Огни Хафельберга

К тому же, наверняка у него будет в голове примерно то же самое, что и у остальных. Ну, молитвы всякие, грехи, отбивная на ужин, птички за окном и прочее. А чтобы прослушать человека поглубже, нужен тактильный контакт. И за час-полтора проповеди я, ну, никак всех не перетрогаю. Соседей прослушаю, в лучшем случае. — Согласен. Трудности со сплошной прослушкой есть, но они преодолимы. — кивнул стратег, поглядывая на монитор.
  
Я бы позаботился об их устранении, если был бы уверен, что Штайн наверняка появится в храме. Но гарантировать это нельзя. А значит, трудоемкая и опасная операция может стать просто потерей времени. А потому действовать будем осторожно. Из подсобки выплыла белобрысая официантка с нагруженным подносом, и Шелтон осёкся. Марцель злорадно отметил про себя, что теперь блузка у неё была расстёгнута ещё на две пуговицы, и декольте стало практически неприличным, с шестым-то размером бюста.
«Эй, тебя всерьёз планируют совратить!», — свистящим шёпотом окликнул телепат напарника. «Твои способности уже восстановились?», — мгновенно отреагировал Шелтон также в полголоса. — Да тут и без телепатии, всё ясно. Ха! Да ты понюхай, как она надушилась! Мартель хихикнул. — Как тебе её духи, а?
Не в моём вкусе. Ещё тише ответил Шелтон, но тут официантка подошла на опасно-близкую дистанцию, и он, мгновенно согнав с лица недовольную гримасу, дружелюбно улыбнулся. — Ваш заказ! — трепеща ресницами вздохнула жертва обаяния. — Суп, бифштекс с гарниром, фрэш, кофе позже принести, да? И, не дожидаясь кивка, Шелтона смущённо добавила. — Вот ещё за счёт заведения, второй морковно-сельдерейный фрэш и чесночные сухарики к супу.
Мартель подавился хохотом и притворился, что кашляет в бумажную салфетку. На лице у стратега ни одна чёрточка не дрогнула. — О, какой приятный сюрприз! — ответил он все с той же чарующей улыбкой. — Благодарю вас, Фройляйн. — Анна! Просто Анна! — жарко зарделась официантка и опустила взгляд.
Спасибо, Анна. К слову, я Шелтон, профессор Шелтон, а это мой лучший студент Марцель Шванг. Улыбка стратега стала еще шире. Не смотрите на его манеры. На самом деле он очень интеллигентный юноша. Просто застеснялся, видимо. У Марцеля началась истерика. На кашель это уже при всем желании не тянуло, но одурманенная Шелтоном Анна только благосклонно кивнула.
«Рада приветствовать вас в нашем городе, профессор Гершван», ответила она мечтательно. «Если что-то понадобится, ну, не только насчёт совета по заказу, я к вашим услугам, ну, подсказать, куда сходить и всё такое». Она окончательно смутилась и умолкла. — Непременно обратимся к вам. Кофе, пожалуйста, принесите через полчаса. — Хорошо.
Зовите, если что. Несмотря на внешнюю глуповатость, намек ей эта Анна ловила с полуслова. Шелтон проводил ее задумчивым взглядом, а потом обернулся к бессовестно ржущему напарнику. — Весело? А кому, думаешь, придется пить это? И многозначительно отодвинул бокал с фрешем от себя. — Тебе! — простонал Марцель, утирая злосчастной салфеткой выступившие слезы. — И не смотри так на меня, я от двух порций лопну, а тебе витамины тоже полезны.
— У-у-у, какие сухарики острые. Слушай, она точно пытается отвадить от тебя других поклонниц? Или любит поцелуи со вкусом чеснока? — Возможно, — усмехнулся Шелтон и выхватил один сухарик из вазы. «Хм, а фрэш с ними хорошо идёт. Шванг, ты лучше ешь, а не смотри мне в рот. Нам завтра много работать, ты должен быть в адекватном состоянии.
Наголодный желудок способностей восстанавливается медленнее». Мартель хотел огрызнуться, но прислушался, и понял, что телепатическая глухота пока никуда не делась. Даже Анну он воспринимал исключительно глазами и ушами, и от этого было неуютно. «Ну ладно, уговорил», — проворчал он и взял в руки нож с вилкой. «Так какие у нас планы?»
«В первую очередь мы навестим полицейский участок. Это наиболее перспективный путь на данный момент». Шелтон пустил глаза, разглядывая что-то на экране ноута. Ещё перед приездом я кое-что проверил. В полиции тут работают два человека, инспектор Йоган Вебер и младший офицер Герхард Штернберг. Вчера я пробил их данные по налоговой базе, и в списках представленных государственным наградом тоже кое-что любопытное нашлось.
