В самом Сердце Стужи. Том II (СИ)

Заехали мы в город инкогнито. Ради этого я даже снял свой доспех с помощью Грегора, а весь отряд заезжал через разные ворота тремя отдельными группами, которые условились встретиться на постоялом двору, где мы остановились в прошлый раз.
Королевский приказчик был такими действиями крайне недоволен, но я напомнил ему, что дело серьезное и мы не можем позволить барону Фитцу вмешаться в ход расследования. Эту позицию он быстро принял, тем более, копия протокола будет направлена в Патрино — суд над бургомистром это громкое дело, о котором стоит известить столицу — и внизу будет стоять подпись этого человека.
  
А громкие и успешные дела всегда имели огромное значение при продвижении по канцелярской службе.
Переночевав на постоялом дворе, мы вихрем ворвались в торговую гильдию Атриталя, но… Нас там уже ждали.
— Барон Гросс! — председатель гильдии, пожилой мужчина с огромной плешью и пальцами, унизанными перстнями, расплылся в приветливой улыбке. — Мы все ждали вашего визита!
Я и приказчик переглянулись, а Ларс и Грегор, которые сейчас стояли за нашими спинами, готовые в любой момент применить силу, вовсе растерялись.
— Позвольте представиться, меня зовут господин Албан, я глава торговой гильдии Атриталя, — проговорил мужчина, хитро сверкая глазами. — Как я и сказал, мы ждали вашего визита, барон Гросс!
— Что вы затеваете? — прямо спросил я, строя из себя дурачка. — Мы вместе с королевским стряпчим прибыли потребовать от вас осмотр учетных книг и векселей, долговые обязательства по которым должен будет покрыть Херцкальт. Так что если вы…
— Давайте пройдем в мой кабинет, — улыбнулся Албан, приглашая нас в боковой невзрачный коридорчик.
Я жестом оставил своих бойцов, а мы вместе со стряпчим направились следом за господином Албаном.
Это была обычная контора. Стол, горы записей, учетные книги, какие-то записки. Одной бумаги тут было на добрых пять серебряных фунтов, не говоря уже о гобеленах и коврах, развешанных по стенам, дабы придать помещению нарядный и уютный вид.
Свечи оказались, кстати, восковыми, а в люстре под потолком их навтыкали не меньше десятка штук.
Это было рабочее помещение крайне влиятельного и богатого человека, я это увидел сразу. И Албан не просто так позвал нас двоих сюда.
— Барон, позвольте поблагодарить вас за вашу решимость, — купец повернулся к нам и чуть склонил голову, но сделал это с огромным достоинством, после чего продолжил, — если бы не ваше разбирательство, мы бы никогда не узнали о том, как глубоко клан Легера пустил корни в нашей славной гильдии… А это могло бы обернуться огромными проблемами! Всемогущий Алдир, какой же это позор для всего купечества. Воровать не просто из казны надела, но из королевских средств! Вы занимаетесь крайне и крайне достойным делом, милорд!
— Хотите сказать, что вы здесь не причем? — уточнил я, уже понимая, в какую сторону поворачивается вся эта ситуация.
— Ну как же! — всплеснул руками купец. — Конечно же, причем! Узнав об аресте Легера и о том, что в его доме вы провели обыск мы сразу стали проверять дела с Херцкальтом. И обнаружили массу злоупотреблений, которые наносили ущерб нашим соседям…
— И как вы такое просмотрели? — едко спросил я.
Купец Албан даже глазом не моргнул, а в разговор включился королевский стряпчий:
— Я видел записи барона Гросса и учетные книги Херцкальта лично! — заявил королевский клерк. — Это дело требует разбирательства и суда, так что если вы будете препятствовать, мне придется доложить в Патрино и…
— Какое препятствовать⁈ — возмутился глава гильдии. — Наоборот! Мы уже нашли казнокрадов, которые помогали Легеру стряпать эти дела, нашли и наказали! Уже как три дня они болтаются в петле! Единственное, я хотел предложить вам материалы, подготовленные нашим стряпчим для того, чтобы облегчить вашу работу! Ведь Легер не заслуживает и лишнего дня ступать по славной земле королевства Халдон!
Вот и все. Виновные назначены, дело прошло все инстанции, приговор приведен в исполнение. Как раз перед тем, как я явился в поисках доказательств.
Но теперь я смогу увидеть только то, что мне будет разрешено увидеть. Ни больше, ни меньше.
Как говорится — бери что дают. И вали отсюда.
В итоге мы закрыли дело Легера за два часа. Нам принесли все на блюдечке: учетные книги, протоколы допроса родственников Легера, которые и проворачивали всю эту схему с векселями, обвинительное решение барона Фитца и еще кучу доказательств вины бургомистра Херцкальта. Были даже задокументированы показания мельника Мюллера, нескольких атритальских мастеровых и еще целой толпы народу. А для приглашенного мною стряпчего были подготовлены свободные копии всего этого добра. На которые ему оставалось только поставить свою подпись, королевскую канцелярскую печать и отправить в столицу.
Выглядело это как взятка, как способ откупиться. И я прекрасно понимал, что это было сделано для того, чтобы я не совал нос в дела Атриталя и поскорее выметался с территории города, даже не встретившись с местным лордом.
Устраивало ли меня такое положение дел? Частично, но я понимал, что явился с ножом на перестрелку. Пока я хитрил с вызовом стряпчего из третьего города, пока добрался до Атриталя, местные конечно же узнали об аресте Легера и подготовили все так, чтобы вся вина замкнулась на бургомистре и он оказался хоть не единственным, но главным виновником казнокрадства и присвоения средств. А часть сети, которая размещалась в соседнем городе, вышла сухой из воды.
Так как приговоры были приведены в исполнение, то есть родня бургомистра уже как несколько дней болталась в петле, узнать правду у меня не получится. Мне пришлось взять то, что мне давали, поблагодарить господина Албана за содействие и отбыть обратно в Херцкальт тем же вечером.
Ларс со мной не поехал — отправился дальше, на юго-запад, искать указанного Эрен жреца Петера. Если повезет, то вернется он с целителем в город меньше, чем через три недели.
Я же с тяжелым сердцем возвращался в Херцкальт. Не потому что не хотел — там меня ждала молодая жена, дела и мои люди. Нет, возвращался я с тяжелым сердцем, потому что в ближайшие несколько дней мне придется провести свою первую публичную казнь.
И почему-то эта обязанность меня немного страшила. Убивать в бою, защищая собственную жизнь, и отправить человека на смерть за хищения и растраты были для меня двумя совершенно разными вещами. И я не знал, как я с этим совладаю.
Но одно я знал точно.
Бывший бургомистр Легер скоро будет болтаться в петле, как уже болтались его свояки из Атриталя, и приказ выбить из-под ног этого мошенника колодку должен буду отдать именно я.
Потому что я теперь лорд Херцкальта, и это моя прямая обязанность.
  
