Как приручить джигита (СИ)

— Мы сейчас не дойдем до ванной, — рычит он сквозь стон, а у меня мурашки пробегают вдоль позвоночника. Я никогда бы не подумала, что могу так заводить мужчин. Хотя, Дамир темпераментный и ему много времени на разгон не нужно.
— А до куда дойдем? — шепчу, внезапно желая проверить его выдержку и скольжу ладонями по мощной груди.
— Не знаю, — выдыхает он, когда я обвожу пальцами его соски. — Не далеко, кажется.
  
Боже, как это заводит!
Ты понимаешь, что в этот самый момент имеешь огромную власть над мужчиной и можешь делать с ним все, что захочешь.
Интересно, он реально не дотерпит до душа, если я продолжу?
  
Глава 35. Таланты
 
Дразню Дамира рваными короткими поцелуями, а сама быстро расстегиваю пуговицы на своей рубашке. Бюстгальтера на мне нет, потому что один горячий мужчина его порвал. Но сейчас это даже на руку.
— Юля, что ты задумала? — шепчет Дамир мне в губы, когда я задираю его рубашку и хрипло выдыхает, когда наши обнаженные разгоряченные тела соприкасаются.
Трусь об него грудью, нетерпеливо покусывая губы.
Взвизгиваю, потому что Дамир внезапно впечатывает меня в стену недалеко от двери и, перехватив поудобнее одной рукой, второй расстегивает мне пуговицу на джинсах.
Мычу якобы возмущенно, но в следующую секунду, когда он ловко пробирается пальцами туда, где уже все горит и пульсирует от желания, беспомощно стону по-настоящему.
Но мне неловко, потому что я вся мокрая еще с примерочной.
— Дамир, мне нужно в ванную, — всхлипываю, оторвавшись от его губ. Он ничего не отвечает, но спустя пару мгновений убирает руку и ставит меня на пол.
Вздыхаю и подтягиваю джинсы, собираясь идти дальше, но сильные руки внезапно и очень настойчиво разворачивают меня лицом к стене и упирают голой грудью в прохладную штукатурку.
Доигралась.
Успеваю только охнуть, когда мои джинсы слетают вниз. Тело пронзает сладкой волной предвкушения и оно тут же натягивается тугой тетивой. Привстаю на цыпочки, замирая и тут же вскрикиваю от быстрого, молниеносного проникновения.
Дамир, не жалея меня, входит до самого упора и сразу же набирает скорость.
Скребу ногтями по стене, поскуливая от новых, резких толчков. Мне остро и сладко одновременно, тело бьет крупной дрожью, а ноги дрожат от напряжения. Мир вокруг сужается до хриплого частого дыхания над моей головой.
Вздрагиваю от прикосновения прохладных пальцев к лобку и тут же отлетаю куда-то в нирвану. Ошалелая от такого напора, едва стою на ослабших ногах и, если бы не горячее тело Дамира, все еще вжимающее меня в стену, я бы, наверное, рухнула.
Будто почувствовав это, Дамир подхватывает меня на руки и несет в спальню. Игнорируя душ, он аккуратно и бережно укладывает меня на кровать, стягивает болтающиеся на щиколотках джинсы и падает рядом со мной, притягивая к себе на грудь и аккуратно поглаживая мои волосы.
— Надо в душ, — шепчу.
— Попозже. Давай поваляемся. — тихо мурлыкает он в ответ и мы так и засыпаем в обнимку.
Просыпаюсь среди ночи в темноте и понимаю, что мы проспали и душ, и вино, но мне так хорошо сейчас, что я просто стягиваю с себя перекрутившуюся от беспокойного сна рубашку и снова жмусь поближе к Дамиру.
Осторожно поглаживаю его грудь, покрытую темными волосками, и не верю, что так бывает. Я лежу в особняке в объятиях богатого мужчины. Я, девочка с кучей комплексов и толстой жопой. Кажется, он вообще не замечает моих недостатков.
Прислушиваюсь к своим ощущениям. Мне хорошо. Да, где-то в глубине души меня все еще точит какой-то червячок сомнения, но я просто не обращаю на него внимание, потому что это не внутренний голос, а недоразумение.
Я всю жизнь чего-то боюсь. Даже того, что вряд ли когда-то случится. Повышенная тревожность это называется. Так и кукушечкой можно двинуться, если после любого хорошего тут же ожидать чего-то плохого.
