Зов планеты (СИ)

- Так отключение Стены твоих рук дело! – Орлей даже не спрашивал, а просто констатировал факт. В эту минуту на балкон вышли Константин Леви, посол Фирс и Хранитель Гилар. Дуго с трудом промолчал, стиснув раздраженно зубы, а «служивый», вдруг расслабился и снова расплылся в улыбке облегчения.
- Мне теперь терять нечего! – Произнес он громко. – Моя миссия все равно исполнена, а вот вам еще предстоит хлебнуть сполна. Благословенный Путь скоро вновь откроется, и Тени возьмут свое! Они всегда брали! Никто не уйдет от Теней, а меня уже ждет Свет!
И с этими словами парень кинулся к перилам, вытянул руки и с победным криком улетел вниз. Громкий тупой стук на Фонтанной площади сотряс воздух. Стража тут же кинулась к краю, с изумлением рассматривая кровавое пятно на асфальте, а полковник стоял, недвижим: не в силах шевельнуться. Он подставил свое белое лицо к пламенеющему солнцу, который огромным белым шаром, поднимался из-за поросших лесом холмов.
И пока, все тихо переговаривались между собой, ожидая дальнейших распоряжений, полковника вдруг посетила мысль, полностью отдаться теплу, забыть все на свете и раствориться в лучах солнца и кристально чистом небосводе.
- Ну что же, полковник! – прочеканил тихо посол Фирс. – Вы молчите. Теперь верите?
Орлей сжал кулаки и так же тихо ответил:
- Надо усилить охрану города. Вернемся в кабинет, у нас много работы!
 Глава 21 
Легкий хрустальный перезвон наполняет воздух нежным умиротворяющим ароматом. Бывает, подует утренний ветерок, и на траву с ветвей упадут прекрасные белые цветы. С их хрупких лепестков начнет стекать роса и тяжелые желтоватые капли нектара. Хочется взять их в руки, притянуть к лицу, да так и заснуть, не думая обо всех невзгодах и бедах. Удивительная роща!
На деревьях всюду рассыпались густыми гроздьями белоснежные колокольчики цветов с серебряными тычинками. Они висели совсем низко, а когда колыхались в такт друг с другом, их серебристые язычки начинали дрожать и звенеть, тихо-тихо, почти не слышно. Издали они немного напоминали земные амарилии.
Почему столь прекрасная роща цвела здесь: прямо у выхода из страшных, покинутых много тысячелетий назад, подземелий? Разве может расти хоть что-то хорошее у пристанища диких кошмаров?
Мирный сон держал Алессу в теплых объятиях. Спокойной рекой текли ее мысли, ленивые вопросы, не дающие четких ответов, а хрустальные лепестки все пели свою чудесную вечную песню. И было в ней что-то грустное, одинокое, скорбное, но все же полное несбывшихся надежд. Они как маленькие светлые нотки вплетались в тихую мелодию грусти; захватывали Алессу и рождали удивительные сновидения, отличные от багровых тонов кровавого марева.
Солнце клонилось к западу. Падали последние золотистые лучи на эту благодатную землю, из которой совершенно не хотелось уходить. Однако, тьма из катакомб не спешила покидать омраченные думы отряда. Арон так и не пришел в себя. Он лежал, укутанный в теплый плащ с безучастным лицом и совершенно блеклой кожей. Его полубессознательное состояние было очень странным. Он никак не реагировал на обращения друзей и время от времени снова закрывал тусклые неживые глаза, чтобы уйти в смутный сон, в котором оживали дикие кошмары из Бездны. Да, Бездна не отпускала его. В своих крепких когтях, она держала и Алессу. Только музыка белой рощи прогоняла ее смутные страхи. Слабость все еще главенствовала в теле, и любые попытки встать и размяться заканчивались новым приливом глубокого сна, где она видела цветущие сады и не по-земному красивых высоких людей с глазами синего сапфира.
Андрей не спешил поднимать отряд. Он понимал, что нужно хоть немного времени восстановить силы, тем более планы вернуться в Равнину Безмолвия давно потерпели крах. Корабли Арканея снова не дождутся своих пассажиров, и во всем виновата проклятая агония, что царила в жутких подземельях и задержала их так долго. Грег угрюмо соглашался, и даже старался вести себя потише, хотя нет-нет и ронял злые взгляды и слова в сторону Вернанда.
