. Если кому-то это и не нравилось, то они держали свои мысли при себе или же всегда могли перебраться чуть севернее, где города восстанавливались в знакомом для Континента облике.
Родители настолько любили природу, что половина дворцового комплекса состояла из различных садов, рукотворных прудов и каналов, созданных Шейном. Главный павильон занимали наши родители, там же располагался основной зал, где проходили встречи с министрами. Мы, уже будучи взрослыми, получили по отдельному павильону. До нашего пятнадцатого дня рождения мы с сестрой жили вместе, но потом мама решила нас расселить. Вначале без сестры мой личный павильон казался пустым, но позже я привык.
Не успел я спешиться, как услышал её.
– Илос!
Именно моё имя первым встретило нас, и мне почудилось, что голос младшей сестры приобрёл новый, мелодичный тон.
Даже не знаю, как мне описать Теялу… Она была невысокого роста, как и мама. Длинные чёрные волосы развевались за ней, когда сестра бежала к нам, хотя должна была идти медленно, как подобает воспитанной девушке. Но тогда она неслась вперёд и улыбалась столь широко, что даже задумчивый Исар покраснел, радуясь ей в ответ.
Возможно, на нас повлияла длительная разлука, или же я сам вырос и посмотрел на сестру свежим взглядом, но именно в тот момент я заметил, что Теяла из круглолицего ребёнка превратилась в прекрасную девушку с длинной шеей, идеальным овальным лицом, аккуратным прямым носом и чувственными губами розового оттенка. Пухлость щёк полностью исчезла, уступив место высоким скулам и красивой линии нижней челюсти. Глаза, как и у меня, светло-серые, но из-за появившегося Дара слегка сверкающие, придавали задумчивой глубины, стоило сестре нахмуриться. Теяла будто замерла на грани между невинностью и притягательной дикостью.
С дороги мы прискакали усталые и грязные. Уверен, от нас несло так, что ни одна девушка не захотела бы подойти ближе, чем на пару метров, но Теяла обняла каждого из нас, крепко прижимая к себе. Так я заметил, насколько вырос. Мне, как и остальным, пришлось нагнуться, чтобы она могла обвить мою шею руками. Обняв сестру в ответ, я выпрямился и с лёгкостью поднял её над землёй. На что она сперва радостно завопила, а затем рассмеялась, болтая ногами.
Стоило отпустить сестру к остальным братьям, как передо мной появилась мама и погладила меня по щекам. Она не изменилась вовсе.
– Мальчик мой, я безумно скучала! Ты так вырос, мой маленький Илос!
– Здравствуй, мама.
– И говоришь нынче со мной сдержанно, совсем как твои братья, – разочарованно покачала она головой, но улыбка не сходила с её лица. – Чему они тебя научили? Я бы расцеловала тебя, но запах… и когда вы брились в последний раз?
Я задумчиво поскрёб свою отросшую щетину, такую же, как и у братьев. Длиннее всего она была у Исара и Каида.
– Это всё Каид, он гнал нас быстрее домой, желая успеть в Астару к своему дню рождения, – засмеялся я, передавая поводья подошедшему помощнику.
– Именно! Невозможно придумать худшего празднования, чем с вами тремя, – хохотнул Каид, кивнув на меня, Исара и Шейна, – да ещё и на пыльной дороге, с одним тощим кроликом на праздничный ужин.
– Клянусь, брат, мы бы отдали всего тощего кролика тебе в качестве подарка, – заверил Шейн.
– Если бы нашли хоть одного, – поддакнул Исар, опираясь на плечо Каида, тот сразу скривился, почуяв запах, исходивший от старшего брата.
Сердце колотилось у меня в груди от радости вновь оказаться дома, я жадно вдыхал знакомые запахи, беспрерывно шаря взглядом по пейзажу, маме и Теяле в поисках каких-либо изменений. Дыхание сбилось, когда я со всей глубиной ощутил тоску по дому, которую нам пришлось пережить, я даже не заметил, как за месяцы забыл ощущение настоящего спокойствия. Не сходящие с лиц улыбки и расслабленные позы братьев доказывали, что они разделяли моё чувство. Впервые за долгое время не нужно было предусмотрительно держать руку на рукояти меча и прислушиваться к малейшим звукам и разговорам.
