Как приручить джигита (СИ)

– А что я тебе за это обещала? – перевожу взгляд в окно.
– Притвориться моей девушкой.
Мои брови потихоньку ползут вверх, пока я оборачиваюсь к Дамиру.
– Девушкой? Я?
Я больше не буду пить. Никогда-никогда!
– Ты так говоришь, будто ты не похожа на девушку, – усмехается мужчина хмуро.
– Нет, но… Зачем тебе это?
– Юля, мне тридцать семь лет, мои родители спят и видят внуков, подыскивают мне невесту с Кавказа, по всем традициям.
  
– А ты не хочешь жениться? – догадываюсь.
Дамир вздыхает и наливает нам еще вина.
– Я с семи лет жил в Москве, у дяди. Он женился на русской женщине и у них очень дружная и счастливая семья. Я не хочу жениться только потому, что этого требуют традиции. Мои родители не очень обрадуются, если я выберу невесту другой национальности, но препятствовать не будут и со свадьбой отстанут на время в надежде, что я передумаю и найду дагестанку. Они перестанут давить на меня, я буду спокойно работать и жить дальше какое-то время.
– Но… почему я? Мог бы найти красивую модель для этого.
– Ты мне подходишь.
– Со страшной невестой вообще про свадьбу забудут? – усмехаюсь.
– Юля! – таращит Дамир на меня свои карие глазищи. – При чем тут “страшная”? Я разве сказал такое?
– Да нет, это логические выводы. – вздыхаю и беру бокал.
– Тут нет ни грамма логики, – хмурится мужчина. – Ну, так что ты мне скажешь на этот счет?
– Нууу… – пожимаю плечами. – Я точно не буду делать у тебя операцию.
– Почему? – снова хмурит свои черные брови Дамир. – Я один из самых востребованных пластических хирургов, можешь не сомневаться в моей квалификации.
– Я не сомневаюсь, – отвожу глаза. – Я просто не хочу операцию.
– А, ну если так, тогда другое дело! Я еще вчера пытался доказать тебе, что тебе совершенно не требуется ничего менять в своей внешности.
Замираю, глядя в окно и даже не моргаю. Интересно, как это он понял, что мне ничего не надо менять? Я ему что-то показывала? Ладно, опустим это. Не помню – значит, не было. Все.
– Но, раз тебе не нужна операция, то что ты хочешь взамен?
Как тактично отказать мужчине, если ты по пьяни уже согласилась?
– Дамир, я не смогу, – виновато смотрю на него. – Ну, я не смогу вести себя естественно. Я обязательно что-то сделаю не так.
– Да тебе не придется ничего делать, – успокаивает он меня, но я не успокаиваюсь, потому что съехать не получилось. – Мы пару раз запишем им видео, как гуляем вместе, например. Ты помашешь ручкой в камеру и все.
– И все? – усмехаюсь подозрительно.
– И все. Ну, я думаю тебя не сильно напряжет сходить со мной в ресторан или на выставку, например? В музей?
– Музеи я люблю, – вздыхаю обреченно.
Последний раз была лет пятнадцать назад, правда, но люблю.
– А театр? Можем сходить в театр. Можем с твоим сыном погулять в каком-нибудь парке развлечений.
– Нет. С сыном не нужно. – качаю головой. – Это все несерьезно, а он может привязаться.
– Понимаю. – кивает Дамир. – А почему твой мальчик не разговаривает?
– Алалия. – нехотя называю диагноз, что врачи поставили моему ребенку. – Поражение речевых центров в головном мозге.
– И что, ничего нельзя сделать? – хмурится Дамир.
– У всех по-разному. Из того, что мы пробовали, ничего не помогло. Ладно, давай не будем об этом. – прошу его. – К счастью, Ромашка все понимает и не уступает в развитии своим сверстникам. Просто в будущем будет идеальным молчаливым мужем.
– Хорошо, извини, если я расстроил тебя, – соглашается Дамир. – Единственное, прими от меня, пожалуйста, совет: твой сын – мужчина, Юля. Уже сейчас. С пеленок. Не надо мужчину называть Ромашкой. Он – воин, защитник, будущий глава семьи. Роман – красивое и мужественное имя. Ромашка – нежный цветок. Кого ты хочешь вырастить?
Зависаю с открытым ртом.
Бездетный Дамир решил дать мне советы по воспитанию ребенка?
– Ну так что, мы договорились с тобой про несколько деловых встреч? – наконец, переводит мужчина тему в прежнее русло.
– Хорошо. Я помогу тебе обмануть твоих родителей. – пристально смотрю на него. – Так же поступают настоящие мужчины?
– Юля, – вздыхает Дамир, прищурившись. – Я не хотел тебя обидеть.
– Я не обиделась, – пожимаю плечами и перевожу взгляд в окно.
Тоже мне, Бенджамин Спок нашелся.
– Тогда что ты хочешь взамен? Если операция тебе не нужна, может, ты нуждаешься в чем-то другом? Скажи – и я решу эту проблему.
– Да нет у меня проблем, – улыбаюсь ему устало. – Я тебе просто так помогу, не переживай. А то женишься, уедешь, а кто-то из моих соотечественников останется с горбатым носом или нависшим веком.
Дамир лишь молча ухмыляется и качает головой своим мыслям.
– Можно, ты отвезешь уже меня домой, пожалуйста? – прошу его. – Я мало поспала, а после вина меня опять клонит в сон.
– Да, конечно. – поднимается мужчина из-за стола и помогает мне надеть куртку.
Я едва не засыпаю по дороге, но мужественно борюсь с зевотой и слипающимися глазами. А когда мы подъезжаем к моему дому, уже вовсю клюю носом.
– Спасибо за обед, – коротко улыбаюсь Дамиру и хочу выйти из машины.
– Юля, – ловит он меня за руку и пристально смотрит в глаза, когда я оборачиваюсь. – Не злись, пожалуйста.
– Да я не злюсь, – выдыхаю.
– Злишься. Я по твоим глазам вижу.
– Да не злюсь я, – смущаюсь, пряча взгляд. И что он в нем увидел там?
– Тогда до вечера? – Дамир внезапно касается губами моей руки.
– Почему до вечера? – хмурюсь, вытягивая руку.
– А зачем терять время? Сегодня же и познакомитесь с моими родителями.
  
