Зов планеты (СИ)
Они замолчали, наслаждаясь утренней тишиной и спокойствием. Девушка предложила поискать реку, столь любимую пилотом, и вот, через некоторое время, они уже бродили в лесу, вдоль ее берега. Пилот, оказался прав, здесь действительно было очень хорошо и спокойно. В тростнике с красными колокольчиками цветов порхали полупрозрачные насекомые, собирая драгоценный нектар. Деревья, как ивы склонили к воде свои тонкие ветви. От берега к берегу дугой протянулись могучие стволы с висящими на них лианами. Над головами заворковала белая птица. Она просунула из-за мокрых листьев голову и с интересом стала рассматривать новых гостей, периодически расправляя пушистый хохолок и щелкая клювом.
- Знаешь, - промолвила Алесса, разглядывая любопытную птицу. – Я все равно не жалею, что оказалась на Эн-тэллѝ. Здесь все слишком не похоже на то, к чему я привыкла. Сейчас, я понимаю, почему папа заинтересовался именно этой планетой. Только вот все эти смерти… Что нас ждет дальше? Почему именно мы оказались на лезвии ножа?
-Ну, - Протянул терианец и уселся на берегу. – Я могу предложить только, что боги выбрали для нас этот путь!
- Перестань! Ты же никогда не был религиозным, Арон! – Алесса фыркнула и толкнула его локтем в бок.– Тебе не кажется, что и мы можем погибнуть? Просто не вернуться... как не вернулся Олег.
Терианец помолчал, прислушиваясь к песням леса, и только тяжело вздохнул.
- А если выживем, что потом? – не унималась она.- На наши головы сверху нацелены орудия твоего собственного народа!
- Мой народ ошибается! – буркнул Арон и сшиб ногой камушек. – Ты боишься, да?
- Я смертельно боюсь, - страшно оступиться. Боюсь снова увидеть смерть кого-то из вас. Вы стали для меня очень близкими, и я не хочу никого терять. Я уже не успела дважды: ни с Конди, ни с Олегом. Если Олега и пыталась вытащить, то с Конди… просто стояла с дубиной и смотрела, как его убивают. Ты же знаешь, что я никому этого не рассказываю, даже Наяду. Для них все проще. Для таких как Андрей и Грег, это просто работа, для Айдары и Вернанда - дом, для Наяда - обещание, а для меня...
- Уж что-что, но ты точно не виновата в их гибели. Ты растерялась! – С горечью для себя Арон чувствовал, что все-таки теряет свою дорогую подругу. Алесса уже не такая, какая была прежде. - Разве ты каждый день видишь, как лютоволки нападают на человека?
- Нет, но если я растеряюсь еще раз?
- Не переживай! Как говорит Андрей, мы знаем, на что идем. Просто не всегда к этому готовы. Все что ни делается, значит так и должно быть.– Арон ободряюще улыбнулся. – Я уверен, твой папа хотел, чтобы Эн-тэллѝ стала твоим домом, а теперь попробуем защитить его, нууу… как-нибудь! Тем более у тебя постоянные видения с голосами вечно что-то просят!
- Просят найти их. – Алеса прищурилась, вызывая в памяти последнее видение при ранении, и поникла сильнее, вспомнив о боли. - Древних, которые невероятным образом похожи на людей.
- Вот видишь, сколько у тебя работы! Просто грешно сдаваться!
С каким трудом Арон вызвал у Алессы вымученное подобие улыбки, однако злая искорка в зеленых глазах потухла.
Тяжело вздохнув, девушка легла на траву и с удовольствием стала разглядывать любопытную птицу. Она снова заговорила.
- Как же теперь ты, Арон? Ведь для своего народа ты стал изменником!
- Вот об этом вообще волнуюсь меньше всего. Я делаю то, что считаю правильным и нужным. Ну, придется побыть изменником родины, значит, ничего не поделаешь! Всякое разнообразие в жизни! А в глупую игру Императора я лезть не желаю! Да и мозгов не хватит.
Алесса снова рассмеялась, на этот раз уже легче. Арон вздохнул с облегчением.
Над головами совсем расцвело, даже тучи казались не такими темными, и лежа на берегу реки, Алесса думала, что может все не так и страшно, как кажется в начале. Ей стало легче от своего признания, хоть страшные кадры до сих пор стоят перед глазами и как назло, никуда не желают испаряться.
