Боевые перчатки

Вдруг наступила тишина, которая бывает после продолжительной стрельбы, когда барабанные перепонки все еще продолжают вибрировать от грохота пуль. И все-таки Круглов услышал стон Ворона и шаги на лестнице. «Неужели я ранил его? — подумал майор и, высунувшись из-за статуи, снова выстрелил. Ответного огня не последовало. — Или я его ранил, или он притворился, — заключил Круглов. — Надо быть осторожным». Майор Круглов вставил в автомат новый рожок и передернул затвор. Он выполз из-за спасительного укрытия и пополз, огибая кафельный выступ бассейна и стараясь подобраться поближе к широкой деревянной лестнице, которая вела на второй этаж.
Поднявшись, Круглов стал пробираться вдоль стены. Вот и лестница. Майор поднял голову вверх. В любой момент мог прозвучать выстрел. Однако нужно было идти вперед. Под ногами Круглов почувствовал мягкую ковровую дорожку. И в то же мгновение майор отшатнулся в сторону, успев нажать на спусковой курок автомата. Где-то наверху, в полумраке, майор Круглов заметил качнувшуюся тень Ворона и услышал стоны.
Раненый главарь банды отполз в глубину дома. Но и Круглов почувствовал резкую боль в левом плече. Дотронувшись рукой до раны, он ощутил липкую кровь. «Все-таки попал, — подумал майор, — но ничего, жить можно. Еще посмотрим, кто кого…»
Несмотря на рану, Круглов прижался к стене и медленно, шаг за шагом, стал подниматься наверх, держа оружие наготове. Он шел, тяжело дыша. Казалось, что эта длинная лестница никогда не закончится. Но вот, наконец, майор Круглов оказался наверху. Постояв немного, он заглянул в широкий коридор. Ворона не было. «Наверное, скрылся в какой-нибудь из комнат», — подумал майор. Круглов присел возле угла, снял бушлат, куртку и, разорвав свою рубашку, как можно туже перевязал раненое плечо.
Ворону послышался шорох в коридоре. Высунувшись из комнаты, он выпустил длинную очередь. Пули засвистели в коридоре, противно взвизгивая при рикошетах. Майор Круглов и не думал высовываться. Пули грохотали, а он спокойно сидел за углом. В отблесках выстрелов майор заметил пятна крови, тянувшиеся в глубь коридора. «Значит, я точно ранил Ворона», — подумал Круглов.
Наступила тишина.
— Слушай меня, Александр Данилов по кличке Ворон. С тобой говорит майор Круглов.
— Чего ты хочешь, майор? — прерывисто дыша, спросил Данилов.
— Ты и твоя банда совершили много преступлений. В том числе и убийств. Я пришел, чтобы арестовать тебя. Сдавайся или я застрелю тебя. Выбирай! — как можно громче сказал майор Круглов.
— Сдаваться, говоришь… Ну иди сюда. Арестуй меня, майор. Попробуй, — ухмыльнувшись, отозвался Ворон.
— Выходи сам. Бросай оружие и выходи с поднятыми руками. Только в этом случае я не буду стрелять. Передам тебя в руки правосудия. Пусть суд решает, что с тобой делать.
— Суд, говоришь… Плевал я на законы и на тебя, майор! Ты понял?.. Плевал!.. Если ты попробуешь сунуться, я убью тебя!
— Значит, ты сделал свой выбор? — громко спросил Круглов.
— Да, майор. Я давно уже сделал свой выбор. Сдаваться я не собираюсь, — Ворон вдруг перестал говорить.
Наступила гнетущая тишина.
— Слушай, Ворон, ты чего замолчал? Нам есть с тобой о чем поговорить, — сказал Круглов, соображая, что ему предпринять, чтобы ликвидировать опаснейшего преступника.
Раненого Ворона мучила жажда. Напротив, в соседней комнате, стояла коробка с апельсиновым соком. И Ворон, забыв об осторожности, собрал остаток сил, поднялся и выскочил в коридор.
Выстрел майора Круглова опередил Ворона, который даже не успел нажать на курок. С грохотом бандит повалился на пол, выронив из рук автомат. «Больше он никого не будет убивать, — выйдя в коридор, подумал майор Круглов. — Опаснейший преступник, наводивший ужас на всех жителей города, был уничтожен…»
… Неожиданно в комнате зажегся свет. Юрка открыл глаза и посмотрел по сторонам. «Я же должен быть сейчас на острове в особняке Ворона», — подумал он.
— Эй, друг, уже начало седьмого. Ты собираешься идти на кросс? — услышал Юрка голос отца.
«Значит, это был только сон», — подумал мальчик, медленно вставая с кровати.
 