Правда, такое хорошее в лице Дамира — это не сто рублей найти. Это джекпот. И, наверное, если бы меня поставили перед выбором: расплата или конец свиданий, я бы выбрала расплату. Потому что никогда в своей жизни я не была еще такой… счастливой?
Вот так. Счастливой. Это открытие для меня. Потому что дело не в хамаме и ресторанах, а в том, что я сейчас лежу на груди у мужчины, для которого я — ценность. И он для меня ценность, сам по себе. Потому что он нежный, внимательный, воспитанный. Мне с ним даже просто лежать рядом хорошо и спокойно.
И, если честно, я очень боюсь расставаться на три месяца, потому что мне кажется, что вот тогда-то все и закончится. Просто мы войдем в привычный ритм и наше общение сойдет на нет. Но, здоровье Ромы в любом случае важнее, а бабушка с ним так надолго поехать вряд ли согласится. Да и я не захочу отпускать их без присмотра. Все же, я соскучилась и меньше, чем за неделю, а там целых три месяца.
Но и расставаться с Дамиром мне тоже совершенно не хочется. К хорошему быстро привыкаешь.
Закрываю глаза и снова засыпаю, слушая мерные удары горячего сердца моего джигита. И мне снится поле, на котором пасутся пятнистые коровы. А я иду и замечаю, что они окружают меня. Пытаюсь выбраться из кольца, но оно сжимается крепче, а потом одна особо наглая внезапно начинает меня… лизать по почему-то голому животу.
Испуганно отшатываюсь и просыпаюсь.
Дамир удивленно приподнимает голову от моего живота, и я вижу в его глазах снова тот порочный огонек, что горел вчера.
— Ты меня облизывал? — удивленно выдыхаю.
— Я тебя целовал, — усмехается Дамир и снова наклоняется к моему животу, прикасаясь губами к коже так невесомо и нежно, что из груди рвется непроизвольный вздох.
Губы Дамира скользят выше, к груди, а затем он нагло наваливается на меня и закидывает мою ногу себе на бедро. Тяжелый! И от этой тяжести я готова взорваться оргазмом уже вот прям сию секунду.
— Я не умытая, — шепчу, уворачиваясь от поцелуя, но Дамир настойчиво ловит мои губы и мы медленно целуемся и так же медленно и страстно занимаемся любовью. И это ничуть не менее горячо, чем стоя у стены. Это нежно и очень доверительно, потому что ты даешь партнеру право изучать тебя, любоваться тобой, а это уже совсем другой уровень.
Приняв душ, понимаю, что утренний секс — это прекрасно. Это лучше любой зарядки. Все мое тело звенит от бодрости и кайфа. Наверное, если бы каждое утро с Дамиром занимались любовью, я бы точно схуднула и без диет и без спортзалов.
Надеваю махровый халат и выхожу.
— Теперь моя очередь, — улыбается Дамир и, чмокнув меня, идет в ванную. — Юля, если вдруг услышишь звонок, то, пожалуйста, выйди на крыльцо, забери у курьера сладости к кофе. Я заказал нам свежую пахлаву.
— Хорошо, — закусываю губу, разглядывая его шикарную подтянутую задницу и подумывая, а будет ли наглостью вломиться к красивому мужчине в душ и воспользоваться его беззащитным положением, но все же решаю не наглеть. Можно и после пахлавы.
Спустившись вниз, негромко включаю музыку в гостиной и пританцовываю, пока никто не видит. Мне нравится танцевать. И, кажется, получается очень даже чувственно. Пока никто не видит. Но на людях мое тело становится будто деревянным и все, что я могу изобразить — два притопа, три прихлопа.
Увлекшись, не слышу, как подходит Дамир и вздрагиваю от внезапного прикосновения к талии. Смущенно застываю и краснею, но он лишь крепче прижимается к моей спине и заставляет меня продолжать двигаться. Закрываю глаза и ловлю его ритм. Кажется, получается.
Улыбка непроизвольно появляется на лице. Дамир плавно ведет меня в сторону кухни и уже там разворачивает к себе и отпускает после поцелуя.
  
— А ты точно не хочешь отпроситься на сегодня? — вздыхает грустно. — В тебе столько талантов, что мне очень хочется рассмотреть их все поближе.
— Начальник новый, — напоминаю ему, смущенно пряча улыбку.
— Блин. Тогда давай пить кофе. Сейчас я тебе сварю по фирменному рецепту. — подмигивает он и начинает колдовать над туркой, а я кручусь рядом и подсматриваю.