Неприятности с любовью (ЛП)

— Ладно, милая, — говорит она, вытирая слезы. — Давай поговорим серьезно. Ты делала тест?
Не в силах произнести слова, я киваю.
— И он оказался положительным?
Я снова киваю.
— Сколько ты уже знаешь, что беременна?
— Почти десять дней, но мама, перед тем как я пришла сюда, у меня пошла кровь после того, как я...
Я решаю не продолжать эту фразу, не зная, говорила ли она с папой после моей вспышки.
  
Мамино лицо опускается, ее губы дрожат, когда она крепко сжимает мою руку.
— Дорогая, нам нужно отвезти тебя к врачу. Есть вероятность, что у тебя случился выкидыш. Мне нужно, чтобы тебя проверили.
Не говоря больше ни слова, я медленно спрыгиваю с кровати, только сейчас заметив, что одета в треники и свитер Энди. Пока мама деловито набирает текст на своем телефоне, я думаю, не говорит ли она об этом папе.
— Я пишу в автосервис, а не твоему отцу, если ты об этом подумала.
— Прости, мам, я действительно так подумала, — я делаю паузу, дергая за рукав свитера, который на мне надет. — Я наговорила папе всякого. Я знаю, что причинила ему боль. Он ведь знает, правда?
Мама держит меня за руку, изо всех сил стараясь уверить меня: — Твой отец всегда будет любить тебя. Но сейчас нам нужно убедиться, что с тобой все в порядке.
— Мам, ты не ответила на мой вопрос?
С тяжелыми глазами она поднимает их, чтобы встретиться с моими, и просто кивает.
***
Доктор предполагает, что у меня был выкидыш, но просит сделать тест, чтобы убедиться, что он отрицательный. Мама предлагает мне остаться в пентхаусе на несколько дней, прежде чем отправиться обратно в кампус, беспокоясь о моем самочувствии и переживая, насколько исхудавшей я выгляжу после перенесенного гриппа.
Я забираюсь в постель, усталость наваливается тяжелым грузом. Я до сих пор не поговорила с Уиллом, избегая его звонков и текстовых сообщений на своем телефоне. Энди написал мне сообщение, сообщив, что поговорил с Уиллом и предложил ему дать мне время отдохнуть. С тех пор звонки и текстовые сообщения прекратились.
В своей постели я чувствую себя в безопасности и комфорте, пока мама гладит меня по волосам, наблюдая за тем, как я отдыхаю.
— Мама? — пробормотала я, и слезы снова навернулись мне на глаза. — Как я попала в такую передрягу?
— Ты влюбилась, — просто говорит она. — Я никогда не говорила тебе об этом, Амелия, но после того, как мы с твоим папой расстались в первый раз, я провела восемь лет в разлуке с ним. А потом я встретила этого человека, удивительного человека.
Мои слезы мгновенно останавливаются, как будто кто-то выключил кран, контролирующий мои слезы.
— Это был первый раз за долгое время, когда я действительно что-то почувствовала. Мы встречались, уехали в отпуск, а когда вернулись, он сделал предложение руки и сердца.
— Брак?
Мама кивает головой: — Я согласилась. Чего я ждала? Этот идеальный мужчина сделал предложение, и я полюбила его. Все его любили.
— Но что случилось?
— Судьба, — тоскливо отвечает она. — На следующий день после помолвки мы пошли на обед, и в ресторане на деловой встрече сидел твой отец. Откуда ни возьмись, через восемь лет и через день после помолвки судьба преподносит вот это.
Мой рот открывается, потрясенная самой мыслью, я уверена, что это не совпадение, а вмешательство Вселенной.
— Твой отец неустанно пытался вернуть меня, но мне было так больно. У нас была история, и я чувствовала себя покинутой им. Такое доверие не так-то просто восстановить, знаешь ли.
— Но мама, кто был тот парень? — спрашиваю я, любопытство берет верх. — Я имею в виду, что с ним случилось.
Мама смотрит на свое обручальное кольцо, перебирая его в задумчивости.
— Это был твой дядя Джулиан.