— Я сейчас, пап, быстро соберусь, — потягиваясь, произнес Юрка.
— Что-то ты сегодня заспался? — покачал головой Сергей Дмитриевич.
— Мне снился очень интересный сон. Не сон, а целый детектив, — надевая спортивный костюм, признался мальчик.
— Тебе поменьше надо смотреть по телевизору разные боевики. А то совсем из режима выбьешься, — строго сказал отец.
— Все будет нормально, из режима я не выбьюсь.
— Надеюсь, — спокойно сказал Сергей Дмитриевич. — И не забудь сделать перед утренним кроссом хорошую разминку. Пресс покачай. В общем, все как положено.
— Понял, — коротко ответил Юрка и, надев спортивный костюм, начал делать упражнения.
На разминку оставалось совсем мало времени, и Юрка торопился. Ведь внизу, возле подъезда, его будет ждать Вовка Шатров.
Закончив качать пресс, Юрка быстро поднялся с пола и выбежал в коридор.
— Что-то ты быстро размялся, — увидев сына в прихожей, сказал Сергей Дмитриевич.
— Меня Вовка уже ждет, — завязывая кроссовки, сказал Юрка и, открыв входную дверь, выскочил из квартиры и побежал по ступенькам вниз.
В дверях подъезда он столкнулся с Вовкой. Друзья едва не стукнулись лбами.
— Куда ты несешься? Чуть с ног не сбил, — уклонившись в последний момент от столкновения, произнес Шатер.
— Вниз… Понятное дело, — немного растерявшись, ответил Юрка.
— Ты чего, проспал? Я тебя ждал-ждал, чуть не замерз… Думаю, надо подниматься за этим нарушителем спортивного режима. Что случилось? — спросил Вовка.
— Понимаешь, я всю ночь гонялся за опасным преступником по кличке Ворон, — начал объяснять Круглов.
— Что?.. За каким преступником? Ты что несешь? — удивился Шатров.
— Да это я во сне гонялся. К утру только разделался с ним. Хорошо, батя разбудил, а так бы я еще спал.
— Ну ты даешь… — покачал головой Вовка. — Ладно, давай уже начинать. Время. Мы и так опаздываем.
И друзья вместе побежали по дорожке.
  
Глава 6
 
Вовка Шатров обожал пятницу. Во-первых, это предпоследний день перед долгожданным выходным, а во-вторых, в пятницу проводились спарринги. Вовка любил проверять себя, свою волю в тренировочных боях. Ведь что такое учебный бой? Это напряжение всех твоих сил. И не только физических, но и духовных. Ведь в каратэ молниеносные удары, и поэтому бой держит все время в напряжении. Всегда существует вероятность пропустить сильный удар. Чтобы победить, нужно действовать смело и решительно и, как говорит Олег Станиславович, не бояться ударов противников. Ведь в годзю-рю каратэ справедливо считается, что в реальном бою не только ты наносишь удары, но и твой противник.
Шатров зашел в додзе (так называется тренировочный зал каратэ), поклонился и пошел в раздевалку. Через несколько минут он вышел в чистом белом кимоно и стал разминаться, настраиваясь на предстоящие поединки. Обычно перед спаррингами Шатров становился лицом к стене, чтобы не отвлекаться, и начинал выполнять упражнения на растяжку. После этого он начинал бой с тенью, чтобы «почувствовать» свое тело.
Вот и сегодня Вовка встал возле стены и принялся выполнять растяжку. Через несколько минут в додзе вошел тренер. Все ученики поклонились ему. Тренер тоже слегка наклонил голову и улыбнулся.
После короткой медитации, когда все сидят на полу, подогнув ноги и сосредоточившись на дыхании, начались учебные бои. На этот раз был не круговой спарринг, а соревновательный. Все ученики садились по кругу. Тренер называл фамилии двух бойцов, после чего ребята выходили на середину, и по команде тренера начинался бой.
Прошло несколько боев, прежде чем Вовка услышал свою фамилию. Он поднялся и вышел на середину. Его противником был Сашка Клюев — высокий худощавый парень старше Шатрова на два года. Начался поединок. Поначалу противники осторожничали, внимательно наблюдая за движениями друг друга. Но вот Клюев пошел в атаку. Увернувшись от прямого удара ногой соперника, Шатров контратаковал сам. Его удар ногой был довольно сильным. Противник отлетел в сторону и упал. Через несколько секунд он поднялся и начался «плотный» бой, в котором юные каратисты осыпали друг друга ударами. Но вот прозвучала команда тренера: «Ямэ!», что означало конец поединка. Соперники учтиво поклонились друг другу и улыбнулись. Ведь все ребята в секции были товарищами и поддерживали друг друга. «Каратэ начинается и заканчивается поклонами, — часто говорил тренер, — поэтому вы должны уважать не только себя, но и своих соперников».