Испытание огнем (СИ)

Я заинтересованно подался вперёд.
— И вот однажды проезжали караваном люди с Востока. Много народу там было, в основном торговцы. Но были и другие. Смуглые, в длинных халатах, с острыми злыми глазами. Не купцы и не воины. Везли они с собой одну вещь. Старую вещь. Нехорошую.
— В каком смысле нехорошую? — спросил. — Что за штука?
— Не перебивай, — дед махнул рукой, взгляд стал острым. — Не знаю точно, что это было. Может, камень с вырезанными знаками, может, шкатулка, внутри которой что-то шевелилось. А может, классический кувшин или лампа, как в том смешном мультфильме. Теперь это уже неважно. Но за ними внимательно следили ещё от их дома и хотели это отобрать.
  
Восточные люди вещь прятали, как великую тайну, которую нельзя открывать непосвящённым. Но когда поняли, что их обнаружили, спрятали где-то здесь, в древнем Москове. Умело, глубоко, чтобы никто не нашёл. Их поймали, долго и жестоко пытали, но они не сказали, где этот предмет. В конечном итоге их убили. Время стёрло следы мучеников, следы их убийц, даже следы правнуков тех злых людей, но не стёрло саму память об этом.
Я хмыкнул.
— И что, прямо вот так и лежал спокойно этот артефакт? Сколько? Сто лет?
— Больше, — дед прищурился. — Гораздо больше. Века прошли, дома строили и сносили, метро копали, а он всё лежал. Тихо. Спал. Но недавно, совсем недавно, нашлись люди. Жадные. Алчные. Копались в старых рукописях, в каких-то пыльных архивах, нашли упоминания про этот клад. Решили, что это их шанс разбогатеть.
— Разбогатеть? — Я поднял бровь. — Так там, золото, бриллианты какие-то?
— Эти наивные дурачки думали, что да, — Исмагил усмехнулся, но без веселья. — Глупые жадные люди. Нашли они его. Точно не знаю где — может, в подвале старого дома, может, под землёй, где одни крысы и диггеры ходят. Раскопали. А потом решили вскрыть. Активировать.
Я замер, пирожок чуть не выпал из руки на стол. Никак поднял голову, тихо заскулил.
— Активировать? — переспросил я. — Это как? То есть это всё-таки не драгоценности оказались?
— Не знаю, как именно, — дед пожал плечами, взял кружку, но пить не стал.
— Может, слова нужные сказали, может, кровью полили в ходе правильного ритуала. Старые вещи, они такие — требуют платы. Только не деньги им выпали, как думали. Вскрыли они этот артефакт, а из него вырвалось… давай назовём это — существо.
— Существо? — голос мой дрогнул. — Какое ещё существо?
Исмагил посмотрел прямо в глаза, голос стал ещё ниже.
— Злобное. Сверхъестественное. Не человек, не зверь. Кое-что старое, как сам огонь. Оно спало в том артефакте, а они его разбудили. И теперь оно здесь, в Москове. Свободное. И голодное.
Я нервно сглотнул. Опять вспомнил красные глаза шашлычника, людей в чёрных куртках, запах гари.
— И что оно теперь хочет? — спросил, стараясь держать голос ровным.
— Не знаю, чего хочет, — дед откинулся на стуле, скрестив руки. — Но знаю, что оно не просто так сидит. И те, кто его выпустил, уже сами не рады. Может, они думали его подчинить, а оно их самих сожрало. А может, оно теперь ищет что-то ещё. Или кого-то. Но скорее всего, быстрый способ набраться сил.
Никак зарычал, тихо, но зло. Я потёр ладонь, сердце заколотилось.
— Дед, ты это к чему? Зачем мне это всё рассказываешь?
Исмагил наклонился ближе, глаза блестели, как угли в темноте.
— Потому что оно рядом, Стас, — сказал он. — И ты, похоже, уже это знаешь. Чувствуешь. Метка твоя появилась не просто так. Она с этим связана. И пёс твой, кажется, тоже.
Я сидел, вцепившись в подлокотники кресла. Исмагил допил чай, поставил кружку на стол, вытер рот тыльной стороной ладони. Его взгляд стал тяжёлым, как старый камень.
— Это не просто существо, Стас, — сказал он, голос почти перешёл на шёпот. — Имя у него есть. Азар. И это - ифрит.
Я моргнул, слово ударило, как холодный ветер.
— Ифрит? — переспросил. — Это что, типа демон какой-то? В кино однажды такое видел, кажется. Так себе ужастик оказался.
