Как приручить джигита (СИ)

— Ну, по сути, ничего страшного, — кивает она. — Могут начаться кровянистые выделения.
Внезапно слышится громкий хлопок двери, от которого дребезжат стекла, а мы с девушкой вздрагиваем.
— Дамир, — шепотом ахаю, понимая, что он все слышал.
— Да нет, — с сомнением выглядывает она из-за ширмы. — Сквозняк, наверное. Дамир Ахмедович у нас очень спокойный.
  
Глава 27. Разочарование
   
Вытерев грудь бумажными полотенцами, благодарю девушку и встаю с кушетки. Мои ноги всё ещё дрожат. Но теперь, кажется, не от жаркого начала утра, а от страха за то, что Дамир услышал информацию, которая совершенно не предназначалась для его ушей. Если бы я не подумала, что он ушёл, я бы, наверное, честно призналась в том, что секс был очень теоретическим. А как теперь исправлять ситуацию?
Даже если я сейчас ему расскажу правду, он всё равно с большой вероятностью подумает, что я ему вру и сплю со всеми подряд. А перед ним ломалась как девственница, чтобы набить себе цену.
Мне совершенно не хочется снова выглядеть дурой. Единственное, что мне сейчас очень хочется – это найти чёрный выход и просочиться незаметно на улицу, а потом бежать, роняя тапки, лишь бы не смотреть в пронзительные чёрные глаза Дамира.
С горечью усмехаюсь своим мыслям, понимая, что вот теперь бы он на мне действительно не женился. Не то чтобы я рассматривала такой вариант, но просто… это конец концов.
– А где кабинет Дамира Ахмедовича? – уточняю у девушки перед выходом.
– На этаж выше поднимитесь и налево, вторая дверь, – улыбается мне она дружелюбно, разглядывая с интересом.
Не разделяя её позитивного настроя, прощаюсь и быстро выхожу за дверь.
Думаю о том, как оправдать свой трёп, но мысли тут же улетучиваются, когда, завернув на лестничный пролёт, я практически сталкиваюсь с Дамиром.
Притормаживаю от неожиданности и несмело поднимаю взгляд на его лицо. Дамир выглядит спокойным и каким-то отрешённым. Однако, это только на первый взгляд. Если присмотреться, то можно заметить плотно сжатые челюсти, желваки, играющие на скулах, и прорезавшуюся складку между бровей.
– Закончили? – бросает он прохладно и кивает мне на лестницу. – Пойдём, Юля, я отвезу тебя на работу.
Молча киваю и мы, не проронив ни слова, спускаемся по лестнице до самого первого этажа. И вот сейчас бы мне не помешало обдумать, что говорить ему, когда мы останемся наедине в машине, но складывается ощущение, что из моей головы кто-то разом вышиб все мысли. Я боюсь сделать ещё хуже. Хотя куда уж хуже, кажется?
– Может, я на такси доеду? – нервно комкаю в карманах куртки какие-то бумажки и перебираю ключи. – А то ты из-за меня на работу опоздаешь.
– Такси долго ждать, сейчас утро, все едут на работу, – коротко бросает Дамир на ходу и перед выходом на улицу всё же придерживает для меня дверь.
Несмотря на то что он злится, его галантные замашки никуда не делись.
Забравшись в машину, смотрю на Дамира, который заводит двигатель и выезжает с территории клиники. Всю дорогу молчу, как провинившийся шкодник, и понимаю, что мне нужно сказать ему правду. Пусть станет хуже, но зато он не будет думать, что то, что он услышал, – норма для меня.
Терзаю себя мыслями до тех пор, пока мы не въезжаем в город. Тянуть больше некуда.
– Дамир, – делаю музыку потише, виновато глядя на него, и в тот же самый миг он резко заворачивает на обочину и останавливает машину.
Вижу, как его пальцы сжимают руль до побелевших костяшек, а грудь вздымается от частого дыхания, и снова теряю все мысли.
– Ты… – продолжаю растерянно. – Не так всё понял.
Губы мужчины дёргаются в нервной ухмылке, а мне хочется дать себе затрещину, потому что всё он так понял. Как я сказала, так и понял. Самая дебильная фраза, которую только можно было произнести.
Закусываю губу, чувствуя, что меня начинает потряхивать от напряжения.
– Юля, почему ты не сказала, что у тебя кто-то есть? – наконец-то Дамир отпускает несчастный руль и откидывается на сиденье, глядя куда-то в сторону.
– Да нет у меня никого! – стону в ладони, закрыв пылающее от стыда лицо руками.
– То есть у тебя был просто случайный секс? – слышится новая логичная догадка, а голос Дамира вибрирует от тщательно контролируемых эмоций.
Мне кажется, я слышу в нем горечь и разочарование, и мне становится так обидно. Горло сдавливает спазмом.
Какое вообще он имеет право меня ревновать к тому времени, когда между нами ещё ничего не было? Или это только удел мужчин – прыгать из койки в койку? Или я недостаточно чистая теперь для него?
Так какая разница, если на таких, как я, всё равно не женятся? Или заниматься любовью в деловых отношениях тоже можно только с чистыми? Где же на таких любителей столько чистоты-то наберется?
– Ладно, Юля, не отвечай ничего, я вижу, что тебе тяжело, – внезапно сжалившись, предлагает Дамир, а когда я оборачиваюсь к нему, не в силах скрыть своё удивление, вздыхает. – Всё равно в ближайшее время мы с тобой больше не сможем увидеться.
– Ааа, – киваю ему с улыбкой и быстро распахиваю дверь. – Тогда всего хорошего.
Не знаю, откуда во мне берётся столько скорости и ловкости, но я пулей вылетаю из машины, услышав вслед лишь короткое:
– Юля!
Просто бегу сломя голову, не разбирая дороги. Не знаю, пытался ли меня догнать Дамир, не понимаю, куда несут меня ноги, но выдыхаю только тогда, когда внезапно оказываюсь у входа в метро.
  