Глава 7. Впечатление
 
– Я заеду в семь.
Как-то я не была к такому готова. Я надеялась, что моя помощь понадобится немного попозже. Но, как говорится, назвалась груздем по пьяни, полезай в ту задницу, на которую согласилась.
– Хорошо, до вечера. – вздыхаю и, наконец, неловко выбираюсь из высокой машины.
Самое неприятное – тайна пропавших трусов осталась не раскрытой. Дамир ведёт себя очень тактично и сдержанно, будто между нами ничего не было. Тогда вопрос: а с кем было, если было?
– Ох ты, Юлька! – навстречу мне попадается тетя Галя с третьего подъезда. – Это что, жених твой?
– Ага, – отмахиваюсь, потому что сплетни все равно пойдут именно такие.
– Где ж ты такого богатого подцепила? – останавливается соседка, явно не удовлетворенная моим односложным ответом.
– На работе, – бросаю на ходу.
– Ой, вот куда ты лезешь, а? – учит она меня жизни в спину. – Небось, женатый!
– Женатый, – останавливаюсь у домофона и пытаюсь найти ключ среди хлама в карманах.
– Ну да, еще и старый, небось? Молодые-то на стройных заглядываются. А старым кобелям лишь бы на кого влезть.
– Ага. Семьдесят. – бросаю с усмешкой, наконец, открывая дверь.
– Ну, ладно. Жена, видимо, не дает. Ты хоть шубу у него попроси, а то ходишь как дурочка в подергайке своей.
– Обязательно. До свидания, теть Галь. – бросаю в закрывающуюся за спиной дверь и поднимаюсь на свой этаж.
Слова соседки меня ни грамма не трогают – если ты всю жизнь чем-то выделяешься среди остальных, то привыкаешь к тому, что общество будет упрямо указывать тебе на твой недостаток и со временем это теряет какую-то значимость. Просто такое общение само по себе оставляет неприятный осадок.
Любая случайная встреча с тетей Галей перерастает в поток грязных сплетен про все и вся.
Нет, мы, конечно, тоже можем посплетничать с подругами, но все это носит совершенно другой оттенок, без злобы и бредовых домыслов. А тут – и осуждение, и зависть одновременно.
Надо было сказать, что мне нравятся мужчины постарше, чтобы она за своим мужем следила получше.
  
Усмехаюсь.
Захожу в непривычно пустую квартиру и ставлю чайник. Хочется перекусить. Ощущение, будто и не ела недавно. Наверное, это на нервной почве.
Делаю себе кофе с бутербродами и затем, созвонившись ещё раз с мамой и получив нагоняй за то, что отвлекаю ее, завожу будильник и без зазрения совести заваливаюсь спать.