— Не демон, — дед покачал головой, борода качнулась вслед. — Ифрит — это огонь, что ходит сам по себе. Дух, как из старых сказок, но не добрый, как в книжках. Злой. Жгучий. Его с Востока привезли, из земель, где песок и солнце всё выжигают. А теперь он здесь.
Я сглотнул, вспомнил рынок, шашлычную, дым, запах гари.
— Погоди, дед, — сказал я, голос чуть дрогнул. — Кажется, шашлычника с таким именем знаю. Такой, разговорчивый, даже какой-то гиперактивный, со странными глазами. Это может быть его тёзка?
Исмагил кивнул, медленно, будто подтверждая худшие мысли.
— Нет, скорее всего это его аватар, — ответил он. — И я не про кино. Азар не просто так шашлыки жарит. Это личина. Маска. Под ней — огонь, что людей пожирает. Ты его сам видел, да? Чуял что-то?
Я кивнул, метка запульсировала сильнее.
— Видел, — выдавил из себя. — На рынке. Метка жгла, Никак рычал. А потом эти… странные люди в тёмной одежде и капюшонах, начали часто попадаться на глаза.
— Его последователи, — дед скрестил руки, глаза сузились. — У Азара их теперь полно. Жадные глупцы, что артефакт раскопали, думали, найдут золото. А он им дал силу. На время. Потом забрал жизни. Он выполняет желания, но не за просто так.
— За что тогда? — я подался вперёд, пирожок на столе так и лежал надкусанным.
— За кровь, — Исмагил сказал это тихо, но слово упало, как камень в воду.
— Жертвы ему нужны. Люди. Они приводят ему кого-то — бродяг, должников, да хоть случайных прохожих. Он их сжигает, а взамен даёт что-то. Деньги, удачу, силу. Только не всем, а тем, кто ему угодил.
Я замер, в голове всплыли обрывки разговоров на рынке — «опять кто-то пропал», «правоохранители ничего не делают».
— Так вот куда эти люди могут пропадать, — пробормотал я. — Это он их… типа сжигает?
— Да, — дед кивнул, взгляд стал мрачным. — И не просто сжигает. Он их дух забирает. Жизнь. Чем больше жертв, тем сильнее он становится. А поклонники его — «Братство Огня», так они себя называют — только рады. Считают его посланником бога огня.
Я потёр лицо, пытаясь осмыслить.
— Дед, ты откуда это всё знаешь? — спросил у него. — Про ифрита, про всё вот это? И все эти джинны… это кто вообще? Я их раньше только в мультиках видел. С лампами, желаниями и прочим. Это всё правда?
Исмагил откинулся на стуле, посмотрел на стеклянный шар на подоконнике. Потом усмехнулся, покачал головой.
— В мультиках, Стас, тебе показывали пародию. Джинны — это не весёлые толстяки в шароварах. Это сущности. Создания из чистого огня, не такого, как тот, что горит в печке. Это первородный огонь. Они древнее большинства всех знаний, их природа — хаос и воля.
Он замолчал на секунду, будто что-то вспоминал, потом продолжил:
— Джиннов создали задолго до людей. В некоторых преданиях — даже до ангелов. Сначала их было много, и были они свободны. Но не все из них приняли то, как устроен мир. Некоторые стали разрушать, брать силой, подчинять. Их называли ифритами. Самыми гордыми и опасными. Жестокими. А потом…
Дед провёл ладонью по воздуху, будто отсекая.
— Потом пришли те, кто понял, что без баланса всё погибнет. Джинны начали заключать договоры, следить за порядком. И с тех пор часть из них охраняет границы, удерживает других.
— Значит, джинны и ифриты — враги?
— Не совсем. Одни — те, кто обуздал себя. Другие — кто подчинился только себе. Как в любой старой истории: воля против закона, огонь против формы. Но знай, Стас, ифриты — не просто злые. Они могущественные. И коварные. Они умеют ждать. Умеют говорить то, что хочешь услышать. Но за их словами — всегда только пламя. И когда ты услышишь его зов — уже будет поздно.
  
Я сглотнул. Мир, оказывается, был куда шире, чем казался из салона моей «Калины».
— Откуда узнал? Сначала книги старые читал, те, что от деда моего остались. И чуял. Как ты метку свою чуешь. Потом много знаний получил, как сейчас говорят, оптом. Многое сразу прояснилось. Азар — он не первый раз в мире ходит. Его ловили раньше, запирали. А теперь вот выпустили.