Роза, что Изменила Графа: История Попаданки (СИ)

— Да ты опасна и коварна, Алисия. Мне нравится, когда ты такая, — ухмылялся парень, его глаза блестели от игривого интереса.
На его комментарий я промолчала, хотя сердце екнуло от неожиданного комплимента.
— Так чем я должен тебе помочь? — спросил он, наклонив голову вбок.
— Приготовить зелье , слезы единорога у меня есть только на один раз, и нельзя допустить ошибку, — ответила я, стараясь говорить уверенно.
  
— Что ж, я помогу тебе, — сказал Теодор, его улыбка стала шире. — Но учти, это дело не из легких. Ты уверена, что готова к этому?
— Да, я готова, — кивнула я, чувствуя, как внутри меня нарастает решимость. — Мы должны сделать это правильно.
— Ладно, тогда давай соберем все необходимые ингредиенты, — сказал он, подмигнув. — И не забудь, что я не собираюсь брать на себя всю ответственность, если что-то пойдет не так.
— Я знаю, — усмехнулась я. — Но я уверена, что с твоей помощью у нас все получится.
— Хорошо, только сначала давай поспим, а то я даже боюсь, что наварю тебе зелье на хмельную голову, — сказал Теодор, потирая глаза и зевая.
— Согласна, — ответила я, улыбнувшись. — Нам нужно быть в форме, чтобы не допустить ошибок.
Я уже начала подниматься по лестнице, когда услышала шаги в коридоре и подумала, что это Теодор, который передумал спать. Я остановилась на лестнице, но увидела госпожу Розе.
— Гляжу, не только мне не спится, — сказала женщина, завидев меня. Она была в длинном синем халате, а волосы ее, словно вообще не встречались с подушкой, были аккуратно заплетены.
— Не хотела вас потревожить, я уже возвращаюсь к себе, — проговорила я, стараясь выглядеть непринужденно.
— Ох, так жаль! Думала, составите мне компанию за чашечкой чая, — ответила она с теплой улыбкой.
— Я бы с радостью, но у меня не самый подходящий вид, — произнесла я, прикрываясь руками.
— Это мы поправим, — произнесла она, и через мгновение на мне из ниоткуда начала словно в воздухе шиться ткань, укутывая меня в такой же халат, но лилового цвета. — Да, этот цвет вам идет. Так что, чаю?
— Как вы это сделали? — обескураженно поспешила за ней я.
— Я могу превращать материю в то, что мне нужно. Стихийная магия ценится больше, но, как по мне, моя в разы практичней, — пожала плечами она, усаживаясь в кресло и отодвигая ногой пустую бутылку, что оставил Теодор.
Я села напротив нее, все еще удивленная ее способностями.
— Это впечатляет, — признала я. — Вы действительно можете делать все, что хотите?
— В основном, да. Но, как и в любой магии, есть свои ограничения. Главное — знать, когда и как использовать свои способности, — ответила она, наливая чай в две чашки. — А теперь расскажите, что вас тревожит? Вы выглядите так, будто на вас легло бремя целого мира.
— Переживаю перед предстоящей свадьбой, — соврала я, хоть и не сильно.
— Что ж, вы все об этом. Не стоит. Ваш будущий муж — достаточно хороший человек и весьма амбициозен, — ответила она с доброй улыбкой.
— Амбициозен, — повторила я за ней, но в голове у меня уже крутились другие мысли. — А вы знаете, что стало с их матерью?
— А вы? — резко переспросила она, прищурившись.
— Ее прокляли, — тихо проговорила я, чувствуя, как холодок пробежал по спине.
— Ну, раз вы знаете, зачем спрашиваете меня? — спросила она, наклонив голову.
— Вы пытались ей помочь? — спросила я, надеясь на ответ.
— Естественно, но в ее случае все тщетно, — ответила она, вздохнув.
— Ей совсем никак нельзя помочь? — спросила я, не веря в безысходность.
Женщина задумалась, и я заметила, как ее взгляд стал более серьезным.
— Я навещала ее, и встреча с вами наткнула меня на одну мысль, — произнесла она, словно сама себя убеждая.
— На какую? — спросила я, заинтригованная.
— Думаю, ее разум помещен в отдельное место, далеко за пределами нашего мира, — произнесла она, и я почувствовала, как сердце забилось быстрее.
— В другом мире? — переспросила я, словно не сама я пришла как раз из такого.
