Грани Безумия (СИ)
— Доброе утро мам, — поприветствовал ее.
— Доброе, сынок, — выдавив из себя подобие улыбки, ответила женщина, — ты снова катался? — с упреком посмотрела мама.
— Мне не спалось. Хотел проветриться.
— Ты бы не гонял Данте, — повернувшись в мою сторону лицом, умоляюще посмотрела мама, — я очень волнуюсь за тебя.
— Со мной все будет нормально. Ты же знаешь, я прекрасно вожу.
Мама лишь печально опустила голову и вернулась к готовке.
— Ну что такое мама? Что тебя беспокоит?
— Я не могу потерять еще и тебя, — шепотом, слишком тихо, проговорила она.
— Мам, посмотри пожалуйста на меня, — подойдя к ней вплотную, попросил я.
Когда мама развернулась ко мне всем корпусом, я притянул ее в свои объятия.
— У меня есть голова на плечах, и я не стану делать ничего такого, в чем не уверен. Это касается и вождения.
— Не лети в Россию сынок, прошу, — ошарашила мама, — не нужно ничего делать. Пусть тот человек живет, неся свой грех. Рано или поздно его покарают свыше за то, что он сделал. Но не мсти ему, пожалуйста.
— Мама, это даже не обсуждается, и ты это знаешь. Я обещал отцу отомстить, а обещал памяти Бьянки отомстить. И я отомщу.
— Но ты будешь в чужой стране. Кто поможет там тебе, если что-то пойдет не так?
— Я буду не один. Со мной полетит Габриэль и еще несколько проверенных человек из нашей охраны. И у меня есть свой человек в России.
— Но ваш план, он… — мама не договорила, а я заведомо знал, что она хотела сказать. В этом была вся мама, слишком добрая и отзывчивая. Она уравновешивала буйного и вспыльчивого отца. Они полная противоположность друг друга, отчего им комфортно вместе.
— Кровь за кровь мама. Таковы наши законы.
— А как же Кьяра? Ты подумал о девочке, какого будет ей?
— Кьяра прекрасно знакома с нашими методах решения проблем, — сказал, пожалуй, слишком резко, чем хотел, — и мы больше не будем возвращаться к этой теме.
После я развернулся и отправился в свою комнату, пока мама не успела еще что-нибудь сказать. Я был на взводе, поэтому сейчас мне необходимо успокоиться.
Переодевшись в спортивные штаны и свободную хлопковую футболку, босиком спустился в спортивный зал, который был оборудован и полностью укомплектован на нулевом уровне особняка. Груша, это то, что мне сейчас нужно для выброса гнева.
После обеда отец вызвал меня к себе в кабинет, у входа к которому я столкнулся с Габриэлем.
— Не в духе? — спросил у парня, кивком головы показав в сторону кабинета.
— Да, что-то с большой партией товара, — ответил друг, постучав в кабинет.
— Отец, — поприветствовал его.
— Мистер ди Лауро.
— Проходите парни, и присаживайтесь, разговор будет не из приятных.
1)Каморра* — неаполитанская преступная структура, аналогичная мафии. Возникла в XVIII веке. Каморра считается одной из самых могущественных преступных организаций в мире. Центр ее активности находится в Неаполе, и распространяется далее по всему региону Кампания и за его пределами. В отличии от сицилийской мафии, каморра не имеет вертикальной структуры, ее деятельность строится на клановости.
2)Консильери* (итал. Сonsigliere — советник) — тот, кто компетентен, кому можно доверять и решение бизнес-проблем, и урегулирование юридических и финансовых споров, и ведение деловых переговоров. Понятие «консильери» пришло в русский язык из итальянского. Первоначально услугами консильери пользовались руководите мафии, и сами консильери были в составе мафиозных семей, хотя при этом и могли иметь собственный легальный бизнес.
Глава 3
Алексия.
Подскакиваю на кровати при первом же звуке будильника и тут же его отключаю, как и все последующие пять. Смотрю на время: полшестого. Проснулась я более чем вовремя, времени мне хватит на все.
