Зов планеты (СИ)

Ей захотелось убежать отсюда: вернуться к свету в живые леса, оказаться снова перед властью алых глаз зверя, но не оставаться больше ни минуты в этом чреве камня. Фонарь вдруг выпал из ее рук, со звонким неестественно громким звуком ударился о камень и покатился.
Отряд остановился. Алесса по привычке, прикусив губу, молчала. Только тогда один наклонился, поднял фонарь и снова вернул ей – это был Даррен, и его все так же била странная злая лихорадка. Не смотря, на свои  собственные расшалившиеся нервы,  состояние доктора казалось еще хуже.
А у Арона, когда путники снова возобновили шаг, внезапно разыгрался словесный понос. Говорил он обо всем подряд,  и не понятно было: то ли хотел снять напряжение, то ли действительно не мог себя контролировать, однако его несло и несло. За несколько минут было выдвинуто штук десять различных теорий о целевом назначении сиих коридоров – один невероятнее другого. А когда, его язык, заплетаясь, начал выдавать о том, что в стенах, видимо, замурованы Древние, покой которых и охраняет необыкновенный                              зверь, Игорь не выдержал и отвесил ему тяжелый подзатыльник.
Арон грустно посмотрел на массивную фигуру и замолк. Алесса добродушно погладила терианца по спине, а про себя подумала: «Возможно, он в чем-то и прав… кто знает, что скрывали Древние?».
Коридор сделал крутой поворот влево и заметно расширился. Потолок стал выше, тиски стен раздвинулись, и теперь в ряд могли спокойно пройти трое. Воздух здесь был не такой затхлый, но тьма обступала со всех сторон, а свет фонарей блекло рассеивался в стороны. И чем дальше продвигались они, тем быстрее заходилось сердце Алессы. С пола серой блестящей дымкой поднималась густая пыль. +-
- Долго еще идти? – Спросил терианец Конди и провел ладонью по стене; холодный и удивительно гладкий камень, словно дорогой шелк.
- Я не знаю, - разочарованно пролепетал Вернанд. – Алевтина говорила, что они выведут нас по ту сторону реки Ан-тер. И главное, не останавливаться!
Вдалеке ругнулся Грег. Вскоре коридор прервался крутым лестничным пролетом, уходящим еще дальше и еще глубже от заветного дневного света.
- Я туда не полезу!!! – Завопил Арон, пятясь назад. – Эти Древние совсем рехнулись? Ни за что!!! Давайте вернемся назад! Пожалуйста!
Снизу, потянуло зловещим холодом, насколько липким и безжизненным, словно там был старый склеп.
Наяд вдруг откинулся вперед и внимательно всмотрелся в черный провал. Образы, обуянного огнем Иллѝста, вихрем предстали перед глазами. Та тьма, которую он искал столько веков. Вот она, вся здесь! Поганая! Приветствовала его, тянула свои прегадкие щупальца, лишала возможности дышать и радоваться жизни. Почему ее так много на Эн-тэллѝ? Что она скрывает там, внизу? Мысли бурей накинулись на него. Человек не поймет! Человеку не дано! Он никогда не сможет ощутить всю дикую и страшную сущность этого необъяснимого явления Вселенной. Человек будет убивать, присваивать чужое, идти по головам. Потом устраивать войны и снова убивать, проливать кровь, кормить свое извечное эго. Когда-то, во время войны, одна маленькая девочка из его народа прошептала ему: они все болеют.  И ведь правда, весь мир заболел этой безудержной невидимой Тьмою, что высасывала силы из  величайших цивилизаций и простых людей. Тогда война окончилась благополучно, но что будет, если вдруг тьма снова вырвется на свободу? Перед ним предстали острые яркие образы, грядущих дней. Кто-то снова шевелит больную мозоль. Кто-то, на Эн-тэллѝ вновь хочет, чтобы Тьма обволокла души людей. И в этих коридорах, по непонятной прихоти судьбы она властвует! Столько бесплодных поисков и вот, Она здесь, прямо под ногами!
- Наяд! Что с тобой? – Шѐй-а вздрогнул и изменившимся лицом посмотрел в светящиеся в темноте глаза Си’ара.
«Нет, Си’ар, и ты не поймешь! Хоть и знаешь больше остальных. Небось, опять молишься своим богам? Ну что же, если тебе так легче станет, молись! Вот только не уберегут они нас от того, что могут сделать люди, поддавшись этой Тьме.