Все, что сказала Ава, было правдой, ну, не все, но почти все. Я должна была бы удивиться, но чем больше я об этом думаю, тем больше в этом смысла. Дядя Джулиан замечательный, по крайней мере, с тетей Адрианой он такой. Не могу не признать, что он весьма привлекателен для своего возраста, просто он такой искренний и любящий парень. Энди заботится о нем так, словно это тот самый человек, который произвел его на свет.
— Как видишь, жизнь складывается забавным образом. Все дело во времени.
— Значит, у вас с папой был роман за спиной дяди Джулиана?
Мама кивает, держа рот на замке.
Я выпустила вздох, который так долго сдерживала: — Но папа так заботится о тебе. Я имею в виду, я до сих пор помню случай, когда мы пошли на какое-то мероприятие и какой-то парень пытался подцепить тебя, он был так ревнив. Всю дорогу домой он не разговаривал с тобой.
— Я потерял счет вспышкам ревности твоего отца. Со временем я научилась просто не обращать на это внимания, — она ложится рядом со мной, позволяя мне прислонить голову к ее плечу. Мы оба смотрим в потолок, погрузившись в раздумья.
— А что случилось потом? Дядя Джулиан вернулся и влюбился в тетю Адриану?
— Все немного сложнее. Они оба искали помощи для своего психического здоровья и просто завязали дружбу, преодолевая пережитую травму.
Все начинает обретать смысл — временные рамки, связи.
— Они так подходят друг другу. Я всегда так думала, знаешь ли. Я вижу, как он к ней относится, и это так уважительно. То есть я не говорю, что папа не относится к тебе с уважением, но вы часто ругаетесь.
— Да, часто, — она тихонько хихикает. — Твой отец иногда бывает настоящим засранцем.
— Но ты его любишь, — констатирую я, вместо того чтобы задать вопрос.
— Моя жизнь — это он и вы, девочки, конечно, — она гладит меня по волосам, а я поворачиваюсь на бок, цепляясь за ее руку. — Когда я узнала, что беременна тобой, я была в ужасе. Амелия, мне было восемнадцать, когда я впервые забеременела от твоего отца. Он был женат, только что бросил меня, и я была опустошена. Я переехала жить к бабушке и потеряла ребенка на шестом месяце. Я винила себя и думала о том, чтобы покончить с собой.
— Мама, — задыхаюсь я, поглаживая ее руку. — Ты была так молода?
Она кивает, поджав губы, прежде чем продолжить: — Я была влюблена, глупа и поплатилась за это. Поэтому, когда я столкнулась с твоим отцом, я ужасно боялась, что мне снова причинят боль.
— Но вы были старше, мудрее?
— Да, — признает она. — Мне пришлось рано повзрослеть. Но у твоего отца были свои битвы, и он не знал о беременности. Я не могу винить его в том, что у нас обоих были свои недостатки.
— Мама, — говорю я, опуская голову. — Я не хочу, чтобы Уилл знал.
— Это твое решение, дорогая. Но в конце концов все всегда становится известным.
Раздается громкий стук в дверь, и мама бросает на меня знающий взгляд. Она достает из кармана связку ключей и кладет ее на мой комод.
— Моя машина, здесь, в городе. Я хочу, чтобы она была у тебя.
— Но ты же любишь свою машину, мама?
— Это просто машина, милая.
Она целует меня в лоб и предлагает немного отдохнуть. Мои глаза устают, пока на экране не появляется текстовое сообщение.
Уилл: Я пытался держаться подальше, но не могу. Поговори со мной, пожалуйста.
Амелия: Мне нечего сказать.
Уилл: Не говори мне эту чушь. Ты хочешь, чтобы все закончилось именно так? Из-за какого-то незрелого предположения, что я пытаюсь трахнуть свою бывшую?
Я: Я не могу сделать это прямо сейчас. Мне нужно побыть одной.
Уилл: Значит, это все, ты решила покончить с нами? Неужели я даже не стою того, чтобы за меня бороться?
Я ничего не отвечаю, вытирая слезы с лица. Прежде чем выключить телефон, я вижу голосовую почту в правом нижнем углу. Прослушиваю сообщение — звонок от доктора Уолтема. По его словам, уровень ХГЧ слишком низок, что говорит о том, что я потеряла ребенка.
  
Положив трубку, я прижимаю ее к груди. Последние несколько дней после того, как я узнала о своей беременности, я не позволяла себе думать о будущем. Я отвлекала себя всеми возможными способами, пока не поговорила с Уиллом.