— Нет, не в прямом смысле другого мира, хотя и такие, конечно, существуют. Я думаю, ее душа где-то между реальностью и сном, словно заперта в каком-то кошмаре, — объяснила она, и я почувствовала, как холодок пробежал по спине.
— Вы хотите сказать, что настоящий отец Каспиана запер ее сознание в кошмаре? — спросила я, не веря своим ушам.
— Так вы и о его отце в курсе. Ну да, я думаю, что это так, — кивнула она, и в ее голосе послышалась печаль.
— А почему вы подумали об этом при встрече со мной? — спросила я, пытаясь понять связь.
— Вы знаете, чем так ценится стихийная магия? — спросила она, глядя на меня с интересом.
— Боюсь, что нет, — призналась я, чувствуя, как волнение нарастает.
— Что ж, порой ваше полное незнание простых вещей заставляет и меня думать, что вы взялись из другого мира, — произнесла она, прищурившись, но с добротой. Мое сердце ускорилось от ее слов с бешеной силой.
— Ну что ж, это ничего, я вам все расскажу, — добавила она, и я мысленно выдохнула, будучи благодарной небу, что женщина не зациклилась на этом.
Госпожа Розе махнула рукой, и на столе, словно пазл, стали собираться частички, которые вскоре превратились в чайник и кружки. Рядом с чайничком следом появился кофейник. Я подняла на колдунью глаза.
— Я заметила, вы предпочитаете кофе, — сказала она, улыбнувшись.
— Так и сесть, — ответила я.
— Что ж, не мне вас судить, но чай, как по мне, полезнее, — заметила Розе
— Буду иметь в виду. Вы хотели рассказать о стихийной магии? — с нетерпением произнесла я.
— Конечно, конечно. Дело в том, что стихийная магия, а точнее, ее главная изюминка заключается в безграничной силе, которая зависит только от таланта самого мага. Например, был один маг, который управлял стихией ветра, и он в одиночку сравнял с землей целое государство. Его сила была такой, что ураганы сносили все , в щепки превращались вековые постройки и он не оставил камня на камне. А другой запомнился тем, что заморозил целое войско, и оно, как тысячу лет, все так же стоит. Ни солнце, ни один маг огня не смог растопить тела воинов, — рассказала она, и в ее голосе звучала гордость за магию.
Я слушала, затаив дыхание, представляя себе эти невероятные силы.
— Это потрясающе! — воскликнула я.
— Да, как и магия огня может уничтожить абсолютно все, — произнесла более размеренно женщина.
— К чему вы клоните? — спросила я, чувствуя, как волнение нарастает.
— У меня возникла идея при встрече с вами, и я удивилась, как не подумала об этом раньше. Но я не уверена, что это сработает, но все же...
— О чем вы? — насторожилась я.
— Может, можно уничтожить проклятие стихией огня. Сжечь саму его магическую часть, — произнесла она, и в ее голосе послышалась надежда.
— Поджечь саму магию? — удивилась я.
— А почему нет? — ответила она с легкой улыбкой.
— Это кажется невозможным и звучит сложнее разрушенных ветром городов, — заметила я, все еще не веря в такую возможность.
— Так и есть, но и это многим казалось невозможным, — кивнула она.
— А вы бы могли мне помочь в этом? Я бы хотела помочь их матери вернуться к жизни, — спросила я, полная решимости.
— Думаю, да. Но если вы правда этого желаете, то нам придется ускориться. Когда я видела ее в последний раз, мне показалось, что ей осталось недолго. Это состояние медленно ее губит, — произнесла она с печалью в голосе.
— Я готова ускориться, — закивала я, чувствуя, как внутри меня загорается огонь решимости.
— Тогда нам нужно уходить от игр с свечами и заняться более сложной магией. И вам еще кое-что понадобится для этого. Мне нужно будет ненадолго вас оставить и съездить к себе, но я управлюсь сегодня, и завтра к обеду буду здесь. А пока вы можете потренироваться без меня. Вам нужно научиться чувствовать пламя, чтобы оно стало частью вас самой, — сказала она, и в ее глазах зажглось понимание.
  
Я кивнула, готовая принять вызов. Внутри меня разгорелось желание научиться, и я знала, что это будет непросто, но я была готова рискнуть ради спасения матери тех, кто, несмотря на все, стал мне близок.