Любовь Взаперти (ЛП)

 Раздался звонок, и в дверях появился Мауро, закатив глаза и глядя на отца.
 — Я уже здесь. Приехал так быстро, как только мог. К сожалению, я не единственный на дорогах.
 — Мы опаздываем на наш рейс, — сказала мама.
 Я остановилась на последней ступеньке лестницы и быстро улыбнулась Мауро, стараясь не обращать внимания на то, как трепещет мой живот. В течение трех лет я была влюблена в него, совершенно безумная, невозможной влюбленностью, от которой не могла избавиться. Хорошо еще то, что Мауро не видел во мне ничего, кроме своей маленькой сводной сестры, с которой ему теперь приходится нянчиться, будто мне было восемь, а не почти восемнадцать.
  
 Мауро поднял бровь, глядя на меня поверх головы моей матери, и мне пришлось сдержать смешок. Она, наверное, навечно наказала бы меня, если бы узнала, что я и наполовину не расстроилась, как ей хотелось бы, потому что мне не разрешили поехать с ними в их лыжное приключение.
 — Вы уезжаете на запланированную неделю? — спросил Мауро.
 — Конечно, — сказал Альфредо, словно это был глупый вопрос.
 Глаза Мауро сузились, брови сложились в галочку, а мускул на левой щеке дернулся так, что стало ясно: он недоволен сложившейся ситуацией.
 Это так ужасно провести со мной несколько дней?
 — Через четыре дня у Стеллы День Рождения. Разве не принято отмечать вместе с семьей?
 Ох. Он был вне себя от моего имени. Глупые бабочки в моем животе взбунтовались.
 Мать издала негромкий неопределенный звук.
 — Она должна была подумать об этом, прежде чем выделываться.
 Моя младшая сестра ударила меня своей куклой Барби, потому что я не сделала того, что она хотела, поэтому, я забрала ее игрушку. Мама ужасно избаловала ее и других моих сводных братьев и сестер и, очевидно, предпочитая, чтобы все так и оставалось.
 Я счастлива остаться дома. Если бы я отправилась с ними, они использовали бы меня, как няню и свою метафорическую боксерскую грушу всякий раз, когда что-то шло не так, как планировалось. Несколько холодных дней с Netflix, фастфудом и Мауро казались чистым блаженством по сравнению с этим.
 Мауро снова покачал головой. Иногда мне казалось, что отсутствие интереса у моей матери раздражало его больше, чем меня. Это беспокоило меня в течении долгого времени, и иногда это возвращалось, но я уже смирилась с этим. Мама не станет чудесным образом более заботливой или ласковой, и если я не хочу, чтобы ее пренебрежение сломило меня, мне нужно принять это и двигаться дальше.
 Мама, Альфонсо и трое избалованных маленьких детей наконец покинули дом. Мауро захлопнул дверь с большей силой, чем это было необходимо, и покачал головой. Затем его взгляд остановился на мне.
 — У тебя такой вид, словно ты получила тюремный срок. Неужели это так ужасно остаться со мной?
 Мауро провел рукой по своим темным волосам, и его молочно-шоколадные карие глаза встретились с моими.
 — Нет. Но я терпеть не могу, когда меня отрывают от дел из-за театральных постановок последних минут.
 — У тебя были какие-то планы? — спросила я, гадая, встречается ли он сейчас с девушкой.
 Он не мог по-настоящему состоять в отношениях. Женщинам из нашего мира дозволялось быть только со своим мужем, а посторонние люди никогда не могли быть чем-то большим, чем просто интрижкой. И все же меня беспокоило то, что Мауро проводил время с другими девушками, хотя это определенно не должно было меня волновать. Бабочки прекратили свое безумное трепетание, словно кто-то оторвал им крылья, и именно так я чувствовала себя всякий раз, думая о том, насколько обреченными были мои чувства к Мауро.
 Я не могла удержаться, чтобы не разглядеть его. Он был высок, больше чем на голову выше меня, и мускулист, но не громоздок. Он был грациозным, смертельно опасным и просто до смешного красив. Его футболка обтягивала шесть кубиков, грудь и сильные бицепсы. Из-за того, что футболка была белой, сквозь нее просвечивал контур его татуировки Фамильи, которую получал каждый член мафии за своё посвящение.
 Рожденный в крови, поклявшийся на крови. Я вхожу живым и выхожу мертвым.