Глава 8
 
Виктор
 
Когда я возвращался в Херцкальт, то ожидал чего угодно, но точно не того, что увидел.
Первое — в замке было идеально спокойно. Каждый занимался своей работой. Кухня — готовила на всю дружину, как это и было заведено. Бойцы сновали туда-сюда по своим делам, а кто был не на дежурстве — прохлаждались в казарме или ушли в город. Назначенный за старшего конюха боец тут же принял наших уставших лошадей и повел животных внутрь, а я боролся со странным предчувствием, что что-то в мое отсутствие тут все же произошло.
— Едва прошло несколько часов с вашего отъезда, в замок потянулась вереница просителей, милорд, — отрапортовал Арчи, как только я спрыгнул с коня и, сняв шлем, подозвал к себе заместителя.
— Прямо вереница? — уточнил я.
  
— Почти столпотворение, — ответил Арчибальд. — И у всех были крайне важные проблемы, безотлагательно требующие решения лорда или его заместителя на время отсутствия.
От этих слов у меня от злости сжались кулаки. Ну конечно же! Как там было в пословице, хозяин за порог, мыши в пляс? То есть едва я покинул черту города, местные шакалы решили испытать на прочность Арчибальда и Эрен, которые в равной степени остались руководить наделом. Арчи отвечал за военную часть и командование дружиной, тогда как баронесса Гросс естественно была замещающей фигурой правителя в отсутствие мужа.