Белая птица примостилась на веточке и уже некоторое время над их головами мирно чистила белые перышки, как вдруг замерла, словно к чему-то прислушиваясь. Алесса с любопытством разглядывала ее, ожидая, что она вот-вот улетит, но та и не думала этого делать. А потом она вдруг, вся встрепенулась, вскинула голову и подняла глаза к небу. Хохолок на головке распушился, расцвел снежным цветком. Арон весь обратился в напряженное внимание и замер.
- Что случилось? – Лениво спросила Алесса.
- Птица… - от его тона ей стало не по себе. – Она чувствует что-то! Опасность!
Словно, поняв слова терианца, птица вдруг расправила свои белые крылья и закричала высоким пронзительным голосом, от которого по спине пошел ледяной холод.
- Она предупреждает сородичей!
- О чем, о буре? – спросила Алесса, но замолчала, так как до их слуха донесся далекий грохот. Она подумала, что это гроза, но Арон побледнел и прислушался. По воде реки прошлась нервная рябь.
Грохот повторился и птица в ответ забесновалась. С пронзительными криками она замахала крыльями, перепрыгивала с ветки на ветку, рвала листву с высоких кустов. И тут, высоко в небе с необычайной скоростью вдруг пролетел град горящих линий, похожих на смертоносные копья. А после, земля, как в Звенящих Холмах задрожала от последующих громовых ударов.
Страшная догадка осенила обоих. Они вскочили на ноги, и, что есть духу, побежали обратно на базу, не в силах произнести хоть слово.
В главном блоке опять суета, люди выходили из казарм и торопились в штаб, чтобы узнать причину грома. Однако многие, кто не смотрел на небо, были уверены, что где-то издалека на них идет обычная Эн-тэллѝйская гроза, от которой старинные стены вряд ли станут достойной защитой.
В дверях она налетела на Наяда, и тот, не говоря ни слова, обхватил ее за плечи и быстрым шагом повел в зал брифинга. Там собрался почти весь отряд.
Большой стол переговоров превратился в экран голографического изображения города, где целые ее части покрывались красными пятнами. Арон в ужасе ахнул, а Андрей подвел их к столу и мрачно произнес:
- Орбитальная бомбардировка Тайрѝса! Таллийская Империя разрушает собственный город.
Си’ар, не веря в происходящее, дрожал в слепой ярости и недоумения, пока кроваво-красные пятна с неумолимой быстротой расползались по поверхности большого терианского города.
Айдара, сжав руками горло, прижалась к Андрею. Даже на картинке, на обычном голографе, это зрелище было ужасающим. А когда, красный цвет заполонил всю территорию изображения, и эхо канонады за три сотни километров от базы, затихло в потревоженном воздухе, полковник Орлей, не мигающим взглядом изрек:
- Тайрѝс уничтожен. Города больше нет.
- Как… - прошептал Арон задыхаясь от страха. – Как…. его больше нет?
Ему никто не ответил, только Си’ар вдруг разразился свирепым воплем, и в ярости отшвырнул от себя стул. Его глаза пылали таким бешеным огнем, что казалось, будто он подожжет всех, кому выпало несчастье встать на его пути. А Арон просто повалился в кресло полковника и воззрел на Алессу.
- Я не понимаю, -терианец чувствовал себя опустошенным. – Как нет города? А как же… жители, наши братья и сестры...
- Так же было и на Иллѝсте. – Наяд положил руки на плечи терианца. – Падение звезд... Быстро и беспощадно. Но мы еще живы!
- Империя ответит за свои действия, - процедил Си’ар, рассматривая красное пятно. – Я клянусь всеми богами Аре-Хэн, Император и Тени получат по заслугам. Ни одна смерть в галактике не останется безнаказанной.
- Они за каких-то полчаса стерли с лица земли целый город. Им ничего не остается, как разрушить Арканей! – Айдара чуть не задохнулась от сказанных слов.
- Значит, мы должны опередить их. Дядя, что скажешь?
Полковник деактивировал голограмму и посмотрел на путников.
- Очень похоже, что разрушение города – это способ запугивания. Чтобы никто не сомневался в решимости Империи. Для своих целей она готова даже убивать собственный народ. Но также, это может означать, что пока враг не готов нападать на Арканей. Столица ему нужна. - Орлей старался скрыть дрожь. – Ради каких таких целей можно пойти на геноцид своих граждан?