 
– Надеюсь, вы привезли хорошие новости, – издалека поприветствовал нас отец, а его тёплая улыбка и несдержанно быстрый шаг выдавали радость от нашей встречи.
Традиционный многослойный наряд «людей востока» стал одной из возвращённых традиций. Дорогостоящие ткани и золотая вышивка на тёмно-красной накидке с широкими рукавами подчёркивали статус. Отец не выказал и малейшего намёка на беспокойство из-за исходящего от нас запаха и привычным жестом пожал руку Исару, Каиду и Шейну. В Астаре в качестве приветствия использовали традиционный поклон, но отец перенял рукопожатие, поселившись на Континенте, и это стало жестом уважения с его стороны. Остановившись передо мной, отец вместо обычных объятий протянул широкую ладонь. Я замер, с недоумением глядя на неё.
Закончился мой первый длительный поход с братьями. Я был с ними от начала и до конца. Прошёл каждый бой и все грязные дороги, провёл с ними бок о бок голодные вечера и бессонные ночи. Я стал ровней каждому из них, с учётом того, что даже не использовал Дар. Однако я не смог совладать с дрожью в пальцах, сжимая ладонь отца в ответ. Меня распирало от гордости. Кажется, я и сам мог ослепнуть от своей ребяческой довольной улыбки, настолько она была широкой.
Отец изменился сильнее, чем мама. Он подстриг волосы, позволяя им едва касаться плеч, на висках стала проступать седина, но это ему шло, придавая облику мудрости. Он отрастил аккуратную бороду, в которой я тоже заметил белые волосы.
– Привезли! Не то слово – хорошие, отец, и много. – Каид с силой хлопнул меня по спине. Я торопливо заморгал, избавляясь от пелены перед глазами. Не хватало ещё разрыдаться от радости. – Но всё же среди всех одна новость прекрасней остальных.
Каид сжал пальцы на моём плече и, ухмыляясь, бросил взгляд на Исара, который неловко закашлял в ответ. Моё внимание отвлекли стоящие чуть в стороне Шейн и Теяла. Они тихо переговаривались, улыбаясь друг другу. Тея запрокинула лицо, чтобы смотреть брату в глаза, и перебирала пальцами его длинные чёрные волосы, лежащие на груди поверх утеплённой накидки. Сестру даже не беспокоило то, что он их давно не мыл.
В памяти сами собой всплыли рассказ Шейна и причина, почему он их отрастил. Я не знал, откликнулись ли как-то эти слова в сердцах Каида и Исара, но в моём они почему-то засели глубоко. У меня не появилось желания отрастить волосы такими же длинными, но от вида Теялы, с бездумным обожанием смотрящей на Шейна, в груди неприятно сдавило.
– Что за прекрасная новость? – спросил отец у Каида, отвлекая меня от внезапных мыслей, но глаз от брата и сестры я не отвёл, продолжая наблюдать за их разговором.
– Исар нашёл невесту!
– Каид! – раздражённо окликнул старший брат, ошарашенно округлив глаза.
Родители замерли, растерянные, а Теяла с таким недовольством посмотрела на Исара, будто он обзавёлся не невестой, а целым гаремом. Я заметил в её взгляде нечто новое и нахмурился, не в силах понять, что именно.
– В чём дело, брат? Или, может, повременить с новостью, пока у вас ребёнок не родится? – с наигранным недоумением уточнил Каид. – Надо же всех подготовить к этому событию.
– Ребёнок?! – Мама охнула, поворачиваясь к старшему сыну.
– Нет, мама! Небеса, нет никакого ребёнка!
Я хмыкнул, наблюдая за тем, как тяжело старшему брату говорить на личные темы. Его голос стал выше, речь эмоциональнее, щёки и даже уши покраснели. Исар был хорош в политике и переговорах, силён в бою, но опыта с девушками у него было меньше, чем у любого из нас. И ему предстояло раскрыть чувства перед всей семьёй, произнося все свои желания вслух. Я бы хотел ему помочь и смягчить неловкость момента, но не стал. Здесь он должен был разобраться сам.