Куница. Том 2 (СИ)

Но Славяна только дальше залезла на стол, усевшись всей попой, разве что колени к груди не подтягивала.
— Не будь такой занудой, — отмахнулась блондинка от рыжей подруги.
— Нам в перспективе выходить в высший свет. С такими манерами тебя и на порог не пустят, — привела аргумент Людмила.
— Я не очень-то туда стремлюсь. И как сказал Дима, когда ты на двадцатом ранге, мало кто может тебе указывать.
Люда закатила глаза и покачала головой, а чтобы не продолжать спор, переключилась на другой вопрос:
— Почему твой брат? Почему не староста, например?
Я поморщился.
— На самом деле хотел просто напакостить Паше.
Славяна рассмеялась.
— Но, если хочешь логичное обоснование — вред моему брату, это косвенный вред мне. А значит, у наших партнёров будет больше мотивации участвовать в общем деле, чтобы не получить откат.
— Натянуто, — дала свою оценку Людмила.
Славяна с ней не согласилась.
— А по мне так всё логично. Помнишь, как сама сгорала от подозрений, что Дима не со своим родом работает, а нас привлекает? А так всем будет понятно, что это всё хитрый план для косвенного усиления Мартенов.
Людмила нахмурилась.
— Но ведь это не так! — перевела взгляд на меня. — Это же не так?
И столько подозрения во взгляде.
— Если честно, мне ещё нужно убедить брата участвовать. Михаил на меня дуется. И пока я не рассказывал брату ничего из того, что рассказываю вам.
Миша здесь больше не появлялся, и моя просьба приехать была проигнорирована.
— Вы поругались? — спросила Славяна.
— Он сделал глупость, а я не стал ему потакать, — пожимаю плечами. — Мелочь, но он же кадет гусарского корпуса.
Я думал, что больше ничего объяснять не придётся, однако девушки меня не поняли. Я поморщился.
— Обострённая гордость, специфика обучения и службы. Гусар может упиться в мясо и ползти по тротуару, но стоит тебе ему об этом сказать — и ты уже оскорбляешь честь его мундира, полка и вообще чуть ли не всей империи.
Славяна снова рассмеялась. Мы удивлённо на неё посмотрели.
— Что? — не поняла Кудрявцева.
— Когда девушка смеётся над каждой шуткой парня, это верный признак влюблённости, — ответила Доброславова.
— Ой, утомили, — Славяна смутилась и, спрыгнув со стола, продефилировала к столику с напитками. — Вас послушать, я должна ходить с постной миной и ворчать. Прямо как ты! — ткнула в Людмилу.
— Я не хожу с постной миной!
Славяна рассмеялась.
— Ты себя в зеркало видела, когда пытаешь серьёзное лицо сделать?
— Девушки, — взрываю к порядку. — Угомонитесь, пожалуйста.
Мои одноклассницы фыркнули друг на друга.
— Вы готовы слушать, или мне ещё подождать?
Порядок был, наконец, установлен.
— Отлично, а теперь давайте перейдём к делу. Вертекс и анх, это хорошо, конечно, но это база. Основа. Мне нужно знать, к чему вы обе стремитесь, чтобы думать, как и куда вас развивать, какие подбирать ритуалы и какие мы будем ставить узлы...
— Боевая магия! — не дала мне договорить Славяна. — Титан! Стихийное преобразование!
Людмила хмыкнула.
— Почему я не удивлена?
— Ой, как будто ты собираешься врачом становиться! — ответила ей Славяна.
Не давая новой перепалке разойтись, перевёл внимание на себя.
— Титан — это бой на близкой дистанции. Уверена, что хочешь именно это? Развитие дистанционных атак идёт через другие узлы.
Славяна задумалась, а Доброславова спросила:
— А как ты сам собираешься развиваться?
На мне сошлись вопросительные взгляды.
— Есть такие комплексы узлов, звёзды. Пять узлов завязываются между собой, взаимно усиливаясь. Мне известно, как делать две звезды. Ещё о трёх известно в теории. Сразу говорю, что себе можно поставить одну, а при выполнении ряда условий — две. Я начал со звезды Аида.
И рассказал им, что это, какие преимущества даёт, и какие основные ограничения. Людмила к этой звезде осталась равнодушна, а вот Славяна воспылала интересом.
— Это то, что я хочу! Грубая мощь!