Ланью мчусь в ванную, которая совмещена с моей спальней и коридором к которой служит гардеробная. На отдельно стоящей вешалке уже красуются наряды, которые я выбрала для сегодняшнего дня накануне вечером. Проскакиваю мимо них, погладив ладонью шелковый нежно-розовый халат с оборками из перьев.
В темпе вальса принимаю душ, орудуя мочалкой и бритвой. Затем натираю кожу кремом с ванильно-карамельным ароматом и легким мерцающим перламутром. Волосы высушиваю феном и накручиваю крупные локоны. Около получаса делаю макияж без макияжа, создавая натуральный эффект а-ля «я просыпаюсь вот такая».
Когда я откладываю кисточку для румян, из комнаты гремит телефон, извещая, что мое время вышло. Быстро огладываю себя в зеркало: идеально! Хватаю с плечиков тот самый халат и надеваю его поверх шелковой короткой ночнушки с кружевами. Взмахиваю волосами, закидывая их на спину, пока впрыгиваю в тапочки.
Подбегаю к окну. Из моей комнаты на третьем этаже родительского дома открывается потрясающий вид на мой родной поселок, в котором я живу практически с самого рождения. Зеленый лес окружает его, словно защитный барьер. Словно сама матушка природа ограждает жильцов от кошмаров жизни и невзгод.
Прямо через дорогу, на соседнем участке за высоким забором, стоит свеже-построенный трехэтажный деревянный дом с красивой террасой, беседкой, спа-комплексом, гигантских размеров детской площадкой и небольшим домиком для гостей. Это наш с Владом будущий дом, который нам построили наши родители в качестве подарка на свадьбу.
Изначально я не хотела дом из дерева и уговаривала наши семейства на минималистический дом в стиле модерн с большим бассейном на заднем дворе. Но отец сказал, что это совершенно не подойдет для детей, а он хочет, чтобы его внуки жили в уюте и безопасности, и он не думал каждые пять минут, что кто-то из них может упасть в хлорированную воду и захлебнуться. После таких аргументов я тут же согласилась. Не хочу подвергать наших будущих с Владом детей опасности.
Можно было бы, конечно, перестроить дом к их рождению, но мама настойчиво заверяет меня, что мне надо родить первенца в первый год после свадьбы. Мол часики тикают, мне уже двадцать два, университет я в этом году закончила, работать не планирую — значит у меня полно свободного времени, да и Влада надо приучать к семейной жизни, а дети станут отличным поводом для возвращения с работы домой каждый вечер.
Слева виднеется дом Лукьяновых (семьи Наташи) из желтоватого кирпича, а справа массивным строением из серых блоков возвышается дом Абрамовых. Замечаю на его подъездной дорожке седан Влада, а затем и самого жениха, который подходит к своей блестящей всегда чистой черной машине и садится на водительское сидение, а затем заводит двигатель. Кидаю взгляд на часы. Ровно восемь утра. Влад не изменяет своему рабочему расписанию вот уже год.
Тут же соскакиваю с места и молнией спускаюсь на первый этаж, а затем выбегаю из дома. Я должна успеть, должна! Минуты полторы он будет выезжать со своей территории, ждать пока откроются ворота, а потом поедет как раз мимо моего дома. Я успею!
С этими мыслями бегу по тропинке, выложенной неровным камнем, постоянно спотыкаясь и чуть ли не теряя шелковые тапочки. Придерживаю подол халата, чтобы он не волочился по земле. Розовые перья разлетаются в разные стороны от потоков ветра, некоторые из них обламываются и шлейфом за мной плавно опускаются на землю.
Выбегаю из калитки как раз в тот момент, когда Влад подъезжает к моему дому. Почти что кидаюсь под колеса его машины, чтобы остановить, но жених вовремя замечает меня и дает по тормозам. Шины свистят по асфальту.
«Успела!» — выдыхаю я, стараясь успокоить рваное дыхание.
Влад двумя пальцами показывает в сторону ворот, ведущих к моему дому, а затем паркуется на обочине прямо перед ними. Он выходит из машины, оставляя дверь открытой.
— Что-то случилось? — спокойно спрашивает он, поправляя свой серый пиджак и оглядывая глянцевые носки своих ботинок, как будто ищет грязные пятна на них. Обожаю, когда он выглядит таким деловым и серьезным.