 
Даррен усердно пытался вывести из небытия Арона. К Алессе он даже не подходил. После всего произошедшего, доктор всячески избегал контактов с девушкой и с Наядом, да и вообще старался свободные минуты проводить в одиночестве.
Вот и сейчас, он снова куда-то ушел, а Алессу разбудил тяжкий стон неподалеку. Это Арон в маленькой уютной ложбинке, покрытой душистыми белыми цветами, неистово метался в своих кошмарах.
Закатное солнце выкроило у неба еще немножко времени, чтобы прощально поиграть лучами в кроне зеленой листвы и нежных лепестков.
Алесса тихонько подползла к другу и ласково провела ладонью по щеке. Покрытая липкой испариной кожа Арона была очень холодна, и тогда она, всеми силами прогоняя сладостные грезы сна, накрыла его еще и своим плащом. Радостно и тихо заколыхались белые цветы. Алесса прислушалась. Ей вдруг показалось, что из-за деревьев, на залитую золотом опушку, сейчас выйдет воин - охотник, - этот высокий человек с сапфировыми глазами из снов, и, вторя печальной песне цветов, поведает таинственную историю своего народа, прекрасного леса и всей Эн-тэллѝ. Он обязательно расскажет, куда он ушел, куда исчезли все, кого он когда-то знал, потому что Древние, а Алесса была уверена, что он именно один из Древних, должны были уйти – у них не было другого выбора. И их уход печален для Белой рощи и для всей планеты.
Алесса вздрогнула и выпрямилась, так как снова упала в забытье и повалилась боком прямо на Арона.
«Снова сон», - подумала она и заставила себя встать. Ноги еще не крепко держали ее, но спать больше было нельзя. Да и Арону становилось хуже.
Холодная вода из фляги придала ей сил, и потому она твердо решила найти Даррена.
Никто из отряда к удивлению ей не повстречался, а нарушать громкими призывами покой леса не хотелось. Только в отдалении у низкого холмика, Алесса увидела троих терианских воинов. Как всегда, они были одни, и о чем-то тихо беседовали между собой. На мгновение, девушке страшно захотелось прервать их бесконечное одиночество и тихие разговоры, не предназначенные для чужих ушей, но мистическая аура, которую навевала на них религия и истории Арона о грозной силе Императорской Гвардии, как-то поумерили их пыл. Эти трое сильно отличались от Арона, а их нелюдимость подсказывало Алессе оставить все, как и есть.
Однако уйти не удалось, шум шагов выдал ее с лихвой и вскоре три терианских война как один повернули головы в ее сторону. Алесса встала как вкопанная, и сама не понимая почему, ощутила угрызение совести за содеянное. Мысли улетели со скоростью света под тяжелым влиянием внимательных серых лиц и ярко-желтых, похожих на кошачьи глаз.
- Алесса, наконец-то, вы проснулись! – Заговорил первым Си’ар и к удивлению девушки сделал пригласительный жест рукой. – Прошу, садись. Ты очень бледная.
Алесса не ожидала такой гостеприимности и заботы. Слова его были произнесены так просто и безыскусно, и так отличались от таинственного образа. Правда, чувство неловкости снедало ее.
- Арону плохо, - произнесла она тихо.– Я ищу Даррена, вы не видели, где он?
- Наверное, с остальными ушел на разведку, - ответил Венар. – И оставил нас приглядывать за вами.
- Угу, - протянула девушка и нервно потеребила пальцами. «Далеко же они сидят, чтобы приглядывать за нами». – Подумала про себя и тут же ее мысли, будто бы угадал Конди.
- Белый лес безопасен для нас. Это хорошее место, чтобы прийти в себя.
Конди, который первый потерял сознание, сам не до конца оправился от сумасшедшего бреда в руинах. Об этом свидетельствовали темные круги од глазами.
- Долго мы здесь находимся?
- Долго, - Си’ар опустил голову. – Выбрались на поверхность вчера на рассвете.
- Плохо. - Это действительно было очень плохо, ведь столь долгая задержка неумолимо отделяла их от Алевтины. Конечно, сейчас сестра ей представлялась расплывчатым призраком, но только ради нее, она начала этот путь и спустилась в проклятые руины. И, наверное, из-за Алевтины, Арон теперь лежит в бреду.