Глава 28. Проклятие
 
Испуганно оборачиваюсь назад, но Дамира нет. Не знаю, чего приносит мне это открытие больше, – разочарования или облегчения, но от чего-то я судорожно вздыхаю и понимаю, что уже ничего не вижу перед собой из-за слезящихся глаз. Оперевшись спиной о стену, пытаюсь отдышаться и вытираю холодную влагу с ресниц.
Тупо пялюсь на большой торговый центр через дорогу от метро. Немного помедлив, направляюсь туда.
Несмотря на всю самокритичность, я не готова сейчас себя винить, и мне очень хочется спихнуть всю вину на кого-то. Но Дамир тоже не виноват. Он честно предупреждал меня про фиктивные отношения, я на это согласилась.
Может, он и сексом со мной не планировал заниматься, просто так случайно получилось, а теперь я задела его чувствительную мужскую натуру. Пусть во всём останется виновата эта дурацкая утяжка, которую я потеряла так не вовремя.
Слышу, как в сумке звонит телефон, но, увидев, что это Дамир, просто отключаю звук. Потому что не готова я снова выяснять отношения. Пусть всё останется так, как получилось. Смысл уже после драки кулаками махать? Не сложилось – и не сложилось. Оно и не могло сложиться – это ежу понятно.
В торговом центре покупаю себе стакан кофе без сахара. Не люблю без сахара, но сейчас он отлично подходит под мое настроение. Быстро иду вдоль бутиков, выглядывая среди них магазины с бельём. В нескольких не продаётся ничего подходящего – все комплекты на модных стройняшек.
К счастью, я все же нахожу один магазинчик с чулочно-носочными изделиями, и там, по невероятному везению, есть корректирующее белье. Правда, ценник на него не очень гуманный – как на хорошие зимние ботинки ребенку. Но деваться некуда. Кажется, если я не верну эту несчастную утяжку, это проклятие на мне так и будет висеть.
– Проклятие утяжки, – усмехаюсь себе под нос.
Проклятие комплексов и низкой самооценки – вот что это. Не по зубам мне такой мужик, хоть убейся. И я понимаю, что дело даже не в национальности. Был бы русский, я бы и в нем подвох искала. А тот, кто ищет, как говорится…
  
Выбрав более-менее похожую на Танину по цвету и форме утяжку, давлю в себе жабу и покупаю её. А потом захожу в метро и еду на работу. Я уже прилично опаздываю, но боюсь заглядывать в телефон, чтобы написать девочкам, потому что там напоминание в виде пропущенных о том, что розовые очки бьются стёклами внутрь. Негоже своим свинячим рылом лимоны нюхать.
А от мыслей о том, что я просто пытаюсь себя успокоить, я отмахиваюсь, как от назойливых мух. Раньше надо было появляться в моей голове, когда была возможность объясниться. Ведь могла бы сказать просто: “Извини, я напилась и не помню, как ты довозил меня до дома. Вот и решила на всякий случай перестраховаться.” Про утяжку Дамир и не догадывается даже.