 Почему я не могу перестать смотреть на него так, будто когда-нибудь смогу быть с ним? Это неправильно. Наши родители никогда бы этого не допустили. Главным образом из-за большого скандала, который это вызовет. Я не была уверена, как долго рассматривала его, но Мауро, казалось, был погружен в свои собственные мысли. Он смотрел на меня так, словно я была его кошмаром, ставшим явью, и я этого не понимала. Мы были так близки до того, как он уехал на Сицилию, и все еще продолжали, пока он находился там, но время от времени все становилось напряженным, почти неловким. У меня не хватило смелости спросить его почему. Возможно, это происходило со всеми людьми в моей жизни. В конце концов они теряли ко мне всякий интерес.
Глава 2
 Мауро 
 Я уставился в темноту. Блядь, я ничего не боялся, но сейчас вел себя, как чертова киска. Боясь заснуть. Слишком напуган мучительными фантазиями моего разума, которые с каждым днем становились все более сказочными в непосредственной близости от Стеллы. На сегодняшний день, мы провели вместе целых три дня. Я разрывался между желанием, чтобы наше время наедине закончилось, как можно быстрее — ради предотвращения несчастья — и желанием продлить его.
 Стелла была моим наркотиком по выбору. Она не обращала внимания на мои грязные мысли, на все способы, которыми я уже трахал ее в своих фантазиях. До сегодняшнего дня ей было семнадцать, а завтра она наконец достигнет совершеннолетия. Наконец-то? Еще один рушащийся барьер, еще один удар по моему слабеющему самообладанию.
 Блядь. Отец дал мне одно задание: присматривать за Стеллой, защищать ее физическое здоровье и честь. Последнее, вероятно, больше, чем первое. В конце концов, девушку в наших кругах судили по ее ебаной чистоте. Это и причина отвратительной традиции кровавых простыней. Он все еще хотел выдать ее замуж за того, кто больше заплатит. Если я буду действовать в соответствии со своими фантазиями, это может разрушить его планы.
 Мои глаза заметили движущуюся тень в комнате. Сначала я был уверен, что мой разум играет со мной злую шутку. В саду и доме была установлена усовершенствованная сигнализация, которая срабатывала, как только что-нибудь крупнее кошки пыталось перелезть через забор. Это было необходимо, потому что наша территория граничила с вражеской землей, и Наряд часто нападал с тех пор, как было нарушено перемирие.
 Еще одна тень, потом еще. Что за хуйня?
 Где-то в доме разбилось стекло. Никакой тревоги. Ничего.
 Я резко развернулся, схватил с тумбочки свои Беретты и помчался по коридору к комнате Стеллы, сунув один пистолет за пояс спортивных штанов. Я ворвался внутрь и, шатаясь, направился к ее кровати, схватив ее за руку. Я рывком поднял ее, и она проснулась, тяжело дыша, с широко раскрытыми от страха глазами. Ее губы открылись, чтобы закричать, но моя рука зажала ей рот. Наконец ее глаза остановились на моем лице, и она в замешательстве сдвинула брови.
 — Нападавшие находятся в доме. Пойдем, мне нужно отвести тебя безопасное место.
 — А сигнализация? — спросила она.
 Я вытащил ее из постели, когда она не пошевелилась.
 — Стелла, иди за мной!
 После еще одного мгновения колебаний она, наконец, выполнила мой приказ. Вытащив второй пистолет, я протянул его Стелле. Она покачала головой.
 — Я не умею стрелять.
 — Направь в нападающего и нажми на чертов курок, все.
 Она взяла пистолет, и я повел нас в коридор.
  
 — Все время держись за мной и случайно не попади мне в спину. И ради всего святого, делай то, что я говорю, без лишних вопросов.
 Она молча кивнула, явно ошеломленная моим доминирующим поведением.
 Мы поспешили к лестнице. Из гостиной доносились приглушенные мужские голоса.
 — Быстрее, — прохрипел я.
 Я схватил ее за запястье, потому что она выглядела в ступоре. Я поспешил вниз по лестнице, волоча за собой Стеллу. Вход в безопасную комнату находился в кабинете отца на первом этаже, последняя дверь справа ответвлялась от вестибюля. Когда мы добрались до последней ступеньки, в дверях гостиной появился злоумышленник. Я нажал на курок и отправил ему пулю в левый глаз. С громким стуком он рухнул на пол. Я протащил Стеллу мимо тела, услышав шаги еще нескольких незваных гостей в гостиной. Я побежал быстрее, хотя Стелла отчаянно дышала позади меня. Я с силой толкнул дверь, вбежал внутрь и набрал код на клавиатуре рядом с одной из книжных полок. Пол рядом со столом раздвинулся, открыв узкую лестницу и подземную комнату.