 
Холод всколыхнулся еще сильнее, Алесса поежилась, неуверенно переминалась с ноги на ногу, а Наяд, с трудом успокоив свои чувства, произнес:
- Будем спускаться. Нам пора.
И он первый, под радостные всплески липкого холода, шагнул в его логово.
***
Сайрес с нервической и недовольной улыбкой рассматривал переливающие голубые блики в повисшем в воздухе кубе. Куб сейчас дремал, ждал следующего кристалла. Эбеновый экран отражал застывшие белые символы на языке Древних.
Ему не была интересна сама клинопись. Все эти древности вообще мало занимали Сайреса. Он считал их просто помойкой, куда ему и не стоит лезть. Но он ощущал какой-то животный и почти первобытный страх к Главе, который прекрасно разбирался, во всей этой археологической мишуре.
- Чтобы понимать язык пеллоров, нужно не голову использовать, - Декламировал в этот момент Глава.
Сайрес еле сдерживал раздражение от нудной лекции.
- Здесь нужны сердце и дух. Сильное ли у тебя сердце? А насколько силен твой дух?
Блондин бросил смешок и уставился бледным лицом в маску своего предводителя.
- Не понимаю, что вы хотите от меня? Я чем-то расстроил вас? – Спросил он.
Глава помолчал с минуту и ответил уже другим голосом.
- Эйдан внимательно следит за арканейским отрядом. Их группы сильны и каждый из них уникален по-своему! Они идут в Звенящие холмы за Алевтиной, у которой находится кристалл.
- Ах, Алевтина! – Проворковал блондин мечтательно. – Ненавижу Эйдана, но надеюсь, он лично приведет девчонку ко мне!
- Он не приведет! – Глава твердо покачал головой. – Его действия уже настораживают, однако, он сильнее тебя во сто крат. То, что сердце твое вмещает силы на ненависть, это я уже понял. А теперь стоит проверить, насколько силен твой дух.
Сайрес весь подобрался и теперь не смел даже глаз поднять на Главу, который вдруг подошел к нему вплотную, склонился над ухом и убийственно тихо проговорил.
- Ты ведь знаешь, что я хочу?
Блондин, нервно сглотнув, кивнул.
- Тогда ты знаешь и то,  что тебе предстоит сделать! Отправляйся сейчас же. Не медли! И если докажешь свою силу, я дам тебе гораздо больше! Обещаю, дитя мое! Ступай, и путь тень будет твоим союзником!
Сайрес лихорадочно кивнул и больше не в силах смотреть на свое изображение, отраженное в маске, поспешил к казармам.
А Глава тем временем подошел к экрану, уверенно нажал на несколько символов и забрал, висевший куб.
- Я знаю, что ты здесь! – Произнес он вдруг, не поворачиваясь. – И знаю, что ты сейчас чувствуешь: гнев, ненависть. Когда-то я чувствовал то же самое. Это нелегко! Но прошу, усмири себя. Ибо такова природа Благословенного пути – чтобы создать новое, нужно уничтожить все старое. Это касается твоих богов, это касается пеллоров и это касается Алевтины. Твой дух силен, но сердце тебе еще предстоит укрепить!
Глава небрежно бросил куб на пол и громкими шагами вышел из Зала Содействия. А там, среди колонн скрывалась высокая стройная фигура. Желтые глаза остановились на выроненной реликвии и теперь горели, освещая яростным огнем всю бурю чувств Тессы.
 Глава 18 
Все глубже и глубже спускались путники по древним ступеням лестницы. Ход времени изменился: сколько прошло времени, с того момента, когда дверь закрыла их от света дня? Десять минут? пятнадцать? Или уже несколько часов?
Алесса не знала, и она была уверена, что этого не знает никто. С тех пор, как коридоры повели их вниз, «браслеты» отключились. Даже фонари умерили свою мощность и стали бесполезны. Вокруг царствовали серость, мрак, и бесконечное непроглядное уныние.
- Это место больное! – Произнесла Алесса безжизненным голосом. А  у самой мысли так и забились, хаотично ударяясь о звуки собственных шагов.
«Оно проклято». - Шаг. – «Как вообще можно строить в таком месте? - Еще шаг.  – «Да. Неспроста исчезли Древние. Они также прокляты, как и эта планета!»