— Подожди, не торопись, — я жестом попросил девушку потерпеть. — Есть ещё одна, звезда Ахиллеса.
 
У нас она появилась слишком поздно, этой связкой пользовались в основном имперцы. Немцы называли звёзды иначе, Аид у них звался мирмидонцем, а Ахилес гастатом.
— Она тоже имеет в своей основе виту и титан, но вместо негатио, биста и икара в звезду входят гаста, гоплон и спарта. Гаста и гоплон заменяют медиаторы, ограничивая применения высшей магии. Гаста — узел атаки, позволяет использовать несколько различных атак как ближнего боя, так и дистанционного. На шестнадцатом ранге атаки становятся концептуальными. Гоплон — защита. На двадцатом ранге превращается в единственную защиту, способную остановить практически любую направленную атаку. Спарта тоже вид защиты, позволяет нейтрализовывать входящий магический урон, сжигая его в своей энергии. Тратит очень много сил, но делает носителя стойким к атакам.
Некоторое время потратил на уточнение деталей и известных мне нюансов этой звезды. Девушки впечатлились.
— Почему ты не стал использовать его? — спросила Людмила.
— Не хочу жертвовать высшей магией. Я рассчитываю получить вторую звезду, Зевса.
Рассказал об этой звезде, и здесь уже заинтересовалась Людмила. Оказалось, девушка грезит высшей магией.
— А я себе хочу Аида! — настояла Славяна. — Что и как надо делать?
Вздыхаю, потому что и сам хочу, да пока оно мне в полной мере недоступно.
— Завершённая звезда действительно делает тебя очень опасным противником, но есть один момент — затраты энергии. Мне до Аида остались закончить негатио и на следующем ранге поставить бист, но я буду ставить колодец, потому что десять секунд боевого режима — это смешно.
— Дело ведь не только в том, что у тебя будут стоять пять узлов, верно? — уточнила Доброславова.
Киваю:
— Да, их нужно правильно завязать между собой, чтобы они работали в определённом резонансе, взаимно усиливаясь. И резонанс этот дико прожорлив. Да, Зевс ты можешь получить уже на шестом ранге, но звезда будет бесполезна до шестнадцатого. Аид мало полезен до одиннадцатого. В этом преимущество Ахиллеса, он вполне эффективен сразу.
Мы ещё поговорили о магии, но время было уже позднее, так что девушки собрались по домам. Людмила несла в руках сумку с тренировочной одеждой. У Славяны такой сумки не было.
— Постирайте мои вещи, — сказала Кудрявцева. — И эту комнату закрепите за мной, в ней уютно.
Людмила прищурилась.
— Уже оставляешь вещи в доме парня. Демонстрируешь серьёзные намерения?
Но в этот раз Славяна лишь ухмыльнулась.
— Так и знала, что ты это скажешь! Да! Серьёзное намерение! Намерение первой получить узлы и стать высшим магов! Вот так.
И ушла с гордо поднятой головой.
— Она тебя сделала, — прокомментировал.
Доброславова фыркнула и тоже покинула дом. Вскоре две машины исчезли в вечерних сумерках. Я обернулся, окидывая холл взглядом. Пришла непрошеная мысль, что мои новые глаза позволяют без труда «подглядеть» за девушками в ванной. Идея была интересная, оценить фигуры девушек без вреда для их чести...
Я поднялся в комнату, которую Славяна хотела закрепить за собой, напряг глаза и моргнул...
— Первый раз передаю человеку свои глаза. И ты решил их использовать именно так.
Мысленно чертыхнулся, обернувшись на занявшее диван существо. Человеческое мужское тело, одежда всё та же, дорогой костюм, птичья голова.
— Гамаюн.
— Во плоти, практически.
Я нахмурился. Эти слова значили очень много. Обычно существа, вроде него, не могут воплощаться в реальном мире, за редким исключением. Гамаюн, похоже, заглянул в будущее и услышал мой вопрос.
— Реальность вокруг тебя — петля. Моя петля. И пусть я всё ещё скован ограничениями, обладаю некоторой свободой воплощения.
Понимая, что разговора не избежать, я сел в кресло.
— Зачем ты здесь?
Как ни пытался, не смог определить, относиться ли его голова к какому-то определённому роду птиц. Была некоторая схожесть с орлами, и в то же время с совами...