Семьи Вебер и Штернберг проживают в одном доме в Хаффельберге, так что наши полицейские совершенно точно родственники. Видимо, престарелый дядюшка и его юный, но поддающий надежды племянник. Вебер по молодости служил в армии и был в составе миротворческого контингента Еврокона во время вооруженного конфликта в Северной Африке. Имеет несколько наград. Судя по фотографиям и подробностям биографии, человек суровый, но очень и очень пожилой уже.
А Герхарду Штернбергу всего 22 года. Фотографии отсутствуют, но есть упоминания о его участии в школьных олимпиадах по истории и географии. После школы он окончил курсы по программированию, уехал в ближайший большой город и некоторое время Шелтон прокрутил информацию на экране скроллером, И некоторое время работал клерком в банке, если судить по его единственному резюме на горячих вакансиях.
Но что-то у него там не заладилось, и вскоре он вернулся. Так что, скорее всего, Герхард Штернберг, хоть по должности и офицер, но фактически секретарша в брюк. И именно он, наверняка, занимается всеми базами данных Хаффельберга. Вот его мы и расспросим на предмет недавно прибывших и вновь вернувшихся. А после визита в полицейский участок прогуляемся по окрестностям. — О, как романтично! — фыркнул Марцелли, едва бифштексом не подавился.
— Мне фотоаппарат взять, а корзинку для пикника? — Возьми. Без тени иронии кивнул стратег. — Для отвода глаз. Нам много придется сходить. Будем осматривать заброшенные дома в окрестностях городка. Беглец запросто может устроиться в одном из них. Еще полезно будет наведаться в городской архив и узнать, какие родственники были у Ноуэштайна в этом городе. Сомнительно, что он будет у них скрываться, но все же.
Кстати, в сводной базе данных по Европейскому конгломерату существует только один Ноуэштайн. И родственников у него, что любопытно, нет. «Что, вообще?» — скинулся Марцель. «Он прям как я. Или думаешь, у него псевдоним?» «Возможно». Вновь согласился Шелтон, но уже неохотно. «Но тогда у нас прибавляется проблем. Потому что если это так, то он может осознавать себя не Нуаштайном, а каким-нибудь Рихардом Ноттом, или как там его настоящее имя.
Значит, прослушивать придется глубже. — Вот засада, — вздохнул Марцель. После обработки священника о новом глубоком прослушивании думать не хотелось. — Ты не подумай, я справлюсь. Просто хотелось бы пореже прибегать к крайним методам. «Именно над этим я сейчас и работаю», — улыбнулся Шелтон и отхлебнул из бокала через край, игнорируя жизнерадостно торчащую из оранжево-зелёной гущи соломинку.
— Можешь расслабиться на сегодня. Я был серьёзен, когда говорил, что тебе нужно отдохнуть. — Уже отдыхаю, — невнятно ответил Марцель и в один укус прикончил бифштекс. — Слушай, а если он правда стратег? Тогда у меня есть клёвая идея. Другие стратеги ведь похожи на тебя. Шелтон задумался, а потом пожал плечами и вернулся к работе.
«Честно говоря, не знаю. Я понял, что ты имеешь в виду. Похоже ли, мы звучим телепатически. Но это вопрос сложный. Мы с тобой встречали слишком мало стратегов для того, чтобы собрать достаточную базу для исследования. А научных трудов на эту тему, разумеется, не было. Но давай попробуем разобраться. Ты помнишь доктора Амаргия? — Смутно, — честно признался Марцель, — такая блондинка из британской зоны.
  
— Да. А Джильда Леоне, глава Международного института психиатрии? — Уже совсем робко предположил он. — Ты еще лет семь назад к этому старикану мотался, чтобы добыть информацию о стратегах, кажется. Извини, я тот период совсем не помню. Сам знаешь, почему. — Да, — кивнул Шелтон и медленно провёл указательным пальцем вдоль брови, одновременно отводя упавшую на лоб прядь.
Марцель знал этот жест, значит, стратег размышляет. Именно как стратег, а не как обычный человек. — Как по-твоему, мы схожи мыслям, доктор Амарги, Джильда и я? — Ну… Под задумчивое настроение Марцель быстро прибрал с тарелки остатки овощей, даже ненавистную морковь и зелёную фасоль.